6
Камелия проснулась от того, что кто-то гладил ее по голове. Она открыла глаза и поняла, что все еще сидит на краю кровати Глеба, а ее голова покоится на его груди. За ночь она сама не заметила, как уснула, привалившись к нему.
Глеб уже не спал. Его зеленые глаза смотрели на нее с теплой усмешкой. Температура, судя по всему, спала — лицо было бледнее, чем вчера, но взгляд ясный и живой.
— Доброе утро, — сказал он тихо, поглаживая ее светлые волосы. — Ты храпела.
— Я не храплю! — возмутилась Камелия, резко садясь и поправляя одежду. — Ты все выдумываешь.
— Храпела, — повторил он с довольной улыбкой. — Мило так, по-девчачьи. Как котенок.
— Я похожа на котенка? — она фыркнула, но встала и потянулась, хрустнув спиной. — Я тебя всю ночь лечила, между прочим. А ты еще и издеваешься.
— Я не издеваюсь, — он сел в кровати, откинув одеяло. На нем была только футболка, которую Камелия заставила надеть перед сном. — Я просто говорю, как есть. Ты была очень милой. Я даже подумал, что, может быть, не такой уж я плохой, если такая женщина за мной ухаживает.
— Не надейся, — отмахнулась она, но в голосе не было злости. — Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, — он провел рукой по лицу. — Голова не болит, нос дышит, кашель почти прошел. Ты, видимо, правда лучший врач.
— Я же говорила, — она гордо вскинула подбородок. — Теперь будешь слушаться меня, когда я что-то говорю.
— Не буду, — он усмехнулся. — Но попытаюсь.
Камелия закатила глаза и направилась к двери.
— Я принесу тебе чай и завтрак. А ты пока приведи себя в порядок. От тебя пахнет больным.
— Я пахну мужественностью, — возразил Глеб.
— Ты пахнешь потом и ментолом, — отрезала она. — Принимай душ.
Она вышла из спальни, и Глеб проводил ее взглядом. На его губах играла довольная улыбка.
Когда Камелия спустилась вниз, ее встретили многозначительные взгляды. Вся компания сидела в гостиной: Макс, Давид, Ефим, Артём, Слава, Даня, Федя и Вадим. Лилия с Астрой тоже были там — девочка с упоением ела шоколадный батончик и строил планы на день.
— О, наша ночная сиделка! — воскликнул Слава, отрываясь от игры в карты. — Как там наш больной босс?
— Жив, — коротко ответила Камелия, направляясь на кухню.
— Жив-то жив, — протянул Давид, — но мы слышали, как ты с ним всю ночь возилась. Аж до двух ночи. Мы думали, там что-то серьезное. А оказалось — просто температура.
— Он был очень капризным, — Камелия заглянула в холодильник, ища продукты для завтрака. — Вел себя как ребенок. Плакал, стонал, говорил, что умирает. Ужас.
— Это наш Глеб, — усмехнулся Макс. — Он всегда такой, когда болеет. В прошлом году, когда он подхватил грипп, он чуть не сжег дом, потому что мы не принесли ему мороженое.
— Вы серьезно? — Камелия удивленно обернулась.
— Абсолютно, — подтвердил Ефим. — Он кричал, что без мороженого его жизнь не имеет смысла. Пришлось ехать в круглосуточный магазин за две версты, потому что у нас кончилось. Макс полчаса уговаривал его на ванильное, а он хотел клубничное.
Камелия расхохоталась. Она представила Глеба, холодного и властного, орущего из-за мороженого, и это было так нелепо, что она не могла остановиться.
— Вы не шутите? — вытирая слезы, спросила она.
— Клянусь, — поднял руку Артём. — Я тогда был за рулем. Слава сидел на пассажирском и орал в окно, чтобы все пешеходы шли нахуй, потому что мы спешим спасать босса от отсутствия клубничного мороженого.
— Боже, — Камелия покачала головой. — Это самый абсурдный разговор в моей жизни.
— Привыкай, — сказал Слава. — У нас всегда так.
Астра подбежала к Камелии и дернула ее за рукав.
— Ками, — спросила девочка с серьезным лицом, — а Глеб теперь умрет?
— Нет, — ответила Камелия, наклоняясь к ней. — Он уже выздоравливает.
— А зачем он тогда кричал, что умирает? — не унималась Астра.
— Потому что он драматичный, — усмехнулась Камелия. — Как ты, когда хочешь мини-пига.
Астра надулась.
— Это другое, — заявила она. — Я правда хочу мини-пига. А он просто хотел внимания. Лиля говорила, что так делают мужчины.
Камелия прыснула и взъерошила волосы девочки.
— Твоя сестра умная девочка, — сказала она. — Но Глебу мы это не скажем, ладно?
— Почему? — удивилась Астра.
— Потому что он еще больше обидится, — подмигнула Камелия.
На кухню зашла Лилия и обняла сестру.
— Астренок, иди играть, — сказала она. — Мы с Ками поговорим.
Когда девочка убежала, Лилия повернулась к подруге.
— Ками, — начала она тихо, — ты действительно провела с Глебом всю ночь?
