Глава 23. Розовая жаба
Если бы кто-нибудь попросил Элиану описать Долорес Амбридж одним словом, она бы ответила:
- Нет.
Потому что одного слова было недостаточно.
Розовый.
Бантики.
Котята.
Улыбка.
Ложь.
Перья.
Тирания.
Вот уже лучше.
- Она меня пугает.
- Меня тоже, - согласилась Джинни.
- Меня нет.
Все повернулись к Фреду.
- Потому что я пугаю её первым.
Джордж гордо кивнул.
Гермиона закрыла лицо руками.
Учебный год становился всё тяжелее.
Амбридж запрещала.
Ограничивала.
Следила.
Наказывала.
И чем больше она пыталась заставить учеников молчать, тем сильнее становилось желание сопротивляться.
Поэтому Отряд Дамблдора продолжал существовать.
Тайно.
Упрямо.
Несмотря ни на что.
Для Элианы эти встречи стали спасением.
Здесь не задавали лишних вопросов.
Не смотрели сочувствующим взглядом.
Не обсуждали её способность.
Здесь она просто была собой.
Однажды после тренировки Гарри заметил, что она улыбается.
Совсем немного.
Но искренне.
- Что?
- Ничего.
- Тогда почему смотришь?
- Просто.
Ты выглядишь счастливее.
Улыбка сразу стала меньше.
Но не исчезла полностью.
И это уже было победой.
Тем временем положение становилось всё хуже.
Газеты врали.
Министерство врало.
Амбридж врала.
А Гарри всё чаще видел странные сны.
Сначала никто не понимал, что они означают
А после поняли, это видения или же послания, но не его, а Воландеморта
Весна наступила незаметно.
Но легче не стало.
Когда Гарри увидел видение о Сириусе, всё произошло слишком быстро.
Крики.
Споры.
Паника.
- Мы должны идти!
- Гарри, это может быть ловушка!
- А если нет?
Тишина.
Потому что никто не мог дать ответ.
Элиана первой поднялась на ноги.
- Если идёт Гарри, я тоже иду.
- Эли...
- Нет.
Даже не начинай.
Рон тяжело вздохнул.
- Отлично.
Тогда идём все.
Именно так началась самая опасная ночь в их жизни.
Ночь, которая приведёт их в Министерство магии.
К Пожирателям смерти.
К пророчеству.
К Волан-де-Морту.
И к моменту, когда Элиана Лоран поймёт:
иногда потерять можно гораздо больше, чем кажется.
Но в этот раз история будет другой.
Потому что в этот раз Сириус Блэк не собирался умирать.
