3:
— Ты чего зависла? — тихо спросила подруга Адель, когда Мария протянула документы на возврат.
Адель не сразу ответила.
Она всё ещё смотрела на закрытую дверь кабинета.
— Ничего.
— Ты её знаешь?
— Нет...
Это слово далось ей слишком легко.
И слишком тяжело одновременно.
Нет.
Она не знала девушку с рыжими волосами, пирсингом в носу и татуировками.
Не знала владелицу магазина, которая говорила спокойно и отстранённо.
Не знала человека, который даже не улыбнулся ей.
Но глаза...
Эти глаза она уже где-то видела.
— Девушки? — окликнула их Мария. — Подпишите здесь, пожалуйста.
Адель машинально поставила подпись.
— А у вашей начальницы действительно была авария? — неожиданно спросила она.
Мария сразу посерьёзнела.
— Да. Год назад.
— И она правда... не помнит людей?
— Иногда помнит, иногда нет, — осторожно ответила Мария. — У неё бывают провалы в памяти. И сильные головные боли. Особенно если что-то пытается вспомнить.
Адель почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Понятно...
— Вы точно с ней не знакомы? — вдруг спросила Мария. — Потому что ты на неё так смотрела...
Адель опустила взгляд.
— Нет. Наверное, просто показалось.
Но это было не так.
Ничего ей не показалось.
В кабинете Карина сидела, прижав пальцы к вискам.
Боль постепенно отступала.
Она открыла ящик стола и достала упаковку таблеток.
Запила одну водой и тяжело выдохнула.
За год она привыкла.
К этому ощущению.
Будто воспоминания находятся совсем рядом, но стоит попытаться дотянуться до них — голова начинает раскалываться.
Она закрыла глаза.
Тёмные волосы.
Тихий голос.
Растерянный взгляд.
Почему эта девушка показалась ей такой знакомой?
Карина попыталась вспомнить.
И тут же поморщилась от новой вспышки боли.
— Нет, — прошептала она самой себе. — Не надо.
Она давно перестала заставлять себя вспоминать.
Если мозг что-то стёр — значит, так было нужно.
Правда?
В дверь постучали.
— Заходи, — устало сказала она.
В кабинет заглянула Мария.
— Ты как?
— Жива.
— Она ушла.
Карина вопросительно посмотрела на неё.
— Девушка из зала. Та, из-за которой ты чуть в обморок не хлопнулась.
— Я не хлопнулась бы в обморок.
— Конечно, — фыркнула Мария. — Именно поэтому сидишь бледная как стена.
Карина слабо улыбнулась.
— Всё нормально.
Мария немного помолчала.
— Она спросила про твою аварию.
— Правда?
— Угу. И выглядела так, будто сейчас заплачет.
Карина опустила взгляд.
Почему-то от этих слов стало не по себе.
— Странно, — тихо сказала она.
— Что именно?
— Такое чувство... будто я должна её помнить.
Мария присела напротив.
— А ты помнишь?
Карина долго молчала.
— Нет.
И это была правда.
Она не помнила.
Не лицо.
Не имя.
Только чувство.
Тяжёлое, тёплое и болезненное одновременно.
Словно кто-то когда-то занимал огромное место в её жизни.
А потом исчез
Тем временем Адель стояла на улице возле магазина.
Ветер трепал её волосы.
Подруга уже что-то говорила рядом, но она не слушала.
Её взгляд был прикован к вывеске.
К окнам.
К двери, за которой осталась девушка с рыжими волосами.
— Ты идёшь? — спросила подруга.
— Да...
Но Адель не сдвинулась с места.
Где-то глубоко внутри зарождалось странное чувство.
Она была уверена.
Нет.
Она знала.
Она уже встречала эти глаза раньше.
И почему-то мысль о том, что эта девушка действительно её не помнит...
Болела сильнее, чем должна была.
А за стеклом своего магазина Карина, сама не понимая зачем, подняла взгляд на улицу.
И встретилась глазами с незнакомкой, которая никак не могла уйти.
Они смотрели друг на друга всего несколько секунд.
