Глава 37
Шоу, в котором участвовал Е Шаньшань, хоть и называлось «Вызов 48 часов», фактически закончилось вечером второго дня. Материала для монтажа в этот раз набралось очень много, режиссер был доволен и решил закончить пораньше, чтобы успеть спуститься с горы.
Около четырех часов дня помощник режиссера начал вызывать участников по одному, чтобы записать «последние пять минут».
Сюй Лоян был постоянным участником, поэтому запись этих финальных «монологов от сердца» была для него привычной рутиной.
- Шаньшань, у всех стиль примерно одинаковый. В общем, расскажи о том, что тебя тронуло за эти два дня, о своих инсайтах или о чем жалеешь. Если совсем не знаешь, что сказать, можешь сначала поблагодарить съемочную группу за приглашение и персонал за тяжелую работу, а потом скажи, что это был очень приятный опыт. Этого хватит на половину времени. В любом случае, я буду рядом и помогу тебе, не волнуйся.
Сказав это, Сюй Лоян всё равно чувствовал тревогу. Он очень боялся, что Е Шаньшань начнет выдавать свои перлы в стиле «сельского бога», вроде того как ему жаль, что он не успел вволю погонять кур или покормить поросят. Когда они вернутся, Чжэн Дун их точно прибьет.
Е Шаньшань кивнул, показывая, что всё понял, и продолжил собирать вещи.
Сюй Лоян стоял рядом и случайно заметил термос. Он мимоходом спросил: - Ого, какой большой термос. Что-то я его раньше не видел.
Словно кот, которому наступили на хвост, Е Шаньшань с невероятной скоростью запихнул термос в сумку. Он моргнул и уверенно заявил: - Он материализовался силой мысли.
- А? - Сюй Лоян растерялся. «Неужели между мной и Шаньшанем уже такая пропасть? Какая еще материализация?»
Настала очередь Е Шаньшаня и Сюй Лояна зайти в скромную «студию для прямых эфиров души». Они сели перед объективом, и режиссер за камерой подал знак начинать.
Сюй Лоян бодро начал: - ...В этот раз я внезапно позвал Шаньшаня на помощь в экстренной ситуации. Я действительно тронут тем, что он согласился, даже ничего не спрашивая. Вот это я понимаю - настоящий брат! За этот выпуск моим самым большим впечатлением стало...
Закончив свою гладкую речь, Сюй Лоян подмигнул Е Шаньшаню. Получив сигнал, тот начал действовать по плану, который набросал ему друг: - Благодарю съемочную группу за приглашение, эти два дня прошли очень весело... - Закончив с благодарностями, настала очередь сожалений: - ...Мне только очень жаль, что я не попробовал свинину с горчицей...
Сюй Лоян, который всё это время был в напряжении, услышав это, подумал: «Как я и ожидал». Понимая, что после упоминания свинины серьезный «монолог от сердца» уже не спасти, он посмотрел на Е Шаньшаня с притворным возмущением и преувеличенно громко решил перевести всё в шутку: - Эй, это же просто сухой пересказ, так не считается! Давай по новой, скажи что-нибудь полезное и содержательное.
Почувствовав, что его «помощник» отклонился от заданного курса, Е Шаньшань на секунду завис, не зная, в каком ключе продолжать. Но раз уж его попросили сказать что-то содержательное, он немного подумал и...
- Витамин А, белки, аминокислоты... - он перечислил еще десятка полтора питательных веществ, прежде чем остановиться.
Сюй Лоян смотрел на невозмутимого Е Шаньшаня. Сначала он буквально оцепенел от этого ответа, больше похожего на несмешную шутку, но, встретившись с невинным и полным непонимания взглядом Шаньшаня, не выдержал и расхохотался так, что чуть не свалился со стула. Даже режиссер, сидевший напротив, был в шоке от магического хода мыслей Е Шаньшаня и изо всех сил пытался сдержать смех.
Ну и талантище!
Как только съемки наконец завершились, все начали собирать вещи, готовясь к отъезду. Е Шаньшань запрыгнул в фургон Сюй Лояна, чтобы «зайцем» добраться до города Б.
Весь обратный путь Сюй Лоян горестно вздыхал. Мысль о том, что в следующем выпуске придется снова менять напарника, вгоняла его в тоску. Времена, когда можно было не бояться заблудиться и остаться голодным, определенно ушли безвозвратно.
В этот момент ему безумно хотелось обнять колено «братца Е» и умолять того и дальше вести его за собой по тропам шоу-бизнеса.
