Нинвит

Глава 4. Следы, которых не должно быть

Ночь после разговора с матерью девушка почти не спала. Стоило ей закрыть глаза, как перед внутренним взором снова возникала старая фотография: молодой отец, незнакомые военные, высокий седой охотник и странный каменный столб, покрытый символами, которых она прежде никогда не видела.

Больше всего не давала покоя последняя фраза Светланы Евгеньевны.

«С Уки вернулись уже совсем не те люди…»

Утро встретило привычной камчатской сыростью. Дождь уже закончился, однако низкие облака по-прежнему цеплялись за сопки, скрывая вершины вулканов. Казалось, город просыпался нехотя, словно сам не желал выпускать солнце из-за плотной серой пелены.

Юлианна поставила перед собой кружку с кофе, открыла ноутбук и аккуратно положила рядом дневник и старую фотографию.

Теперь она смотрела на всё это иначе.

Ещё вчера дневник был последней вещью, оставшейся от отца, а фотография — случайной находкой между его страницами. Сегодня же каждая запись, каждая деталь и каждый снимок постепенно превращались в часть расследования, которое ей предстояло вести самостоятельно.

Она снова внимательно всмотрелась в фотографию. Военная форма, нашивки, старый автомобиль, едва различимый на заднем плане, каменный столб с непонятными знаками и высокий седой мужчина с охотничьим ружьём — всё это теперь выглядело иначе.

Именно он казался здесь чужим.

Все остальные выглядели как люди, выполняющие службу, тогда как охотник словно оказался рядом по совсем иной причине.

Она перевернула фотографию и ещё раз прочитала подпись.

«Ука. Август 1998 года. За три дня до исчезновения.»

Она достала телефон, сделала снимок в максимальном разрешении и загрузила его в программу для обработки изображений. Старые фотографии нередко скрывали детали, которые невозможно было различить невооружённым глазом.

Постепенно увеличивая контраст и резкость, Юлианна заметила, как изображение становится всё более отчётливым. Вместе с этим начали проявляться мелочи, на которые раньше она попросту не обращала внимания.

На поверхности каменного столба действительно были высечены символы.

Это были не буквы и не цифры, а странные знаки, напоминавшие одновременно древние рисунки и неизвестную письменность.

Она увеличила изображение ещё сильнее.

Один из символов показался смутно знакомым.

Тут же открыв дневник и быстро пролистав несколько страниц назад, её взгляд остановился на полях одной из записей Сергея Викторовича.

Там стоял тот же самый знак. Она приложила фотографию к раскрытому дневнику и несколько раз сравнила изображения. Ошибки быть не могло. Это был один и тот же символ. По спине пробежал холодок.

Отец не просто заметил этот знак — он сознательно отметил его в своих записях. Но зачем? И почему не оставил ни единого объяснения?

Юлианна снова перевернула фотографию. Кроме даты и короткой подписи на обороте ничего не было. Она задумчиво постучала пальцами по столу.

Если отец не успел объяснить значение этих символов, значит, искать ответы придётся у тех, кто знает историю Камчатки лучше неё. Именно тогда она ещё раз подумала про Марину, с одной стороны не хотелось тревожить по пустякам, с другой стороны словно и не было выбора.

Они дружили ещё со школы. Когда-то она, Марина и Надя были практически неразлучны, однако несколько лет назад Надя с Мариной настолько устали друг от друга, что почти перестали общаться. Юлианне же удалось сохранить тёплые отношения с обеими подругами, хотя не вмешиваться в их конфликт было трудно, сердце так и порывалось снова вернуть союз трёх подруг, но она перестала пытаться их помирить.

Марина работала гидом-экскурсоводом и знала историю полуострова не хуже профессиональных краеведов. Более того, её семья принадлежала к коренному корякскому народу, а многие легенды она слышала ещё в детстве от старших родственников. Если кто-то и мог узнать эти символы, то именно она.

Юлианна открыла мессенджер и написала короткое сообщение:

— Марин, привет. Есть странная просьба. Ты сегодня свободна?

