Часть I. Пролог.
ЧАСТЬ I
"В тихом омуте черти водятся".—русская пословица.
Пролог
О, Боже! Как же я ненавижу похороны. Мрачные одежды, постные лица "скорбящих" и пустые соболезнования людей, которых ты видишь в первый и последний раз в своей жизни. Сборище тупоголовых лицемеров , не иначе. И тем не менее я здесь... Но как не странно в этот раз "спектакль" довольно забавный, вот только если бы не противный дождь... Он навивает мне воспоминания...
Я с детства была трудным ребёнком. Постоянно мастерила какие-то штуки, предлагала странные игры. Другие дети сторонились меня, а как только я пошла в школу, сверстники окончательно закрепили за мной клеймо фрика. Чтож, им же хуже, ведь я всегда возвращаю обиды! Да... Со мной приходилось нелегко , но у меня были хорошие родители. Они дарили мне ласку и любовь, пока не погибли в автокатастрофе. Ну надо же! Помню, как сейчас! Мне девять, и их больше нет. У меня никого не осталось. С опухшими от слёз глазами, перемазанная в грязи, в порвано платье и с разодранными коленками, я шла по дороге, пропитанной сыростью красноватого, от света вывесок тумана. Вот и всё, это конец. Так я думала в тот момент.
И тогда появился Он. Самый офигительный чувак в моей жизни, криминальный авторитет города — Хонест. Он держал всю столицу "у себя за пазухой" и пихнул туда же и меня. Признаться , я иногда задавалась вопросом о необходимости иметь ребёнку моего возраста пособие "1001 способ как убить человека " , чтож Он хотя-бы старался. Когда мне исполнилось одиннадцать, Хонест подарил мне пистолет с глушителем...
В тот день я на личном опыте убедилась, как сложно прятать трупы. Несмотря на то, что отцом Хонест был некудышным, нам было весело вдвоём и нам все завидовали (так, по крайней мере мне хотелось думать). Он продолжал контролировать весь преступный контингент города, а я постреливала заказных людишек, Он любил меня , а я любила Его. Мы были счастливы. Пока я не умудрилась всё испортить...
Это было два года назад. Заказ пришёл анонимно.Ноль информации о нанимателе. Ноль информации о жертве. Только дата, время, место и в чём будет одет потенциальный покойник. Хонест в тот день отлучиться с базы, как он сказал мне, решил сам уладить пару вопросов. И вот 13:58, я с крыши здания наблюдаю за Мостом Независимости.Человек в сером плаще, как и было указано в письме, пришёл в назначенное место. 13:59 и 8 секунд — пора! Курок нажат, свист пули и ровно в два часа дня человек в сером плаще стал трупом. Его колени подогнулись, и безжизненная фигура упала на брусчатку.Но самое страшное, что я узнала эту фигуру, я поняла, кто это. «Это был Он…» С минуту я неверящим взглядом продолжала смотреть в прицел, а потом… Потом я перелетала через несколько ступеней. Так быстро я ещё не бегала никогда.
И вот я на мосту, вокруг собралась толпа. Я не ошиблась — это был Он. Я метнулась к нему. Я звала, я кричала, клялась навзрыд, что не хотела. Смутно помню, как меня оттащили от тела, как кто‑то побежал вызывать врачебную карету, но я‑то знала, что было поздно. Его больше нет. Он мёртв. «Вот и всё, — подумала я, — “Теперь это точно Конец”».
Мне не хватило духу прийти на Его похороны. Признаюсь, за эти два года я даже не удосужилась навестить Его могилу. Всё, что я могла тогда, — это наблюдать с соседней крыши, как Моего Человека кладут в яму, засыпают землёй.Командир Трей, Четвёртый Член Совета Империи и правая рука Хонеста, стояла неподалёку и лишь изредка поглядывала в моём направлении. Она знала, что я где‑то рядом. Она знала, кто виновник этого «торжества». Единственная из всех живых, кто хоть что‑то об этом знала. Она молчала, и я была благодарна ей за это. Я недолюбливала Трей, а Трей недолюбливала меня, но мы доверяли друг другу, зная, что обе выдадим тайны только на Страшном Суде.
И я поклялась, что лично вышибу мозги той мрази, которая отняла у меня Хонеста. И я сдержу клятву, чего бы мне это ни стоило.