глава 4
Спустя час Виктор снова вышел на мороз. Они с Михаилом шли по неизвестной ему дороге. Ещё через час они дошли до леса, который разительно отличался от деревни. Лес был цветущим — везде пестрела зелень
— Скинь с себя верхнюю одежду и повесь на тот ствол, — сказал Михаил.
Виктор снял кожаную куртку с меховым воротником и повесил туда, куда указал Михаил.
— А почему тут так тепло, а там холодно? — спросил Виктор.
— Я наложил заклятие на этот лес сто пятьдесят шесть лет назад, — ответил Михаил. — В лесу завелись редкие существа, которые не переносили зиму и умирали. Мне пришлось это сделать, но я даже не жалею.
Михаил провёл Виктора через густую чащу. Деревья, казалось, склонялись друг к другу, шепча древние тайны. Вскоре они вышли на небольшую поляну, окружённую вековыми дубами. В центре, на возвышении из мха и корней, расположились несколько фигур — старейшины леса.
Виктор невольно замер, ощущая на себе десятки внимательных взглядов. Воздух здесь был гуще, он словно звенел от магии и вековой мудрости.
— Это Виктор, — представил его Михаил. — Тот самый, о ком я говорил. Он готов выслушать и понять.
Старейшина с длинной серебристой бородой — очевидно, главный — медленно кивнул:
— Добро пожаловать на совет, Виктор. Мы рады, что ты решился прийти.
Виктор неловко поклонился:
— Спасибо… Я…
Вокруг раздались тихие добродушные смешки.
— Не бойся, — игриво улыбнулась женщина с глазами цвета лесной зелени и подмигнула. — Мы не кусаемся. По крайней мере, не без причины.
Виктор нервно сглотнул, но улыбнулся в ответ.
В этот момент он заметил девочку лет тринадцати, сидевшую чуть в стороне. Она перебирала в руках пучок сухих трав, а рядом с ней на мху лежал потрёпанный кожаный блокнот с зарисовками растений. Её тёмные волосы были заплетены в косу, украшенную тонкими серебряными нитями, а глаза — глубокие и внимательные — на мгновение встретились с взглядом Виктора.
— Миша, это что за девочка? — тихо спросил Виктор, наклоняясь к Михаилу.
— А, где? — Михаил проследил за его взглядом и улыбнулся. — А-а-а, это Ядвига. Она ведьма.
— А чего она не бабулька? — удивлённо приподнял бровь Виктор. — Я думал, ведьмы — это такие старушки с крючковатыми носами…
Михаил рассмеялся, прикрыв рот рукой.— Ну, во‑первых, это стереотип, — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Во‑вторых, Ядвига — будущая ведьма. У неё мама ведьмой была, и у них есть такая традиция: каждая четвёртая девочка в роду должна быть названа Ядвигой — в честь основательницы школы тёмной магии и зельеварения.
— То есть она… учится? — Виктор с любопытством посмотрел на девочку.
— Да, — кивнул Михаил. — Уже знает больше, чем ты думаешь. Ядвига, подойди-ка!
Девочка подняла глаза, слегка улыбнулась и неторопливо подошла к ним.
— Привет, — сказала она негромко, но уверенно. — Ты, наверное, Виктор? Про тебя уже все шепчутся.
Виктор слегка покраснел.
— Э-э, да… Привет. А ты правда умеешь варить зелья?
Ядвига хитро прищурилась:
— Не просто умею. Могу показать одно — оно заставляет листья шептаться. Хочешь?
Виктор растерянно переглянулся с Михаилом, а тот лишь подмигнул ему.
***
Старейшины расположились на возвышении из мха и корней. Вокруг них толпились гномы, лесные духи и несколько загадочных существ, которых Виктор раньше никогда не видел. Воздух гудел от шёпота; в нём явственно ощущалась магия — то тёплая и дружелюбная, то колючая и настороженная.
Михаил провёл Виктора к центру поляны, где уже стоял высокий седовласый мужчина в плаще из листьев. Его глаза, холодные и пронзительные, сразу остановились на Викторе.
— Опять привёл человека? — резко бросил он Михаилу. Это был Бормир, хранитель границ леса. — Ты забываешь, Михаил, что случилось двадцать лет назад?
— Я ничего не забыл, — твёрдо ответил Михаил, выпрямившись. — Но Виктор — не те люди, что поверили слухам. Он пришёл с открытым сердцем.
— Открытым сердцем? — Бормир презрительно фыркнул. — Ты наивен, Михаил. Люди всегда одинаковы: сначала любопытствуют, потом боятся, потом уничтожают.
Виктор почувствовал, как внутри закипает возмущение, но промолчал, понимая, что его слово сейчас ничего не значит.
— Мы не можем вечно прятаться и ненавидеть, — возразил Михаил. — Если не начнём доверять, лес зачахнет. Мы теряем связь с миром.
— Доверие? — Бормир сделал шаг вперёд. Его голос зазвучал громче, и все на поляне затихли, прислушиваясь. — А кто будет отвечать, если этот твой «доверенный» человек разболтает всем, где мы живём? Кто будет собирать останки наших детей, когда люди придут с огнём и сталью?
— Хватит! — вмешался старейшина с серебристой бородой. Его голос, хоть и негромкий, заставил обоих замолчать. — Бормир, ты защищаешь лес — это твоя обязанность. Но Михаил прав: изоляция — это смерть.
«Боже, что это за Хогвартс…» — тихо пробормотал Виктор.
Ядвига тихо рассмеялась.
Бормир сжал кулаки; его лицо исказилось от гнева.
— Вы все ослепли от своей доброты! — бросил он. — Когда случится беда, помните: я предупреждал.
