Новый мир. AU (том 2)

Свежий утренний ветер ласково перебирал листья гигантских деревьев, унося последние воспоминания о душном пепле вулкана. Я сидела на толстом, поросшем мягким мхом корне у самой реки, лениво полируя древко своего лука.

Тяжелое человеческое оборудование осталось лежать в хижине — здесь, в самом сердце клана Свеула, мне больше не нужно было держать их в руках. Я наконец-то чувствовала себя дома. Я была на'ви.

Рядом со мной в кристально чистой воде отражалось солнце. Лэя, весело напевая под нос какую-то охотничью песню, вплетала в косы Нирим речные ракушки и яркие перья лесных птиц.

Нирим сидела неподвижно, сложив руки на коленях. Ей исполнилось девятнадцать. Обряд посвящения должен был состояться еще год назад, но война с RDA и страшный плен на «Объекте-Б» забрали у неё это время.

— Ты слишком напряжена, — мягко сказала я, откладывая лук в сторону и присаживаясь рядом с ней на корточки.— Расслабь плечи, Нирим.

Нир:Я не боюсь самого испытания, Саэйла, — тихо отозвалась она, и её янтарные глаза на секунду метнулись к горизонту.— Просто... Цахик. Я впервые предстану перед ней после того, как вернулась из бункера людей. Что если она увидит во мне только эту тьму и шрамы? Наша духовная мать общается с самой Эйвой, от неё ничего не скрыть.

Я понимала её страх.

Наша Цахик, мудрая и строгая Райа (отсылка на Лололошку(~˘▾˘)~), все эти дни оставалась в лагере. Пока мы штурмовали вулкан и вытаскивали пленных, она непрерывно молилась у Дерева Душ, удерживая дух клана от паники и готовя снадобья для раненых.

Её слово во вселенной Свеула весило не меньше, чем слово Оло'эктана.

— Посмотри на меня, — твердо попросила я, взяв Нирим за ладони.— Цахик смотрит не глазами, а сердцем. Люди заперли твое тело в клетке, но они не смогли запереть твой дух. Твоя Нумея выбрала тебя не за то, что ты была узницей. Сегодня Цахик будет петь не для жертвы. Она споет для выжившей воительницы.

К вечеру лагерь Свеула преобразился. Вся центральная площадь была залита мягким, пульсирующим светом биолюминесцентных цветов и факелов. Сотни на'ви собрались вокруг огромного ритуального костра.

Мужчины ритмично били в барабаны, создавая плотный, вибрирующий гул. Анори стоял чуть поодаль среди старейшин, и его взгляд сразу отыскал меня в толпе. В его глазах светилась глубокая, молчаливая нежность.

Но вот барабаны резко смолкли, и толпа почтительно расступилась. Из полумрака к костру вышла Цахик. Её ритуальный плащ из мерцающих крыльев лесных насекомых тихо шуршал, а на шее переливались ожерелья из священных семян. Её мудрый, пронзительный взгляд скользнул по нашему отряду, задержался на мне, а затем остановился на Нирим.

В этом взгляде не было осуждения — только безграничная, теплая глубина матери, которая наконец дождалась своих детей с войны.Нирим сделала шаг вперед, ведя за собой Нумею. Нежно-розовая самка банши, обычно такая пугливая, сейчас шла на удивление спокойно, словно признавая авторитет Цахик.

Цахик подняла руки к небу, и её звучный голос перекрыл треск пламени.

Райа:Дети Эйвы! Земля Пепла очистилась. Наша Великая Мать услышала наши молитвы в дыму вулкана. И сегодня мы принимаем в круг ту, чья нить жизни не порвалась во тьме...

Райа медленно подошла к Нирим. Она положила ладонь на её лоб, закрыла глаза и запела тихую, баюкающую песню благодарности Эйве. Это было легкое, светлое благословение. Нирим плакала от облегчения, чувствуя, как клан обнимает её своими голосами.

Её девятнадцатилетнее сердце наконец обрело покой.Но когда обряд Нирим завершился, Райа не опустила руки. Её пронзительный взгляд переместился на Акана, стоявшего в тени у края круга.

