Глава 11. Стекло между нами
Четыре дня. Четыре дня тишины, которая звенела в ушах громче любого крика. В гостиной Винкс было пусто и холодно - Стелла сидела на подоконнике и смотрела в окно, хотя за стеклом уже давно стемнело. Текна зависла над голографической панелью, но её пальцы не двигались - она просто смотрела на цифры, которые ничего не значили. Муза стояла у двери, сжимая в руках наушники, и смотрела на пустой диван, на котором обычно сидела Блум.
- Я больше не могу, - сказала Стелла, и голос её дрогнул. - Я не могу сидеть и ждать, пока она одумается. Она же наша подруга, блядь! Мы не можем просто бросить её там, с этим...
- Мы не бросаем, - тихо ответила Текна. - Мы ждём. Она должна принять решение сама.
- А если она не примет?! - Стелла вскочила, и солнечные искры посыпались с её пальцев. - Если она останется с ним навсегда? Если он промоет ей мозги так, что она вообще забудет, кто мы?
- Тогда это будет её выбор, - сказала Текна, и в голосе её послышалась горечь. - Мы не можем заставить её вернуться. Мы можем только быть рядом, когда она решит.
Муза молчала. Она смотрела на пустой диван, и внутри неё всё кипело. Она чувствовала Блум - её боль, её смятение, её странную, пугающую решимость. И это чувство разрывало её изнутри.
- Я полечу к ней, - сказала Муза, и голос её прозвучал твёрдо. - Я поговорю с ней. Одна.
- Она не захочет говорить, - покачала головой Стелла.
- Мне похуй, - Муза надела наушники на шею и направилась к двери. - Я хотя бы попытаюсь. А вы сидите тут и ждите, если хотите.
Она вылетела в ночь, и ветер бил в лицо, холодный и резкий. Алфея осталась позади, а впереди темнели шпили Западного крыла, где горел свет в одном-единственном окне. Муза знала - Блум там. Она чувствовала её, как чувствуют знакомую мелодию.
Она влетела в библиотеку, не спрашивая разрешения. Блум сидела за столом с раскрытой книгой, но не читала - просто смотрела в одну точку. На ней была всё та же рубашка Валтора, слишком большая, и её рыжие волосы были небрежно собраны в пучок. Она выглядела уставшей - но в глазах её горел странный, чужой свет.
- Муза, - сказала Блум, не поднимая головы. - Ты не должна была приходить.
- А я пришла, - ответила Муза, опускаясь на стул напротив неё. - Потому что я волнуюсь за тебя, Блум. Потому что ты моя подруга.
Блум подняла глаза, и в них не было ни тепла, ни узнавания. Только пустота.
- Ты изменилась, - сказала Муза, и голос её дрогнул. - Я не узнаю тебя. Ты стала другой.
- Конечно, изменилась, - Блум усмехнулась - холодно, насмешливо. - Я перестала быть той дурочкой, которая верила в сказки. Это тебя пугает?
- Меня пугает не это, - Муза подалалась вперёд, сжимая пальцы в кулаки. - Меня пугает, что ты смотришь на меня как на чужую. Что ты выбрала его, вместо нас. Вместо семьи.
- А что вы для меня сделали? - Блум откинулась на спинку стула, и в голосе её зазвенела сталь. - Вы были рядом, когда я плакала из-за Ская? Вы были рядом, когда я узнала, что он мне изменяет? Вы сказали мне правду? Нет. Вы просто гладили меня по головке и говорили, что всё будет хорошо. А он сказал мне правду. Он первый, кто не соврал мне в лицо.
- Он врёт тебе сейчас! - выкрикнула Муза, и голос её сорвался. - Ты не видишь этого? Он использует тебя! Ты для него - просто источник силы! Огонь Дракона, а не человек!
- Это ты так думаешь, - Блум покачала головой, и в её голосе появилась усталость. - Вы все так думаете. Но вы ничего не знаете. Вы не знаете, что я чувствую. Вы не знаете, каково это - быть той, кого никто не понимает.
- А он понимает? - Муза встала, и стул с грохотом отлетел назад. - Он, блядь, понимает тебя? Или он просто говорит тебе то, что ты хочешь слышать?
- Он дал мне то, что вы не дали, - Блум тоже встала, и в её глазах вспыхнул огонь. - Он дал мне свободу. Он дал мне силу. Он дал мне право выбора. А вы - вы только говорили мне, что я должна делать. Что правильно, а что неправильно. Но я устала быть правильной!
Муза смотрела на неё, и внутри всё обрывалось. Она видела перед собой чужого человека. Человека, который смотрел на неё с ненавистью, хотя когда-то они смеялись вместе, слушали музыку, делились секретами.
- Блум, - прошептала Муза, и голос её дрогнул. - Ты же знаешь, что я люблю тебя. Что мы все любим тебя. Мы не враги тебе.
- Я знаю, - ответила Блум, но в голосе её не было тепла. - Но мне всё равно на ваше мнение. Я сделала свой выбор. И я не собираюсь его менять.
Муза смотрела на неё долгим взглядом. В груди всё болело, и слёзы подступали к горлу, но она не позволила им пролиться.
- Ты помнишь, как мы познакомились? - тихо спросила она. - Ты помнишь, как мы впервые спели вместе? Как ты сказала, что никогда не чувствовала себя такой живой?
Блум моргнула. На мгновение в её глазах мелькнула тень - старой Блум, той, которая смеялась и верила.
- Помню, - сказала она тихо.
- И это ничего не значит для тебя? - Муза шагнула ближе. - Наша дружба ничего не значит?
Блум опустила взгляд. Пальцы её дрожали, и она сжала их в кулаки, чтобы успокоить.
- Я не хочу говорить об этом, - сказала она, и голос её стал глухим. - Просто уйди, Муза. Пожалуйста.
Муза стояла ещё мгновение, глядя на неё. Потом развернулась и пошла к выходу. У самой двери она остановилась и сказала, не оборачиваясь:
- Когда ты одумаешься - мы будем ждать. Всегда. Даже если ты больше не веришь в это.
Она вылетела в ночь, и ветер ударил в лицо, но слёзы всё равно текли по щекам. Она слышала, как за спиной хлопнула дверь, и это было как удар в спину.
Она вернулась в Алфею, в гостиную, где ждали Стелла и Текна. Они посмотрели на неё и поняли всё без слов.
- Она не хочет возвращаться, - сказала Муза, опускаясь на диван. - Она сказала, что ей всё равно на наше мнение.
Стелла закрыла лицо руками. Текна молча положила ладонь ей на плечо.
- Мы не будем больше лезть к ней, - сказала Текна. - Она должна сама понять. Или нет. Это её выбор.
- Но она же наша подруга, - прошептала Стелла сквозь слёзы.
- Она была нашей подругой, - тихо ответила Муза. - Сейчас я не знаю, кто она.
Они сидели в тишине, и за окном занимался рассвет. Серый, холодный, без надежды. Блум больше не было с ними. И никто не знал, вернётся ли она когда-нибудь.