Он резко развернулся и зашагал прочь, шурша плащом по траве. На поляне повисла тяжёлая тишина.
Михаил глубоко вздохнул и повернулся к Виктору:
— Извини за это представление. Бормир… Он потерял семью во время той самой охоты двадцать лет назад. Его злость — это боль.
Виктор молча кивнул, чувствуя, как в груди зарождается решимость. Теперь он понимал, насколько хрупким был мир между людьми и лесными существами — и насколько важно было его сохранить.
— Займите свои места, прошу вас, — голос Михаила разносился по всей поляне, где собрались лесные существа.
— Спасибо, Тауроин, — произнёс мужчина с серой бородой.
— Мельдорин, сначала подготовь их, а потом только представь Виктора, — попросил Михаил.
— Дорогие жители леса Междумирья! — начал Мельдорин, приглаживая бороду. — Как вы знаете, свитки, говорящие нам о будущем, сгорели…
Виктор потянул Михаила за рукав и шёпотом спросил:
— Почему он назвал тебя Тауроином?
— Тауроином, — поправил Михаил. — Я хранитель этого леса, и все эти существа — мои подчинённые. У нас есть свой язык и имена. Моё имя означает «хранитель леса».
— А, понял, — перебил Виктор.
— М-м-м… Да. Вот Виктор — человек, который должен спасти нас от вымирания. Богиня времени Хронос наделила его даром, который никогда прежде не существовал.
— Что? — Виктор повернулся к Михаилу. — Дорогой друг, скажи, что это неправда.
— Что неправда? — Михаил огляделся по сторонам.
— То, что этот дар никогда не существовал! Всё должно было быть как в аниме!
— Ой, дурак… — пробормотал Аматиор.
— Опять этот гном тут, — проворчал Виктор.
— Слушай, мы не в аниме и не в книге, — сказал Аматиор. — Всё, что происходит, — правда. Или, может быть, ты сейчас лежишь в психушке и бьёшься об пол, только тебе это снится…
— Да понял я, — прервал его Виктор.
— Сейчас я позову нашего спасителя. Виктор, выйди вперёд, — позвал Мельдорин.
«Его имя похоже на „мел“ и „мандарин“», — подумал Виктор.
— Не нервничай так, — тихо сказал Михаил. — Они просто напуганы.
— А что за дар у меня? — шёпотом спросил Виктор.
— Узнаешь позже, — загадочно ответил Михаил. — Это часть древнего пророчества.
— Пророчества? — Виктор нахмурился. — И что в нём говорится?
— Что придёт человек с даром управлять временем и светом, — пояснил Мельдорин, подходя ближе. — Именно то, о чём говорил Аматиор.
— Управлять временем? — Виктор недоверчиво покачал головой. — Звучит как бред.
— Для тебя, может, и бред, — хмыкнул Аматиор. — А для нас — последняя надежда.
— Ладно, — вздохнул Виктор. — Показывайте, что там у вас.
— Сначала нужно провести ритуал, — сказал Мельдорин. — Он поможет пробудить твой дар.
— Ритуал? — Виктор напрягся. — Только без жертвоприношений, ладно?
— Без жертвоприношений, — заверил Михаил. — Просто следуй за мной.
Виктор глубоко вздохнул и последовал за хранителем леса, чувствуя, как внутри растут тревога и любопытство.
— А если я не справлюсь? — тихо спросил Виктор, когда они отошли от толпы.
— Справишься, — уверенно ответил Михаил. — В пророчестве не зря выбрали именно тебя.
— Но почему я? — Виктор остановился. — Я обычный парень, ничего особенного.
— Именно поэтому, — улыбнулся Михаил. — Иногда самые обычные люди способны на самые необычные вещи.
— Звучит как цитата из фильма, — выдохнул Виктор.
— Может, и так, — пожал плечами Михаил. — Главное, что это правда.
Они подошли к древнему камню в центре поляны. Существа затихли, ожидая начала ритуала.
— Готов? — спросил Мельдорин.
Виктор глубоко вздохнул и кивнул.
— Тогда начнём.
Виктор встал в центре круга. Трава под его ногами словно ожила, меняя изумрудный цвет на оттенок холодного камня. Мельдорин с сосредоточенным выражением лица начал чертить углём замысловатые символы.
— Шёпот древних, — прошептал он, рисуя главный круг.
По краям основного круга появились шесть меньших, в каждом из которых вспыхнули загадочные иероглифы. Они засветились тремя оттенками — золотым, медовым и ореховым, — создавая причудливую игру света.
Существа вокруг затаили дыхание, наблюдая за происходящим. Некоторые прикрыли глаза руками от яркого сияния.
Внезапно Виктор оторвался от земли. Его глаза побелели, словно кто-то вынул из них краски, а тело начало переливаться всеми цветами радуги.
— Что происходит?! — раздался испуганный голос из толпы.
Свет стал невыносимо ярким, а затем резко погас, оставив после себя лишь сильный порыв ветра. Несколько существ не удержались на ногах и были сбиты с ног воздушной волной.
Михаил рванулся вперёд:
— Господи… Витя! Где он?!
— Ритуал прошёл успешно, — спокойно произнёс Мельдорин, игнорируя панику.
— Что?! — Михаил оцепенел, озираясь по сторонам. — Где Виктор?
— Он… исчез? — пролепетал кто-то из толпы.
— Не исчез, а перешёл в другое состояние, — пояснил Мельдорин. — Теперь нам нужно дождаться, когда его сила проявится полностью.
— Но почему он не здесь? — в голосе Михаила слышалась тревога.
— Такова цена силы, — ответил Мельдорин. — Кто-то должен был заплатить за пробуждение дара. И этот кто-то — сам Виктор.