Ответ пришёл почти мгновенно.

— Для тебя — да. Что случилось?

— Хочу показать одну старую фотографию.

Через несколько секунд появилось новое сообщение.

— Опять во что-нибудь ввязалась?

Юлианна невольно улыбнулась.

— Пока сама не понимаю.

До встречи оставалось чуть больше часа, и она решила использовать это время максимально эффективно. Перелистывая дневник, Юлианна снова наткнулась на имя Евгения Ивановича. Рядом с ним появилась новая запись, которой она раньше не придала значения.

"Он сказал никому не показывать камень."

Она несколько раз перечитала эту фразу. Что именно отец называл камнем? Тот самый столб? Или существовал ещё какой-то объект, о котором он сознательно не стал писать подробнее? Она открыла архивные карты района Уки.

Современные спутниковые снимки показывали лишь полуразрушенные строения и остатки старой дороги, однако военные схемы конца девяностых выглядели иначе. На них сохранились обозначения нескольких объектов, которые позже бесследно исчезли. Один из них сразу привлёк её внимание. Неподалёку от бывшей заставы был отмечен небольшой дом: без названия, без номера без каких-либо пояснений. Словно сам факт его существования не имел никакого значения. На более поздней карте дома уже не было. Его не обозначили как разрушенный, не перечеркнули и не перенесли в архивные объекты. Он просто исчез, словно никогда не существовал. Она сохранила изображение. Странностей становилось всё больше. В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось имя университетской подруги.

Они познакомились ещё в университете, хотя учились на разных факультетах. Пока Юлианна изучала менеджмент, Мария получала юридическое образование, а позже стала экспертом-криминалистом в отделении полиции Елизово. Именно благодаря профессии она научилась замечать детали, на которые большинство людей никогда не обращало внимания.

— Привет, — бодро сказала Маша. — Ты чего с самого утра загружаешь в облако фотографии тридцатилетней давности?

Юлианна удивлённо подняла брови.

— Откуда ты знаешь?

— Ты забыла, что мы с тобой пользуемся одним облачным сервисом. Мне пришло уведомление.

Юлианна тихо рассмеялась.

— Совсем вылетело из головы.

— И что на этот раз расследуешь?

Она ненадолго задумалась.

Говорить правду пока не хотелось.

— Семейную историю.

— Судя по голосу, она далеко не самая приятная.

— Скорее... очень странная.

На другом конце линии ненадолго воцарилось молчание.

— Если понадобится проверить фотографии, документы или любые другие материалы, привози. Официально я, конечно, ничего сделать не смогу, но посмотреть всегда можно.

— Спасибо, Маш.

— И знаешь...

— Что?

— Не понимаю почему, но у меня очень плохое предчувствие.

После этих слов связь оборвалась.

Юлианна ещё несколько секунд смотрела на погасший экран телефона.

Сегодня она уже во второй раз услышала почти одинаковое предупреждение. Сначала от матери. Теперь от Маши.

Она вновь перевела взгляд на фотографию и неожиданно заметила деталь, которой раньше не придавала значения. Позади людей, почти полностью скрытая густым туманом, виднелась ещё одна фигура. Высокая. Размытая. Настолько далёкая, что рассмотреть лицо было невозможно.

Юлианна увеличила изображение ещё сильнее. Пятно не исчезло. Оно действительно присутствовало на снимке.

Она несколько секунд молча смотрела на экран, пытаясь найти простое объяснение. Возможно, это был один из участников экспедиции, случайно оказавшийся в кадре. А может быть, игра света, туман или дефект старой плёнки. Но почему-то ни одна из этих версий не казалась ей убедительной.

Юлианна медленно закрыла ноутбук и посмотрела на часы. До встречи с Мариной оставалось меньше сорока минут.

Она аккуратно убрала фотографию обратно в дневник, надела куртку и уже собиралась выйти из квартиры, когда невольно задержала взгляд на потёртой чёрной обложке. Странно. Ещё вчера это был просто дневник её отца. Сегодня он уже задавал слишком много вопросов. А ответов у неё по-прежнему не было.