19
Утро началось с тишины. Необычной, почти волшебной. Камелия проснулась от того, что в комнате было подозрительно светло, хотя за окном обычно еще царил серый осенний полумрак. Она приподнялась на локте и выглянула в окно.
Мир был белым.
Первый снег выпал за ночь, укрыв сад, крыши, деревья толстым пушистым слоем. Снежинки все еще кружились в воздухе, медленно опускаясь на землю. Камелия ахнула и толкнула Глеба в плечо.
— Глеб, проснись! — закричала она. — Снег!
— Ммм, — он заворочался и натянул одеяло выше. — Еще пять минут.
— Глеб, вставай! — она дернула его за руку. — Первый снег! Мы должны выйти!
— Я не хочу выходить, — пробормотал он, зарываясь лицом в подушку. — Там холодно.
— Ты будешь ныть или встанешь? — она соскочила с кровати, натягивая теплый свитер. — Барсик, смотри! Снег!
Котенок, который спал на подушке, приоткрыл глаза, но решил, что это не его проблема, и снова свернулся калачиком.
Камелия подбежала к окну, прижалась носом к стеклу и улыбнулась. За окном был настоящий зимний пейзаж, как в открытке. Она быстро оделась — теплые джинсы, свитер, пуховик, шапка, которую она нашла в шкафу, — и выбежала из комнаты.
В коридоре она столкнулась с Астрой. Девочка уже была полностью одета — в ярко-розовом комбинезоне, варежках и с огромным шарфом. За ней бежал Хрюша, который, судя по всему, был очень удивлен, что на улице что-то белое и холодное.
— Ками! — закричала Астра. — Снег! Мы будем играть?!
— Конечно! — ответила Камелия. — Буди всех!
Через пять минут внизу уже собиралась вся компания. Слава натягивал шапку, Макс и Давид спорили, кто первый выйдет, Ефим уже стоял у двери с огромной улыбкой. Лилия помогала Астре застегнуть комбинезон. Хрюша метался между ног, пытаясь понять, куда все бегут.
Глеб вышел последним. Он был в черном пуховике с капюшоном, серых джинсах и смотрел на снег с легкой усмешкой.
— Ну что, детский сад, — сказал он. — Идем играть?
— Идем! — закричала Астра и первой выбежала на улицу.
Двор особняка превратился в волшебное белое поле. Снег хрустел под ногами, воздух был свежим и морозным, а с неба все еще падали крупные снежинки.
Астра упала в сугроб и начала махать руками, делая «снежного ангела». Хрюша подбежал к ней и начал тыкаться носом в снег, фыркая и отряхиваясь.
— Смотрите! — закричал Слава и запустил снежком в Макса. Тот увернулся и в ответ закидал его снегом.
— Война! — заорал Давид, и все начали кидаться снегом.
Камелия стояла в стороне и смеялась, глядя на эту суматоху. Она видела, как Слава завалил Лилию в сугроб и начал ее целовать, пока она отбивалась и смеялась. Как Астра пыталась слепить снежок, но руки в варежках не слушались. Как Хрюша носился вокруг всех, оставляя маленькие следы.
Глеб подошел к ней сзади, обнял за талию и поцеловал в щеку.
— Нравится? — спросил он.
— Очень, — она повернулась к нему. — Спасибо, что вышел.
— Ради тебя я готов даже замерзнуть, — он усмехнулся.
Но Камелия заметила его хитрый прищур и насторожилась.
— Глеб, что ты задумал?
— Ничего, — он сделал невинное лицо.
Но она не поверила. И не зря. Через секунду он поднял руку с огромным комом снега и аккуратно, но твердо засыпал ей весь капюшон.
— Глеб! — заорала Камелия, когда холодный снег посыпался за шиворот и по спине. Она отскочила, отряхиваясь, и уставилась на него с возмущением. — Ты что, совсем сдурел?!
— Прости, — он улыбался, но в глазах плясали чертики. — Ты была такая красивая, я не удержался.