Барабаны замолкли. На площади воцарилась тяжелая, выжидающая тишина. Клан расступился, оставляя Акана в одиночестве. Он стоял, напряженный как струна, скрестив руки на груди.

Я видела, как под его кожей перекатывались мускулы. Он был свободен, но внутри него всё еще жил «Объект-Б». Внутри него кричали призраки Народа Пепла, который заставил его забыть собственное имя. Его дух был запачкан этой войной гораздо глубже, чем у любого из нас.

Райа:Шагни в круг, Акан, сын Свеула, — негромко, но властно произнесла Райа.

Акан сглотнул и сделал несколько нерешительных шагов к костру. Огонь высветил его суровое лицо и рваные шрамы на плечах — следы человеческих игл и ремней.

Райа:Твое тело вернулось домой, но твоя куру всё еще помнит чужую волю,— Цахик Райа подошла к нему вплотную. Она была намного ниже его, но её духовная сила заставила этого могучего воина дрогнуть.— В твоей крови бурлит чужой гнев. Народ Пепла сотворил с твоим разумом то, что противно Эйве. Обычной песней эту черноту не смыть.

Акан опустил голову. Я видела, как сжались его кулаки. Тэрон и Лэя сделали шаг вперед, переживая за друга, но Анори мягко придержал их за плечи. Это была битва за душу Акана, и здесь оружие было бессильно.

Райа:Тебе нужен Обряд Очищения Огнем и Корнями, — объявила Цахик.— Клан! В круг!

Сотни на'ви Свеула мгновенно повиновались. Они сели на землю, плотно смыкая кольцо вокруг Акана, Райи и огромного костра. Они начали раскачиваться в такт новому, низкому и тяжелому ритму барабанов. Этот гул шел из самой земли.Райа достала из ритуальной чаши густую, черную как смола мазь, пахнущую горькими травами и древесным соком. Широкими, жесткими мазками она начала наносить её на грудь и лицо Акана, прямо поверх его шрамов.

Райа:Я призываю землю принять твою боль! — запела Райа, и её голос сорвался на хриплый, первобытный крик.— Я призываю Великую Мать выжечь чужую ярость из твоих жил!

Акан резко выдохнул. Его глаза округлились, зрачки сузились, как у раненого хищника.

Черная мазь на его коже словно начала гореть. Он упал на колени перед костром, тяжело дыша. Его тело затряслось. Из его груди вырвался страшный, утробный рык — так кричали воины Пепла, когда шли убивать своих братьев.

Клан запел громче, заглушая этот крик сотнями своих голосов, делясь с Аканом своей силой, удерживая его дух над бездной.Цахик схватила Акана за куру — его священную косу. Она прижала её к оголенной земле у корней дерева, прямо в грязь и пепел.

Райа:Забудь чужие приказы! Вспомни, чья кровь течет в тебе! Вспомни небо Свеула! — выкрикнула она.

Акана выгнуло дугой. На секунду мне показалось, что он не выдержит — его лицо исказилось от ментальной боли, пот градом катился по синей коже.

Нирим зажала рот руками, беззвучно плача и прижимаясь к Зулаю, который испуганно хлопал крыльями позади.

И вдруг... Акан обмяк. Его яростный рык перешел в тяжелый, хриплый вздох облегчения. Черная мазь на его теле словно впиталась, оставив кожу чистой. Из его глаз покатились слезы — первые чистые слезы за все эти годы кошмаров. Он уткнулся лбом в ладони Цахик, тяжело и мирно дыша.

Райа мягко положила руку ему на затылок.

Райа:Тьма ушла, Акан. Эйва приняла твои шрамы. Теперь ты чист.

Вся площадь взорвалась ликующим, оглушительным криком. Клан Свеула праздновал победу над «Объектом-Б» прямо здесь — в сердце исцеленного воина. Я посмотрела на Анори, и он крепко переплел свои пальцы с моими. Мы наконец-то победили. Полностью.