𝑫𝒆𝒔𝒕𝒊𝒏𝒚 𝒊𝒔 𝒏𝒐𝒕 𝒂𝒏 𝒂𝒄𝒄𝒊𝒅𝒆𝒏𝒕. | Мартин из cortis💙🌠

Первые два дня после скандала с отцом я почти не вставала с кровати. Квартира казалась мне глухой коробкой, а тишина давила на уши. Я чувствовала себя абсолютно раздавленной. Меня лишили работы, заперли дома, как провинившегося ребенка, и снова ткнули лицом в то, что без фамилии отца я никто.

Но на третий день, когда слёзы наконец иссякли, ко мне пришла злость.

«Я не буду сидеть и ждать его пощады», — подумала я, глядя на свой фотоаппарат, лежащий на прикроватной тумбочке.

Если отец считает, что я бестолковая и гожусь только на то, чтобы перебирать бумажки, я докажу ему обратное. Я не хочу быть его марионеткой. Я хочу заниматься тем, что действительно люблю. Я хочу стать официальным фотографом в HYBE. Сама. Без его протекции.

Весь остаток недели я провела в каком-то безумном творческом бреду. Я почти не спала, карауля правильный свет из окна своей квартиры, снимала город на закате через стекло, обрабатывала старые кадры и часами монтировала портфолио. Я выглядела бледной и измотанной, но внутри меня горел такой сильный огонь, какого я не чувствовала уже очень давно.

У меня был четкий план: через пару дней, когда я соберу достаточно сильных кадров, я пойду напрямую в отдел маркетинга и визуального контента HYBE и предложу себя в качестве стажера-фотографа. Пусть отец увидит, что я могу добиться всего сама.

В понедельник утром я вернулась в компанию. Несмотря на бледный вид, я чувствовала себя по-настоящему счастливой и воодушевленной.

— О, Мира! Наконец-то, — менеджер Пак даже не подняла на меня глаз, когда я вошла в кабинет. На моем столе уже высилась стопка папок. — Работы накопилось море. Вот, отнеси эти правки к текстам в третью студию звукозаписи. У CORTIS сейчас сессия. И постарайся ничего не перепутать.

— Да, конечно, — улыбнулась я, забирая папку.

Даже рутинное поручение не могло испортить мне настроение. Я шла по коридору, предвкушая, как скоро смогу показать свои работы кураторам. И, скрывать было глупо, в глубине души мне очень хотелось хоть мельком увидеть Мартина.

Подойдя к студии звукозаписи, я тихонько приоткрыла тяжелую дверь аппаратной, собираясь оставить папку на столе и уйти. Но то, что я увидела внутри, заставило меня замереть на месте.

(POV Мартин)

Тренировочные будни в HYBE всегда напоминали замкнутый круг: зал, студия, лифт, снова зал. Ритм, от которого обычно не ждешь сюрпризов. Но последние четыре дня этот ритм давал сбой. Что-то было не так.

Я поймал себя на том, что уже в третий раз за день прохожу мимо административного блока на четвертом этаже. У меня не было там дел. Партитуры лежали в сумке, расписание было выучено наизусть. Но ноги сами несли меня туда.

Я притормозил у приоткрытой двери общего офиса, делая вид, что проверяю сообщения в телефоне. Быстрый взгляд внутрь.

Её стол был пуст.
Ни раскрытого ноутбука, ни стопки папок.

— Эй, Мартин! Ищешь кого-то? — Одна из сотрудниц, заметила меня в дверях.

Я вздрогнул, мгновенно надевая маску безразличия.
— Нет. Просто думал, менеджер здесь. Хотел уточнить кое-что по завтрашнему эфиру.
И не желая продолжать разговор, и зашагал прочь.

Внутри не было какое-то странное, зудящее беспокойство. Она просто исчезла.

Зайдя в пустую студию, я бросил рюкзак на диван и достал из кармана тот самый платок. Сел в кресло и уставился в окно.
Её же не могли уволить?

«Где ты, Мира?» — пронеслось в голове.

