DK. Точка невозврата

Эта адская тренировка заняла целую ночь. Мои пальцы были стерты до крови, плечо дико ныло от постоянной отдачи, а голова раскалывалась от запаха пороха и бесконечных выстрелов. Но к утру мне всё же удалось несколько раз попасть в край мишени. Дмитрий остался доволен. Он лениво кивнул охранникам, и меня повели обратно в подвал.

Железная дверь со скрипом закрылась, и я снова оказалась в сыром полумраке нашей камеры. Я без сил опустилась на пол рядом с Катей, прижимая затекшие, дрожащие руки к груди.

Катя медленно подняла на меня свои заплаканные, опухшие глаза. В её взгляде было столько боли, разочарования и презрения, что мне захотелось закричать.

— Ну что? Ты где была? — тихо, с надрывом спросила она.

— С Дмитрием, — так же тихо ответила я, утыкаясь носом в колени. — Тренировалась.

— Тренировалась? Зачем? — Катя судорожно вздохнула, и по её щекам снова покатились слезы. — Ты что... ты действительно решилась убить Даню? Из-за денег? Из-за своей шкуры?! Вика, он же любит тебя! Он ради тебя жизнь готов отдать, а ты...

— Катя... — я резко наклонилась к ней, прерывая её крик.

Я быстро огляделась по сторонам, проверяя, нет ли в углах подвала скрытых камер или микрофонов. Вроде бы ничего не было, только глухой бетон и свисающая лампочка. Я придвинулась вплотную к Кате, коснулась своими дрожащими пальцами её связанных рук и зашептала ей на самое ухо.

— Тихо. Не кричи. Пожалуйста, выслушай меня.

Катя замерла, удивленно округлив глаза.

— Я никогда не убью Даню, — горячо зашептала я, чувствуя, как слезы снова подступают к глазам. — Никогда, слышишь? Я люблю его больше жизни. Но если бы я отказалась, Дмитрий убил бы тебя прямо у меня на глазах, а потом добрался бы до Дани. Я соврала ему. Я просто притворилась покладистой отличницей, чтобы выиграть для нас время. Чтобы развязать руки. Понимаешь?

Катя смотрела на меня, и в её глазах медленно, капля за каплей, угасал этот страшный лед недоверия. Она шумно выдохнула, прикрывая глаза.

— Боже... Вика... Извини меня. Я думала, ты...

— Всё нормально, — я нежно сжала её холодную ладонь. — Нам нужно держаться вместе. Даня придет за нами. Я знаю, что придет. И когда он будет здесь, мы должны быть готовы дать Дмитрию сдачи.

Мы сидели в холодном подвале, прижавшись друг к другу, чтобы хоть немного согреться. Мы обе были истощены, напуганы до смерти, но теперь между нами больше не было вражды.

POV Даня.
— Вик? Я дома! — крикнул я, закрывая за собой входную дверь и бросая ключи на тумбочку в прихожей.

В ответ мне была лишь глухая, мертвенная тишина. Она показалась мне странной. Обычно, когда я возвращался, из глубины квартиры доносился шорох её шагов, негромкая музыка из телефона или до безумия уютный запах еды, которую она вечно пыталась приготовить. Но сейчас квартира встретила меня лишь сквозняком из приоткрытого окна.

Я прошёл в гостиную. На журнальном столике так и стояли наши утренние, недопитые чашки из-под кофе. На диване валялся её любимый серый плед, небрежно скомканный, словно она только что из-под него выбралась.

— Вика! — уже громче позвал я, чувствуя, как в груди неприятно кольнуло предчувствие чего-то страшного.

Я быстро проверил спальню, заглянул в ванную, но там было пусто. Вся квартира дышала её присутствием:, на вешалке висел её любимый белый топ, в ванной лежали её заколки, на кухне на плите стояла сковорода. Всё указывало на то, что она ушла совсем недавно.

Я ведь умолял её. Держал за плечи, смотрел в глаза и умолял: «Вик, не выходи из дома, закройся на все замки, пока я не вернусь». Мои дела с людьми Дмитрия требовали срочного вмешательства, я пытался выбить нам время, пытался закрыть долги, чтобы спасти её. А она...

Дрожащими руками я вытащил из кармана телефон и набрал её номер. Каждая секунда ожидания казалась мне пыткой. В ухо ударил монотонный, механический голос автоответчика:

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети...

— Сука! — сорвался я на глухой, яростный крик, со всей силы ударив кулаком по кухонному столу. Посуда жалобно звякнула. — Вика, ну почему ты меня никогда не слушаешь?!

Я набрал Риту. Телефон ответил почти сразу.

— Даня? Что-то случилось? — в её голосе послышалась мгновенная тревога. — Вы с Викой вместе?

— Рит, она дома? Она не у тебя? — я едва сдерживал себя, чтобы не сорваться на крик. Мой хриплый голос дрожал от подступающей паники.

— Нет... Мы расстались после школы, она сказала, что пойдет домой, ждет тебя. Дань, что происходит? Её нет дома?!

— Её нет, Рит, — выдохнул я, чувствуя, как земля буквально уходит у меня из-под ног. — Телефон отключен. Я просил её не выходить...

— Господи... — Рита на том конце трубки испуганно всхлипнула. — Дань, это... это те люди, о которых ты говорил?

— Я найду её, Рит. Я найду её, чего бы мне это ни стоило, — перебил я её, отключая вызов.

В голове пульсировала только одна мысль: это моя вина. Вся эта идиллия последних дней, эти поцелуи на рассвете, её тихий смех на моей кухне — я поверил, что смог защитить её. Поверил, что этот ублюдок Дмитрий оставит нас в покое. Какой же я трус и идиот. Я сам привел опасность к её порогу. Я разрушил её жизнь.

Я выбежал из подъезда. На улице уже окончательно стемнело, Питер накрыло холодным, сырым туманом. Я пошел по маршруту от дома к ближайшему супермаркету — единственному месту, куда она могла пойти за продуктами. Каждая подворотня, каждый темный угол казались мне угрозой.

Примерно посреди темного переулка, у старой кирпичной арки, я замер.

На мокром асфальте лежал тканевый шоппер. Тот самый, с которым она всегда ходила в магазин. Рядом из разорванного пакета выкатились несколько яблок и разбитая баночка соуса.

Я медленно опустился на колени прямо в грязь, поднимая этот шоппер. Его ткань была влажной от дождя. Внутри лежали её ключи от квартиры с забавным брелоком.

В груди поднялся такой дикий, разрывающий ураган ярости и бессилия, что мне стало трудно дышать. Я сжал этот чертов шоппер в кулаке так сильно, что пальцы побелели, а из горла вырвался глухой, звериный рык. Дмитрий забрал её. Прямо отсюда. Скрутил, бросил в машину и увез. Мою маленькую, хрупкую Вику, которая так боялась темноты.

Вдруг мой телефон в кармане куртки ожил, разрывая тишину переулка резким звонком.
Я мгновенно выхватил его, даже не глядя на экран.