По ту сторону вражды

Рон бережно довёл тебя до башни Гриффиндора, бережно поддерживая за плечи. В гостиной уже никого не было — Гермиона и Гарри ушли на завтрак, оставив в комнате тишину и уютное тепло камина. Уизли поднял тебя по винтовой лестнице в спальню мальчиков, которая сейчас была абсолютно пустой.

Ты опустила тяжёлую сумку на пол возле его кровати. Руки всё ещё немного дрожали, а на щеках подсыхали дорожки от слёз. Рон молча подошёл к своему платяному шкафу и с грохотом распахнул дверцы, открывая вид на полупустые, слегка потрёпанные деревянные полки, где лежали пара его поношенных джемперов и пара чистых рубашек.

— Вот, — тихо, но твёрдо сказал он, освобождая для тебя самую лучшую, верхнюю полку. — Располагайся. Места тут, конечно, не как в поместье Малфоя, но это твоё. Тебя здесь никто не тронет.

Ты благодарно кивнула и принялась аккуратно перекладывать свои вещи: аккуратно сложенные слизеринские мантии, учебники по зельеварению и личные блокноты легли рядом с его гриффиндорскими вещами. Контраст зелёного и алого на одной полке выглядел невероятно странно, но в этом было столько тепла и защиты, что ком в твоём горле наконец исчез.

Когда ты положила последнюю вещь и закрыла дверцу шкафа, ты обернулась. Рон стоял совсем рядом. Он смотрел на тебя своими тёплыми голубыми глазами, в которых больше не было ни капли той ярости, с которой он крушил Малфоя. Была только бесконечная забота.

Он сделал шаг вперёд, неловко развёл руки и осторожно, словно боясь сломать, притянул тебя к себе.

Рон обнял тебя со всей теплотой, на которую был способен. Его длинные сильные руки надёжно обхватили твою талию, а широкие ладони легли на твою спину, укрывая от всех бед. Ты уткнулась носом в его плечо, закрыла глаза и наконец-то почувствовала себя дома. От него пахло порохом, корицей и тем самым утренним солнцем. Ты почувствовала, как его подбородок мягко опустился на твою макушку, и Рон едва слышно прошептал тебе в волосы:

— Всё хорошо. Ты в безопасности. Теперь я тебя ни за что не отдам.

Ты замерла в его объятиях, слушая мерный стук его сердца, как вдруг Рон слегка отстранился. Его дыхание было тяжёлым, а взгляд потемнел от переполнявших его чувств. Он бережно взял твоё лицо в свои ладони, заглядывая прямо в глаза, словно спрашивая разрешения. Видя, что ты не сопротивляешься и лишь прерывисто дышишь, он медленно наклонился и накрыл твои губы своими.

Этот поцелуй не был похож на то, что случилось в Большом зале с Малфоем. Он был глубоким, мокрым и отчаянным. Рон целовал тебя так, словно пытался загладить всю ту боль, которую тебе только что причинили в подземельях. Его губы, влажные и горячие, настойчиво смяли твои, требуя полного ответа. Когда ты доверчиво приоткрыла рот, его горячий язык уверенно скользнул внутрь, переплетаясь с твоим. Вы целовались жадно, делясь друг с другом каждым вздохом, теряя контроль от близости и вкуса друг друга. Слюна стекала по подбородку, смешиваясь с остатками твоих слёз, но вам было всё равно. Рон сильнее прижимал тебя за талию к своему телу, углубляя поцелуй, заставляя тебя полностью раствориться в этих ощущениях и напрочь забыть обо всём мире за пределами этой спальни.

В этот момент массивная дубовая дверь комнаты с грохотом распахнулась. В спальню шумной толпой ввалились Гарри, Дин, Невилл и Симус, бурно обсуждая утреннее происшествие в Большом зале.

— Говорю вам, Малфой точно побежал жаловаться Снейпу! — громко тараторил Симус, проходя вглубь комнаты. — Рон его просто…

Все четверо парней мгновенно замолчали и застыли на пороге, словно наткнулись на заклятие Оцепенения. Перед ними у шкафа стоял Рон, который буквально вжимал в себя слизеринку, и вы оба с упоением продолжали самозабвенно и мокро целоваться, полностью игнорируя вошедших. Вы просто не слышали их из-за шума крови в ушах.

Гарри со стоном прикрыл рукой глаза, Невилл густо покраснел и уставился в пол, а Дин с Симусом переглянулись с открытыми ртами, не зная, смеяться им или тихо выскочить обратно в коридор.

Полностью растворившись в ощущениях, ты окончательно потеряла связь с реальностью. Шум шагов, голоса зашедших парней и глухой стук захлопнувшейся двери — всё это осталось где-то далеко, за пределами вашего маленького мира. Ты лишь крепче прижалась к горячему телу Рона и запустила пальцы глубоко в его густые, мягкие рыжие волосы. Твои ладони сжимали его пряди, притягивая гриффиндорца к себе ещё ближе, заставляя его стонать прямо тебе в губы. Этот поцелуй становился всё более жадным, мокрым и глубоким.

Рон, окончательно ослеплённый близостью и твоим ответом, потерял всякий контроль. Ему было абсолютно плевать, что на вас смотрят четыре пары ошарашенных глаз. Не разрывая этого сумасшедшего поцелуя, он скользнул одной рукой вниз по твоему бедру, крепко перехватил твою ногу и резко потянул её вверх, увлекая на себя.

От этого резкого движения ты потеряла опору под ногами и была вынуждена прогнуться в пояснице далеко назад. Рон надёжно удерживал тебя, нависая сверху всем своим сильным телом, пока его язык продолжал настойчиво переплетаться с твоим. Твои волосы разметались по воздуху, а пальцы ещё сильнее впились в его затылок, удерживая равновесие. Вы сплелись в единое целое прямо посреди спальни мальчиков, полностью отдаваясь этой безумной страсти.

На пороге комнаты повисла оглушительная, звенящая тишина. Симус беззвучно разинул рот, Дин округлил глаза так, что они едва не вывалились из орбит, а Невилл судорожно схватился за край тумбочки, боясь даже вздохнуть. Гарри, стоически державшийся всё это время, лишь тяжело вздохнул, медленно повернулся к парням и одними губами скомандовал: «Выметаемся. Живо».