— Да, — пожала плечами Камелия, но взгляд ее стал чуть напряженным. — Он был болен, я врач. Что в этом такого?
— Ты даже не врач в обычном смысле, — заметила Лилия. — Ты хирург. Ты оперируешь, а не лечишь простуду. И уж точно ты не обязана сидеть с ним всю ночь.
— Он просил, — Камелия отвернулась к плите, делая вид, что занята чайником. — Он был слабым и капризным. Я не могла оставить его одного.
— Ками, — Лилия взяла ее за руку. — Ты влюбляешься в него.
— Что? — Камелия резко обернулась, и в глазах ее мелькнула паника. — С ума сошла? Он мой похититель! Он угрожал тебе! Он — мафия! Я не могу...
— Не можешь, но делаешь, — спокойно сказала Лилия. — Я видела, как ты на него смотришь. Как он на тебя смотрит. Это не просто работа.
Камелия замолчала. Она хотела возразить, но слова застряли в горле. Потому что Лилия была права.
— Даже если так, — тихо сказала она, — это ничего не меняет. Я здесь, чтобы работать. И чтобы мы выжили. Все остальное — неважно.
— Ты сама в это веришь? — спросила Лилия.
Камелия не ответила. Она взяла поднос с чаем и тостами и вышла из кухни, оставив подругу стоять в одиночестве.
В спальне Глеба уже было убрано. Он сидел на кровати в чистой футболке, волосы влажные после душа. Увидев Камелию с подносом, он улыбнулся.
— Ты принесла мне завтрак, — сказал он с довольным видом. — Я начинаю привыкать к такому обращению.
— Не привыкай, — она поставила поднос на тумбочку и села в кресло напротив. — Это только сегодня. Потом будешь есть с остальными внизу.
— Почему? — он притворно нахмурился. — Я могу капризничать. Я могу орать, что умираю. Ты же прибежишь?
— Не прибегу, — отрезала она, но уголки губ дрогнули. — Я слышала, что ты в прошлом году чуть не сжег дом из-за мороженого.
— Кто тебе это сказал? — Глеб нахмурился. — Я их всех убью. Это был секрет.
— Все в доме об этом говорят, — усмехнулась Камелия. — Слава особенно.
— Слава — идиот, — пробормотал Глеб, но налил себе чай и отпил глоток. — Хотя ты и сама знаешь.
— Он хотя бы не кричит, что умирает при температуре тридцать восемь и пять, — парировала Камелия.
— Это была не просто температура, — важно сказал Глеб. — Это был крик души. Я чувствовал, что конец близок.
— Ты чувствовал, что хочешь внимания, — она покачала головой. — Но я тебя не осуждаю. Ты выглядел так жалко, что я не могла уйти.
— Жалко? — он приподнял бровь. — Я был величественен в своей болезни.
— Ты был похож на мокрого котенка, который потерял свою маму, — сказала она с улыбкой.
Глеб хмыкнул, но в глазах его заплясали смешинки.
— Ты жестокая, Камелия Светлова.
— Я заботливая, — поправила она. — Это разные вещи.
Они замолчали на мгновение. Глеб пил чай и смотрел на нее так, будто видел впервые. Камелия чувствовала на себе его взгляд и старалась не смотреть в ответ.
— Камелия, — сказал он вдруг. — Спасибо тебе. Правда. За то, что была рядом.
Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. В нем не было насмешки или игры, только искренность.
— Ты выздоравливаешь, — сказала она мягко. — Это главное.
— Я хочу, чтобы ты знала, — он поставил чашку и повернулся к ней всем корпусом, — я не собираюсь держать тебя здесь вечно. Когда все закончится, я дам тебе уйти. Ты и Лилия сможете вернуться к нормальной жизни. Я обещаю.
Камелия не знала, что ответить. В его голосе была такая уверенность, что она почти поверила. Но она знала, что мафия не отпускает своих людей. И эта мысль пугала ее больше всего.
— Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, — сказала она тихо.
Глеб посмотрел на нее серьезно, но ничего не ответил. Вместо этого он протянул руку и взял ее ладонь в свою.
— Я выполняю свои обещания, — сказал он. — Всегда.
Камелия почувствовала, как его пальцы сжимают ее руку, и ей стало тепло. Тепло и страшно одновременно.
Она медленно высвободила руку и встала.
— Мне нужно проверить, как там Астра, — сказала она, избегая его взгляда. — Отдыхай.
Она быстро вышла из комнаты, оставляя Глеба сидеть в одиночестве.
В коридоре она прислонилась к стене и прикрыла глаза. Сердце билось быстрее обычного, дыхание сбилось.
— Что ты делаешь с собой, Камелия? — прошептала она. — Ты же умная женщина. Ты знаешь, что это ничем хорошим не закончится.
Но в груди уже зацвело что-то опасное и нежное. И она не знала, как с этим справиться.
А внизу уже раздавался шум — Слава снова что-то уронил, Астра громко смеялась, Ефим играл на гитаре. Жизнь в особняке продолжалась, как ни в чем не бывало.
Но для Камелии этот день начался с того, что она осознала: она влюбляется в своего похитителя. И от этого не сбежать.