— Красивая?! — она начала снимать с себя снег, но тот уже растаял, оставляя влажные пятна на одежде. — Я сейчас замерзну из-за тебя!
— Я согрею, — он шагнул к ней, но она отскочила.
— Не подходи! — она подняла с земли пригоршню снега и кинула ему в грудь. — Это тебе за капюшон!
Глеб расхохотался, стряхивая снег. Он уже хотел что-то ответить, но Камелия не остановилась. Она быстро слепила огромный снежок, подбежала к нему сзади и засунула его прямо за шиворот, в пуховик.
Глеб взвизгнул — почти по-женски — и выгнулся дугой, пытаясь достать снег из-под одежды.
— Камелия! — заорал он. — Ты убить меня хочешь?!
— Это тебе за капюшон! — она торжествующе засмеялась, отбегая на безопасное расстояние. — И не смей больше! А то я тебе еще и штаны снегом набью!
— Ты труп! — он наконец вытряхнул снег и начал наступать на нее с опасным прищуром. — Ты пожалеешь!
— Не подходи! — она отступала, но улыбалась. — Глеб, я серьезно!
Но он не слушал. Он догнал ее, схватил за талию и повалил в сугроб, но не для того, чтобы кидать снегом. Он начал щекотать ее.
— Нет! — закричала Камелия, извиваясь в его руках. — Глеб, прекрати! Я сейчас умру! Нет! Не надо! Я больше так не буду!
— Не будешь? — он продолжал щекотать ее, и она хохотала так громко, что все вокруг остановились и смотрели на них.
— Ками, — сказал Слава, подходя ближе. — Ты как? Жива?
— Нет! — простонала она сквозь смех. — Он меня убивает!
Глеб наконец сжалился и остановился. Он перевернул ее на спину, навис сверху и поцеловал в холодный нос.
— Ты прощена, — сказал он. — Но только потому, что ты слишком красивая, чтобы быть мертвой.
— Ты идиот, — она толкнула его в плечо. — Но я тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, — он поцеловал ее в губы, не обращая внимания на холод и снег, который таял у них под телами.
— Ой, опять, — вздохнул Слава. — Лиля, они опять!
— Завидуй, — сказала Лилия, обнимая его за талию. — Мы тоже можем.
Слава улыбнулся и поцеловал ее.
Астра подбежала к Камелии и Глебу, держа Хрюшу на руках.
— А можно я тоже с вами? — спросила она. — Я тоже хочу быть счастливой!
— Конечно, Астренок, — сказал Глеб, садясь и притягивая девочку к себе. — Ты с нами всегда.
Они сидели в снегу, обнимаясь, и смеялись. Хрюша бегал вокруг, Астра лепила снежки, а парни продолжали снежную войну. Барсик, который все-таки решил выйти посмотреть, что происходит, сидел на крыльце и с презрением смотрел на снег.
— Иди сюда, Барсик! — позвала Камелия, но кот только фыркнул и спрятался в дом.
— Он умный, — сказал Глеб. — Знает, где тепло.
— А я тоже хочу в тепло, — сказала Камелия, но не двинулась с места.
— Я согрею, — сказал Глеб, обнимая ее крепче.
Они сидели в снегу, не замечая холода, потому что им было тепло друг с другом. И Камелия знала, что такие моменты — самые важные в жизни.
Когда они наконец зашли в дом, все были мокрые, холодные и счастливые. Астра уже заказала горячий шоколад, Хрюша сушился у камина, а Барсик наконец вышел из укрытия и начал обнюхивать снег на одежде Камелии.
— Я думаю, — сказал Глеб, стягивая мокрый пуховик, — это был лучший первый снег в моей жизни.
— Правда? — Камелия повернулась к нему.
— Правда, — он поцеловал ее. — Потому что ты была в нем.
Камелия улыбнулась и обняла его.
А за окном все падал и падал снег, укрывая мир белым одеялом. И в этом доме, среди этих людей, царило тепло, которого не могли разрушить никакие морозы.