10. «Посмотри на меня»
Я пошла на кухню. Она у него была огромной, стильной, в темных тонах. Я открыла холодильник и задумчиво посмотрела, что я вообще могу приготовить. Выбор был невелик. Самое простое для меня — это яичница. Я разбила три яйца, нашла в дверце молоко и быстро смешала их в глубокой миске. Уже через 8 минут пышный омлет был готов, и я аккуратно разложила его по двум тарелкам.
— Дань, я всё! — крикнула я в коридор, чтобы он услышал.
Уже через минуту Даня появился на кухне. Он удивленно посмотрел на тарелки, улыбнулся и мы сели за стол. Омлет улетел за пару минут — мы оба были дико голодными. Когда с едой было покончено, я отодвинула тарелку и прямо посмотрела на него.
— Дань, так ты отдашь мне телефон?
Даня лениво откинулся на спинку стула, вертя в пальцах зубочистку.
— Отдам позже.
— Ладно, — выдохнула я, отворачиваясь к окну. — Господи, как он меня заебал...
Я включила фильм больше от привычки, чем от желания смотреть — просто чтобы в комнате не висела тишина. Даня устроился рядом, подкинул большой плед мне через колени и, не поднимая глаз, сказал.
— Выбирай. Комедия или драмы?
— Лучше что‑то лёгкое, — пробормотала я. Голос ещё дрожал от вчерашнего, и я было готова сморщиться от каждого его прикосновения.
Я почти не смотрела на экран. Мое внимание было приковано к его профилю. Острые скулы, прямая линия носа, плотно сжатые губы. Внутри меня всё ещё шла жестокая война: разум кричал, что я должна ненавидеть его за ту ночь на трассе, за его грубость, за то, что он разрушил мою привычную жизнь. Но тело предательски тянулось к его теплу.
Даня вдруг повернул голову, поймав мой взгляд. Его небесно-голубые глаза в темноте казались почти черными.
— Чего не смотришь? Не нравится фильм? — тихо спросил он. Его хриплый голос вибрировал в тишине комнаты.
— Смотрю, — соврала я, поспешно переводя взгляд на экран.
Даня молча отложил пульт. Он придвинулся ближе, и я почувствовала, как диван слегка просел под его весом. Наша близость лишала меня возможности нормально дышать.
Он протянул руку и аккуратно, едва касаясь пальцами, заправил непослушную темную прядь мне за ухо. От этого простого жеста по коже побежали крупные, обжигающие мурашки.
— Вик... — позвал он так тихо, почти шепотом. — Посмотри на меня.
Я медленно повернула голову. Наша близость пугала и манила одновременно.
— Я знаю, что я ублюдок, — его голос дрогнул, и он мягко коснулся ладонью моей щеки. Его пальцы были прохладными, но для меня они горели как огонь. — Я сделал тебе больно. Но я клянусь... я никогда так не боялся потерять кого-то, как боюсь потерять тебя.
Я не успела ничего ответить. Он медленно наклонился, сокращая последние сантиметры между нами. Его губы мягко, почти невесомо коснулись моих. Это не было похоже на то, что случилось на трассе. В этом поцелуе не было грубости — только робкая, отчаянная нежность и безмолвная мольба о прощении.
Мое сознание затуманилось. Забыв обо всех обидах, я приоткрыла губы, отвечая на его поцелуй. Я зарылась пальцами в его мягкие рыжие волосы, притягивая ближе к себе. Даня тихо выдохнул мне в губы, его рука переместилась на мою талию, прижимая к своему горячему телу. В этот момент мир вокруг перестал существовать. Были только мы двоем, этот полумрак и тихий стук дождя.
Когда мы наконец отстранились друг от друга, тяжело дыша, Даня уткнулся лбом в мое плечо.
— Спи, — прошептал он, укрывая нас пледом. — Я буду здесь.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его сильные руки крепко обнимают меня со спины. И впервые за долгое время я заснула без кошмаров.
Я проснулась от того, что комнату залил мягкий утренний свет. Даня всё еще спал, смешно уткнувшись носом в подушку. Я аккуратно выбралась из его объятий, стараясь не разбудить.
Посмотрев на часы я поняла, что у меня есть еще полтора часа до уроков. Поставив чайник, я решила приготовить блинчики. Сладкий аромат ванили и жареного теста быстро заполнил всю кухню, вытесняя ночную прохладу.
— М-м-м, блинчики... — раздался сзади сонный, хриплый голос.
Я обернулась. Даня стоял в дверях, растрепанный, щурясь от солнца, в одних домашних штанах. На его губах играла мягкая, теплая улыбка.
— Вкусные блинчики, — произнес он, беря один прямо с тарелки и забавно дуя на него.
— Спасибо, — я улыбнулась в ответ, наливая ему чай.
Когда мы доели, посмотрев на время, мы поняли, что уже пора выходить. Мы быстро сели в его черную БМВ и поехали в сторону школы. Дорога заняла примерно полчаса, в течение которых мы просто молчали, но это молчание больше не душило — оно было комфортным.
Я вышла из машины у ворот и направилась ко входу. Посмотрев назад, я увидела, что Даня пошел совершенно в другую сторону — к парковке за углом.
— Дань, а ты куда? — крикнула я.
— Я ко второму, — обернулся он и махнул рукой.
— Ладно.
Я зашла в школу, а затем и в кабинет. Пройдя на свое место, я села, и как раз начался первый урок. Влада в классе снова не было, и от этого на душе стало немного тоскливо.
Ко второму уроку, как и говорил, пришел Даня. Он бесшумно зашел в класс, и, к моему огромному удивлению, подошел к моей парте и сел со мной.
— Ну что, Вик, как первый урок? — спросил он, доставая тетрадь.
— Как обычно, — я пожала плечами. — А ты куда уходил?
— Да так, по делам, — коротко бросил он, утыкаясь в телефон.
— Понятно, — вздохнула я. Внутри поднялась легкая обида — я надеялась, что после вчерашнего он расскажет мне хоть что-то.
Мне стало дико некомфортно в классе. Возможно, из-за присутствия Дани рядом. Он действительно странный, мне его не понять. То он пытается подружиться, целует меня с такой нежностью, а потом из-за его закрытого характера всё будто рушится обратно.
Мои размышления прервал звонок на следующий урок. Я немного задержалась в коридоре и вбежала в класс уже после учителя.
— Извините за опоздание, — быстро сказала я и тут же словила на себе пристальный, обжигающий взгляд Дани. Пройдя на место, я села рядом с ним.
— Где ты гуляла? — сразу обратился ко мне Даня, наклоняясь ближе.
— Да так, по школе.
— А после школы не хочешь погулять? — неожиданно предложил он, и в его глазах снова заплясали те самые азартные чертики.
— Ну, я подумаю, — кокетливо ответила я.