Не такая

Солнце только начинало пробиваться сквозь неплотно задвинутые шторы, рисуя на стенах золотистые полосы. В комнате было тихо и тепло — та особенная утренняя тишина, когда весь мир ещё спит, и только ты  бодрствуешь в этом спокойствии.

Даниэла открыла глаза. Сначала она не поняла, где находится — привычный потолок над головой, знакомые очертания комнаты. А потом она почувствовала. Тепло рядом, дыхание, которое касалось её плеча, руку, которая лежала на её талии. Она медленно повернула голову и увидела Адель.

Адель спала. Распущенные кудри разметались по подушке, ресницы отбрасывали лёгкие тени на скулы, а губы были чуть приоткрыты. Она выглядела такой расслабленной, такой уязвимой — совсем не той дерзкой и уверенной Адель, которую все знали. Даниэла смотрела на неё и не могла отвести взгляд. Сердце внутри сжималось от переполнявших эмоций.

Она лежала и просто наблюдала за дыханием Адель, за тем, как её грудь медленно поднималась и опускалась, за тем, как пальцы на её талии чуть подрагивали во сне.

Она не могла понять, как всё это произошло. Ещё пару месяцев назад она была одна. Просто девочка, которая, казалось, никому не была нужна. Никто не замечал её, никто не ждал её звонка, никто не искал её взглядом в толпе. Она была серой тенью, которая сливалась с окружающим миром. А теперь... теперь она чувствовала себя центром собственной вселенной. Потому что рядом была та, ради кого хотелось просыпаться каждое утро.

Даниэла аккуратно, стараясь не разбудить Адель, высвободилась из её объятий. Она села на кровати и на мгновение замерла. Мыслей было так много, что они, рвались наружу. Ей нужно было выплеснуть их куда-то, зафиксировать, понять.

Она посмотрела на свой письменный стол. Там, среди книг и тетрадей, лежал старый блокнот — тот самый, в котором она иногда записывала свои мысли. Она взяла его и села на пол, прислонившись спиной к кровати. Ручка привычно легла в руку, и Даниэла задумалась, собираясь с мыслями.

А потом начала писать. Быстро, почти не останавливаясь.

«Любить кого-то сложно. Наверное, это самое сложное, что вообще может быть в жизни. Любовь — это чувство, которое невозможно объяснить до конца. Понять его тоже невозможно. Ты просто чувствуешь его каждой клеткой своего тела, каждым вдохом, каждым ударом сердца. И это одновременно пугает и завораживает.

А когда эта любовь ещё и такая, которая не укладывается в привычные рамки, которую нельзя вписать ни в какие стандарты и правила, когда ты сама не понимаешь, где она начинается и где заканчивается, когда ты не знаешь, как вообще это случилось с тобой... Это становится ещё сложнее. Запутаннее. Но от этого — ярче, интереснее, чувственнее. Настоящее.

Я никогда не думала, что такое возможно. Что я смогу встретить человека, который перевернёт всё моё представление о мире, о себе, о том, какой должна быть жизнь. Я всегда думала, что буду одна. Что я такая — невидимая, серая, скучная. Что меня никто не заметит, а если заметит, то не захочет остаться.

Но она пришла. Просто появилась в моей жизни, как солнечный луч в пасмурный день. Она ворвалась в неё, сломала все мои рамки, все мои страхи, все мои представления о том, как должно быть. И я не могу представить свою жизнь без неё.

Она особенная. Не такая, как все. В ней есть что-то такое, что невозможно объяснить словами — магнетизм, свет, внутренняя сила, которая заставляет хотеть быть рядом с ней каждую секунду.

Я боюсь. Боюсь, что однажды это закончится. Боюсь, что она проснётся и поймёт, что ошиблась. Что я недостаточно хороша для неё, что я слишком скучная, слишком правильная, слишком зажатая. Но каждый раз, когда она смотрит на меня, когда она касается моей руки, когда она просто рядом — я перестаю бояться. Потому что в этих взглядах есть что-то настоящее. То, что я не могу выдумать.

Раньше я думала, что моя жизнь — это бесконечная рутина, в которой нет места чему-то яркому и настоящему. Я просыпалась, делала одно и то же, ходила в колледж, возвращалась домой, и каждый день был похож на предыдущий. Я чувствовала себя пустой, ненужной, незаметной. И я смирилась с этим. Я думала, что так будет всегда.

Но теперь всё изменилось. Я изменилась. Она изменила меня. Я чувствую себя живой. Я чувствую себя настоящей. Я чувствую себя той, кто может быть любимой и кто любит сама.

Я люблю её. Это странно и пугающе, но я люблю её. И я хочу, чтобы она всегда была рядом. Чтобы я могла просыпаться с ней по утрам, смотреть на неё спящую, чувствовать её тепло.

И возможно, в этом и есть главный смысл — просто быть вместе. Не думать о том, что будет завтра. Не пытаться вписать свои чувства в какие-то рамки. Просто быть. Рядом. С ней.

Я не знаю, как у нас всё сложится. Я не знаю, что будет через год или через два. Но сейчас я хочу быть здесь. С ней. И я верю, что у нас всё получится. Потому что то, что между нами есть — настоящее. Самое настоящее, что было в моей жизни.»

Даниэла остановилась. Ручка замерла в руке, а на странице остались последние слова. По щеке скатилась слеза. Она выдохнула, закрыла блокнот и прислонила его к груди, внутри разливалось то самое спокойное умиротворение, которое она так долго искала.

Она медленно повернула голову и посмотрела на кровать. Адель лежала неподвижно, и Даниэла уже подумала, что та всё ещё спит. Но потом она заметила, как дрогнули ресницы, как губы тронула едва заметная улыбка. Адель открыла глаза — те самые пара родных карих глаз, в которых танцевали отблески утреннего света.

Она смотрела на Даниэлу сквозь сон. В её взгляде было столько тепла, столько спокойствия, что у Даниэлы перехватило дыхание.

— Ты уже проснулась? — тихо спросила Адель, и голос её был хриплым со сна, но таким родным.

— Да, — ответила Даниэла, а на губах сама собой появилась улыбка. — Я не хотела тебя будить.

Адель слабо улыбнулась и протянула руку, касаясь пальцами щеки Даниэлы. Её прикосновение было тёплым, почти невесомым.

— Иди сюда, — прошептала она, и в этом шёпоте было столько нежности, что Даниэла не могла не подчиниться.

Она положила блокнот на пол и забралась обратно на кровать, под одеяло, прямо в объятия Адель. Адель обняла её, притянула к себе.

— Ты чего вскочила так рано? — спросила Адель сонно, но в её голосе звучала улыбка.

— Просто не могла уснуть, — тихо ответила Даниэла. — Много мыслей.

— О чём?

Даниэла на мгновение задумалась. Как объяснить словами то, что нельзя объяснить? Как сказать о том, что она чувствует, когда внутри разливается такое огромное и светлое?

— О тебе, — просто сказала она, и в этом слове было всё.

Адель ничего не ответила. Она просто крепче прижала Даниэлу к себе и поцеловала её в макушку. И в этом молчаливом жесте было всё.

Они лежали, и утренний свет заливал комнату золотистыми лучами. Где-то за окном просыпался город, слышались голоса птиц и далёкий шум машин. Но для них в этом мире существовали только они двое. И это было самое главное.

Даниэла закрыла глаза, чувствуя, как дыхание Адель становится ровным и спокойным. Она слышала, как бьётся её сердце — ровно, уверенно, как будто оно знало, что всё будет хорошо.

Конец... Как вам? Понравилось?