Через стекло.
Сквозь отражения прохожих и огни вывесок.
А потом девушка на улице первой отвела взгляд.
Подруга что-то сказала ей, слегка потянув за рукав.
Она кивнула и наконец ушла.
Карина ещё несколько секунд стояла неподвижно.
А затем медленно опустила жалюзи на двери кабинета.
— Карин?
— М?
— Ты точно в порядке? — Мария вошла внутрь, держа в руках два стаканчика кофе. — Потому что если нет, я могу закрыть магазин сама.
Карина взяла кофе.
— Я в порядке.
— Ты так говоришь каждый раз.
— Потому что так и есть.
Мария села напротив и внимательно посмотрела на неё.
— Тогда почему ты уже пять минут смотришь в одну точку?
Карина нахмурилась.
— Не знаю.
Она действительно не знала.
В голове осталась только лёгкая тяжесть.
И чувство потери.
Будто она что-то забыла.
Нет.
Будто она кого-то забыла.
Но сколько бы она ни пыталась ухватиться за это ощущение, в ответ приходила лишь тупая боль в висках.
Вечером они закрыли магазин.
Мария ушла первой, как обычно не забыв напомнить:
— Не сиди до ночи. И поешь нормально.
— Хорошо, мам.
— Очень смешно.
Дверь за ней закрылась.
В магазине стало тихо.
Карина проверила кассу, выключила музыку и собрала бумаги со стола.
Она уже собиралась уходить, когда взгляд случайно упал на платье, которое сегодня вернули.
То самое.
Она сама не понимала почему, но подошла к нему.
Провела пальцами по ткани.
И вдруг...
Перед глазами вспыхнуло:
— Какое мне идёт больше?
Чей-то смех.
Примерочная.
— Ты во всём красивая.
Карина резко отдёрнула руку.
Голова пронзительно заболела.
Она схватилась за край стойки.
Дыхание сбилось.
— Чёрт...
Картинка исчезла так же быстро, как появилась.
Оставив после себя только учащённое сердцебиение.
Она закрыла глаза.
Что это было?
Воспоминание?
Или её воображение?
За год она научилась не копаться в этом.
Не искать ответы.
Потому что ответы всегда сопровождались болью.
Но сегодня...
Сегодня было иначе.
В это же время Адель сидела дома, держа в руках кружку давно остывшего чая.
Она почти не слушала разговоры вокруг.
Перед глазами снова и снова появлялось одно и то же лицо.
Рыжие волосы.
Пирсинг.
Татуировки.
Спокойный голос.
И глаза.
Эти глаза.
Она взяла телефон.
Несколько секунд просто смотрела на экран.
А потом открыла старую галерею.
Долго листала фотографии.
И наконец остановилась.
На снимке были две улыбающиеся девушки.
Совсем юные.
Одна с каштановыми волосами смотрела в камеру.
Вторая обнимала её за плечи.
Адель осторожно коснулась пальцем экрана.
— Нет... — едва слышно прошептала она. — Этого не может быть...
Она увеличила фотографию.
Смотрела на глаза.
На улыбку.
На едва заметную родинку.
И чем дольше смотрела, тем сильнее дрожали её руки.
Потому что девушка из магазина не просто показалась ей знакомой.
Она была уверена.
Это была Карина.
Та самая Карина, которую она потеряла год назад.
Та самая Карина, которую, как она думала, больше никогда не увидит.
А если это действительно была она...
Тогда оставался только один вопрос.
Карина правда её не помнила?
Или просто не захотела узнать?
А в пустом магазине Карина выключила свет и взяла сумку.
Уже у самой двери она вдруг остановилась.
Повернула голову и посмотрела на своё отражение в тёмном стекле.
А затем тихо произнесла вслух:
— Почему мне кажется, что я снова кого-то потеряла?
Но ответа не последовало.
Только знакомая боль пульсировала в висках.
Словно память пыталась достучаться до неё.
И пока Карина этого не знала, дома, в другом конце города, Адель уже открывала старый чат, в котором последнее сообщение год назад было коротким и жестоким:
«Тогда уходи.»