Я не привык к тому, что кто-то может занимать мои мысли так надолго. Особенно кто-то, кто не имеет отношения к музыке.

———
Вся следующая неделя превратилась в сущий ад. Нас гоняли как проклятых: запись трека, примерки, бесконечные репетиции хореографии до темноты в глазах.

Вдобавок каждый раз, проходя мимо четвертого этажа, ловил себя на том, что высматриваю в толпе стаффа знакомую макушку. Зачем вообще я это делаю?

Мира так и не появилась. Ни в первый день, ни во второй, ни через неделю. Из офиса доносились слухи, что она взяла отпуск по семейным обстоятельствам.

Сегодня мы наконец-то записывали финальную версию заглавки. Парни уже ушли в общежитие, а я остался в студии с продюсером, чтобы переслушать сырые дорожки. Когда продюсер Ким вышел на пятнадцать минут перекурить, я устало потер переносицу, откинувшись на спинку кресла. В студии горел приглушенный полумрак.

Вдруг тяжелая дверь аппаратной тихо скрипнула.

Я даже не повернул головы, думая, что вернулся Ким.
— Хён, я думаю, во втором куплете надо приглушить басы...

— А это не хён, Мартин-оппа, — раздался за спиной приторный голосок.

Я резко обернулся. Возле пульта стояла Харин. На ней был яркий топ, подчеркивающий фигуру, а в руках она держала стаканчик с холодным американо. Её появление разозлило меня мгновенно. Трейни строго-настрого запрещено заходить на этаж звукозаписи во время работы старших групп.

— Что ты здесь делаешь? Посторонним нельзя находиться в студии. Выйди.

— Ну чего ты такой грубый? — она кокетливо надула губы и сделала шаг ближе, ставя кофе на пульт. — Я просто хотела поддержать тебя. Ты выглядишь таким уставшим.

Она обошла кресло и остановилась слишком близко. Я попытался встать, но Харин вдруг резко наклонилась ко мне, практически перекрывая выход. Её ладонь легла мне на плечо, а пальцы коснулись воротника моей куртки, якобы поправляя его. От неё разило сладкими, удушливыми духами.

— Прости, но ты не в моем вкусе— Саркастично улыбаюсь, перехватывая её за запястье и жестко сжимая пальцы. — Я не шучу. Лучше уходи отсюда.

— Да ладно тебе.— прошептала она, пытаясь высвободить руку, но при этом наклоняясь еще ближе, из-за чего со стороны мы выглядели как парочка в разгаре объятий.

В этот самый момент краем глаза я заметил, как дверь студии снова приоткрылась.
Я повернул голову, готовый рявкнуть на вошедшего, но слова мгновенно застряли у меня в горле.

На пороге стояла Мира.

Она была бледной, еще более худой, чем неделю назад, а в руках сжимала какую-то папку. Она смотрела прямо на нас. Её глаза округлились от шока, а губы слегка приоткрылись. Она явно подумала... бог весть что она подумала, глядя на Харин, склонившуюся надо мной.

Внутри меня всё перевернулось. Сердце сделало бешеный кульбит.
Она вернулась!?

И тут же пришло осознание. Она не должна была видеть этого.
Я резко, отпустил руку Харин.

— Мартин-оппа, ты с ума сошел?! Мне же больно! Зачем меня так сильно схватил?— улыбаясь сказала Харин, потирая покрасневшее запястье, но тут же заметила Миру и осеклась. На её лице мгновенно проступило торжество. Она расправила плечи и победно улыбнулась. — Ой. А у нас тут гости.

— Извините... Я принесла правки от менеджера.
Она положила папку на стол у входа и ушла.
Я хотел рванулся было вперед, но Харин преградила мне путь, коснувшись моей груди.

— И куда ты собрался?

Это было её главной ошибкой. Мое терпение лопнуло.

— Послушай меня сюда, Харин. Если ты еще раз посмеешь подойти ко мне ближе, чем на три метра, или распустишь хоть один грязный слух... я лично пойду к Ли До Юну.

Харин побледнела. И через пару секунд вышла из студии. Улыбаясь.