Под звездами Монмартра

Пон-де-л'Аршевек оказался не таким, каким Алекс представлял его по наброскам Камиллы. Вместо романтичного полуразрушенного моста из её эскизов перед ним стояла массивная каменная конструкция с тяжёлыми арками, отбрасывающими резкие тени на воду.  

- Ты рисовала его... мягче, - заметил Алекс, останавливаясь у перил.  

Камилла провела пальцем по шероховатой поверхности камня.  

— Потому что на бумаге он может быть любым. В жизни же он вот такой — неуклюжий, грубый, с трещинами, которые городские власти каждый год замазывают цементом.  

Она достала альбом и быстро набросала несколько линий, изображая мост таким, каким он был перед ними. Но даже в этом быстром эскизе чувствовалось что-то большее — не просто мост, а его «настроение».  

Алекс наблюдал за ее руками. Они двигались уверенно, но когда она дорисовывала дальнюю арку, её пальцы дрогнули.  

— Ты не просто рисуешь его каждый день, — сказал он тихо. — Ты ждёшь.  

Камилла не ответила сразу. Ветер поднялся с Сены, взлохматил её волосы, и от этого взмокшие пряди казались темнее.

— Я ждала. Год. Потом еще один. Потом просто... привыкла приходить сюда.  

— Кто он?  

— Не «он», — она усмехнулась. — «Она». Моя лучшая подруга. Мы договорились уехать вместе. В Барселону. У нее там была мастерская, а у меня... ну, у меня были мечты.  

Алекс прислонился к перилам, чувствуя, как холод камня проникает сквозь ткань куртки.  

— Что случилось?  

— Она уехала на день раньше. Оставила записку: «Не могу ждать. Если захочешь — догони». — Камилла закрыла альбом. — Я так и не решилась.  

Вода под мостом была тёмной, почти чёрной. Алекс бросил в неё камешек, и круги разошлись, искажая отражение фонарей.  

— Почему?  

— Потому что боялась, что если приеду, то окажется, что она... не ждала. А теперь уже поздно.  

— Поздно?  

— Она умерла два года назад. Авария.  

Тишина повисла между ними, густая, как туман над Сеной. Алекс хотел что-то сказать, но все слова казались пустыми.  

Вместо этого он достал из кармана блокнот и быстро написал несколько строк. Потом вырвал листок и протянул Камилле.  

— Что это?  

— Начало статьи. Про художницу, которая рисует мосты, но не решается их перейти.  

Она прочитала и вдруг рассмеялась — неожиданно, почти с облегчением.  

— Ужасный текст.  

— Правдивый.  

— Да. Поэтому и ужасный.  

Она сложила листок и спрятала его в альбом. Потом посмотрела на Алекса, и в её глазах появился новый огонёк — не печаль, а вызов.  

— Ты все ещё хочешь написать про меня?  

— Нет, — ответил он. — Я хочу написать с тобой. - он специально выделил это слово для Камиллы.

— О чем?  

— О том, как перестать бояться трещин в чашках.  

Камилла улыбнулась и снова открыла альбом.  

— Тогда начинай.  

И под мостом, который больше не казался таким грубым, они начали новую историю.