14 часть
Хёнджин долго молчал. На подиум вышли третья и четвёртая модели — платье-футляр из тяжёлого шёлка цвета слоновой кости и комбинезон с широкими штанинами из переливающейся ткани.
Х: Я хочу его увидеть снова, — наконец сказал альфа. — Не здесь. Не как «дядя Хёнджин». А как... — Он запнулся. — Как человек, который хочет быть в его жизни.
Феликс почувствовал, как внутри что-то треснуло. Тонкая корка льда, которой он окружил сердце.
Ф: Ты уже видел его. У нас был ужин.
Х: Я хочу видеть его регулярно. Быть частью его будней. Водить в парк. Читать сказки. Научиться быть отцом.
Ф: Ты не можешь просто ворваться и потребовать «быть отцом»! — Феликс повысил голос, но вовремя спохватился, понизив его до шипящего шёпота. — Хёну не игрушка. Если ты исчезнешь снова — он будет страдать.
Х: Я не исчезну. — Хёнджин повернулся к нему всем корпусом. — Я клянусь тебе, Феликс. Я не исчезну.
Они смотрели друг на друга. Модели проходили мимо, одна за другой, демонстрируя идеальные линии кроя, сложные драпировки, неожиданные текстуры. Но ни Феликс, ни Хёнджин их уже не видели.
Ф: Докажи, — сказал Феликс, и голос его сел. — Не на словах. Делом.
Х: Хорошо. — Хёнджин кивнул. — Я докажу.
Где-то на периферии зала вспыхнули камеры. Феликс сначала не обратил внимания — журналисты снимали коллекцию. Но потом он заметил: объективы развернулись. Не на подиум.
На них.
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
Ф: Что они делают? — напрягся Феликс.
Хёнджин проследил за его взглядом и чуть заметно усмехнулся.
Х: Снимают нас. Мы же сидим рядом. И выглядим... — Он сделал паузу. — Выглядим так, будто обсуждаем что-то очень личное.
Ф: Мы обсуждаем! — возмутился Феликс. — То, чтобы ты не облажался перед сыном.
Х: Для них это выглядит как ссора влюблённых. — Хёнджин чуть склонил голову, и свет подчеркнул линию его скул. — Завтра напишут: «Таинственный альфа-миллиардер и его омега-дизайнер: роман на подиуме».
Ф: Мы не влюблённые! — Феликс почувствовал, как краснеют уши, и ненавидел себя за это.
Х: Я знаю. — Хёнджин улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Феликса когда-то подкашивались колени. — Но пусть пишут. Мне нечего скрывать.
Феликс хотел ответить резко, но тут заметил кое-что ещё. Журналисты фотографировали не только их. Несколько объективов были направлены в пятый ряд.
На Чана.
Телохранитель сидел прямо, сложив руки на коленях, и смотрел прямо на Феликса — абсолютно невозмутимый. Но камеры ловили каждое его движение.
Ф: А это ещё что? — нахмурился Феликс.
Х: О, — протянул Хёнджин, тоже заметив. — Твой «телохранитель» пользуется популярностью. Журналисты уже строят теории: кто этот загадочный мужчина, который всегда рядом с тобой? Альфа? Любовник? Бывший?
Ф: Чан — мой друг, — отрезал Феликс. — И он альфа, но это ничего не значит.
Х: Для жёлтой прессы значит всё. — Хёнджин пожал плечами, но в голосе мелькнула нотка ревности. — Завтра выйдет статья: «Новый дизайнер SFA окружён загадочными альфами. Кто из них настоящий избранник?»
Феликс закатил глаза, но внутри кольнуло. Он знал, как быстро распространяются слухи в индустрии моды. Если про него начнут писать как про омегу, который крутит роман с двумя альфами сразу — это может повлиять на контракты.
Словно прочитав его мысли, Хёнджин тихо сказал:
Х: Не волнуйся. Я попрошу PR-отдел проконтролировать, чтобы не было грязных сплетен. Твоя репутация для SFA важна.
Ф: Зачем тебе это? — спросил Феликс, не оборачиваясь. — Зачем ты вообще пришёл сюда? Ты мог просто прислать заместителя.
