Глава 38: «Ночь, покрытая инеем»
Дым медленно оседал, будто нехотя отдавая базу обратно в руки порядка. Сквозь серую пелену проступали силуэты: солдаты кашляли, отряхивались, переглядывались, не зная, что делать дальше. А в центре, прикованный к стойке, всё ещё хохотал Эн — но смех его уже звучал тоньше, будто сам он начинал понимать, что шутка зашла дальше, чем хотелось.
И тут из дыма вышли оба генерала.
Не спеша. Не крича. Но в их походке было что-то такое, от чего даже самые стойкие солдаты невольно отступали на шаг. Лица у братьев были не просто злыми — они были ледяными. В этой тишине их ярость ощущалась острее любого крика.
Кристофер остановился прямо перед Эном. Его голос прозвучал низко, ровно, но в нём звенела сталь:
— Ты хоть понимаешь, что мог кого-то покалечить? Это не арена, не цирк и не твоя личная площадка для развлечений. Здесь люди. И они здесь не для того, чтобы быть мишенями для твоих выходок.
Эн на секунду перестал улыбаться. Он хотел огрызнуться, выдать что-то дерзкое, но встретил этот взгляд — и слова застряли в горле.
Уильям шагнул вперёд, его голос был тише, но от этого не менее тяжёлым:
— Мы пытались с тобой по-хорошему. Мы не стали снова запирать тебя в палате. Мы дали тебе увидеть, что тут не только цепи и приказы. А ты в ответ бросаешь гранаты под ноги тем, кто просто выполняет свою работу.
— Да я просто пошутил!
Наконец рявкнул Эн, дёргая цепями.
— Хотел посмотреть, как вы все… как вы…
— Как мы сломаемся?
Перебил Кристофер.
— Или как испугаемся? Так вот, Эн, мы не сломаемся. И не испугаемся. Но и терпеть твои «шутки» не будем.
На площадке повисла тишина. Даже ветер будто притих, слушая, чем всё это закончится.
Уильям чуть наклонился вперёд, глядя Эну прямо в глаза:
— Сегодня ты останешься здесь. На улице. Всю ночь. Пусть ты почувствуешь, каково это — быть снаружи, без крыши, без тепла, без возможности просто развернуться и уйти. Пусть ты подумаешь о том, что сила — это не только крушить.
Эн дёрнулся, будто его ударили:
— Что?! Да вы блять с ума сошли! Тут же… тут же холодно будет, идиоты!
— Именно.
Спокойно ответил Уильям.
— И это не наказание ради наказания. Это чтобы ты понял: свобода — это не хаос.
Они развернулись и пошли прочь, не оглядываясь. Солдаты потянулись за ними, и вскоре площадка опустела. Только Эн остался прикованным к стойке, а вокруг него медленно оседала последняя дымка.
---
Ночь на базе наступала не сразу — она подкрадывалась, забираясь в щели, оседая инеем на металле, вытягивая тепло из бетона. К полуночи воздух стал колючим, пробирающим до костей. Ветер гулял между ангарами, свистел в стыках плит, и каждый его порыв будто вонзался в кожу.
Эн сначала пытался не замечать холода. Он стискивал зубы, прятал плечи, втягивал голову, будто надеялся, что если не думать о холоде, он исчезнет. Но мороз был упрямым. Он забирался под кожу, пробирался к костям, заставлял тело дрожать мелкой, противной дрожью.
— Чёртова погода…
Пробормотал Эн, кусая губы.
— Почему так холодно…
Он дёрнул цепями, проверяя, не ослабли ли замки за день. Но нет. Магнитные фиксаторы только сильнее впились в кожу, будто смеялись над его попытками.
— Блять…
Прошептал он, опуская голову. —
Эти два еблана… решили оставить меня тут? Серьёзно?
Он снова рванулся, уже не сдерживаясь, вкладывая в рывок остатки силы. Цепи звякнули, металл скрипнул, но держался крепко. Эн зарычал, уткнувшись лбом в холодное железо стойки, и на секунду замер, пытаясь унять эту глухую, злую дрожь.
Холод теперь был не просто неприятным — он становился врагом. Он сковывал движения, затуманивал мысли, заставлял зубы стучать так, что Эн сам себя не слышал.
— Ладно… ладно…суки.
Бормотал он себе под нос, будто уговаривая собственное тело не сдаваться.
— Это просто ночь. Просто холод. Я это переживу. Я всё переживу…
Но в темноте, когда прожекторы выхватывали из мрака только острые углы зданий и длинные тени, ему вдруг стало не по себе. Не от страха. А от одиночества. Впервые за долгое время он остался один на один не с врагами, не с цепями, а с тишиной, которая была слишком большой и слишком холодной.
Он поднял голову, посмотрел на тёмное небо, где сквозь огни базы едва проглядывали звёзды, и тихо, почти шёпотом, произнёс:
— Ну и пусть. Я не попрошу. Ни за что не попрошу…пусть идут нахуй. Я не такой слабак.
________________________________________
|694 слова|