Хёнджин помолчал. Модели продолжали дефилировать, музыка лилась, вспышки камер сверкали. Но для них двоих время словно замерло.
Х: Потому что я хотел увидеть тебя, — сказал альфа. — Не на фотографиях. Не в отчётах. Живого. — Он помедлил. — И потому что я горжусь тобой, Ликс. Ты создал нечто прекрасное. Я хотел быть здесь, чтобы сказать тебе это лично.
Феликс закусил губу. Глаза защипало. Чёрт возьми, он не будет плакать. Не здесь. Не перед камерами.
Ф: Спасибо, — выдавил он. Одно слово, а сколько в нём боли.
Когда показ закончился, Феликс поднялся, чтобы уйти за кулисы, но Хёнджин мягко коснулся его запястья.
Х: Я позвоню завтра. Насчёт Хёну. Мы договоримся о времени.
Ф: Хорошо. — Феликс высвободил руку. — Но не забывай: я буду следить.
Х: Я знаю. — Хёнджин улыбнулся уголками губ. — Именно поэтому я постараюсь не облажаться.
Он отпустил омегу, и Феликс быстро направился к выходу со сцены. Чан уже ждал его у боковой двери, не сводя настороженного взгляда с зала.
Б: Всё хорошо? — тихо спросил он.
Ф: Да. Нет. Не знаю. — Феликс провёл рукой по лицу. — Как думаешь, сколько статей выйдет завтра про нас троих?
Чан фыркнул — редкость для него.
Б: Много. Но мне плевать. Меня волнует только твоя безопасность.
Ф: А меня волнует, чтобы Хёну не прочитал ничего лишнего, — вздохнул Феликс. — Ладно. Поехали домой. Сегодня я хочу просто обнять сына и забыть, что существует весь этот мир.
Чан кивнул и придержал дверь.
Но когда они выходили из зала, Феликс краем глаза заметил, как Хёнджин разговаривает с главным редактором Vogue. Альфа что-то говорил, жестикулируя в сторону уходящего дизайнера, и редактор кивал, делая пометки в блокноте.
«Что он задумал?» — мелькнуло в голове у Феликса.
Но ответа не было. Только сандал и амбра, оставшиеся на коже запястья, где секунду держали его пальцы.
***
На следующее утро Оливия ворвалась в спальню Феликса с телефоном в руках.
О: Ты видел? — закричала она, тыча экраном ему в лицо.
Феликс, сонный и растрёпанный, прищурился. На экране был заголовок:
«SFA Group делает ставку на нового дизайнера: Ли Феликс — омега, покоривший подиум и сердце генерального директора?»
Ниже — фотография, где он и Хёнджин сидят рядом, склонившись друг к другу, и выглядят... интимно. Ещё ниже — фото Чана с подписью: «Загадочный спутник дизайнера — кто он?».
Ф: Боже, — простонал Феликс, падая лицом в подушку. — Я же просил не писать про роман.
О: Ну, — философски заметила Оливия, — могло быть хуже. Они могли написать, что ты беремен вторым.
Феликс застонал громче.
Но в соседней комнате, на кухне, Хёну уже завтракал, и по телевизору шло утреннее шоу, где ведущие оживлённо обсуждали «новую звезду моды и её таинственного покровителя». Мальчик жевал тост и смотрел на фотографию отца с Хёнджином.
Хёну: Пап, — позвал он, когда Феликс вышел из спальни. — А дядя Хёнджин теперь будет с нами завтракать?
Феликс замер. Сердце пропустило удар.
Ф: Нет, малыш. Просто... он помогал папе с работой.
Хёну: А-а. — Хёну, кажется, удовлетворился ответом. — Жалко. Он классно рычит.
Феликс выдохнул и сел за стол, принимая чашку кофе из рук Оливии. За окном шумел Сеул, а в телефоне уже мигало уведомление:
«Привет. Увидимся в субботу?».
Феликс долго смотрел на сообщение. Потом поставил телефон экраном вниз и уткнулся в чашку.
Ф: Ну и пусть пишут, — пробормотал он. — Разберёмся.
Продолжение следует...
1050 слов