Когда он излил свои печали Е Шаньшаню, тот задумался на пару секунд и вынес вердикт: - Что имеем - не храним, потерявши - плачем!
- ... - Беседа зашла в тупик, продолжать было невозможно.
Е Шаньшань добрался до дома почти к полуночи. Он вручил багаж дяде Хоуку, ждавшему у дверей, и без остановки взлетел по лестнице. Подбежав к кабинету Гун Юэ, он толкнул дверь: - Я вернул-
Внутри было совершенно темно.
Шаньшань замер на пороге в растерянности. Глядя в пустую комнату, он внезапно вспомнил: Гун Юэ еще утром улетел в Ванкувер. Сейчас их разделял целый Тихий океан.
Моргнув, Е Шаньшань тихонько добавил последний слог: - ...ся. - А затем повторил фразу целиком: - Я вернулся. Непонятно было, кому он это говорит.
Рука, сжимавшая дверную ручку, расслабилась. Он и сам не мог разобрать, что чувствует - будто из тела разом выкачали все силы, а цветы радости, распустившиеся в душе из-за возвращения домой, вмиг завяли.
Он быстро потер пальцами ручку двери и снова с надеждой заглянул в кабинет. Если бы материализация мыслей действительно работала, и Гун Юэ появился бы в комнате в следующую секунду... было бы здорово.
В этот момент его телефон пискнул, оповещая о сообщении. Шаньшань несколько секунд соображал, прежде чем достать аппарат. На экране светилась надпись: «Холодный Эверест: видеозвонок».
- Ой? - Его палец нажал на кнопку «Принять» быстрее, чем мозг успел это осознать. В следующую секунду на экране появилось лицо Гун Юэ.
Глаза Е Шаньшаня расширились - сила мысли реально работает!
Видя, что Шаньшань уставился на него и молчит, Гун Юэ удивился: - Шаньшань?
- А! - Юноша тут же пришел в себя, и его лицо мгновенно расплылось в улыбке, словно распустившийся цветок. На щеках показались ямочки. - Брат! - В его голосе звучал неописуемый восторг.
- Угу, - Гун Юэ, глядя на его улыбку, тоже смягчился. - Только приехал?
Е Шаньшань несколько раз энергично кивнул: - Да, вернулся на машине Сюй Лояна. О, и термос я привез с собой. Только когда зашел, совсем забыл, что тебя нет дома, и побежал в кабинет тебя искать... - Его глаза вдруг азартно блеснули. - Брат, а давай я к тебе прилечу?
Чем больше он думал об этом, тем более практичной казалась идея. Он был готов прямо сейчас хватать чемодан и мчаться в аэропорт.
- Я закончу здесь дела и вернусь. Лететь слишком утомительно, тебе нужно сегодня хорошо отдохнуть. - Гун Юэ заметил разочарование на лице Шаньшаня и не удержался от добавки: - Ложись спать сейчас. Проснешься, откроешь глаза - и увидишь меня.
Приняв душ и переодевшись в пижаму, Е Шаньшань несколько раз перекатился с боку на бок в постели. Возвращаться домой было так приятно. Однако из-за того, что одного человека не хватало, он чувствовал себя немного одиноко и зябко.
Он долго принюхивался, уткнувшись носом в подушку, и, обнаружив там знакомый запах Гун Юэ, крепко обхватил её руками. Его глаза довольно зажмурились.
Уснуть с закрытыми глазами не получалось. Подумав, Е Шаньшань снова взял телефон и обновил Вэйбо: «Император отправился в личный поход, неизвестно, когда армия вернется с триумфом». Нажав «Отправить», он вспомнил, что Гун Юэ не пользуется Вэйбо, и тут же приуныл. Погасив экран, он отбросил телефон в сторону.
Обнимая подушку, он тупо уставился в потолок. Гун Юэ сказал, что он увидит его, как только откроет глаза. Может, проснуться в шесть утра? Нет-нет, лучше вообще не спать!
Пока он колебался между этими мыслями, на телефон пришло новое сообщение. Е Шаньшань открыл его - там было всего три слова от Гун Юэ: «Будь паинькой, спи».
Прочитав эту фразу ровно десять раз, Е Шаньшань почувствовал в ней всю мощь и властность Великого Демона. Поэтому он поудобнее обнял подушку, принял позу и закрыл глаза.
Последней мыслью перед сном была: «Как этот Великий Демон узнает мои мысли? Загадка!»
Е Шаньшаню снились сны. Ему снилось, что он завел милую собачку, но этот пес почему-то без конца гнался за ним, заставляя его жутко нервничать. Как раз в тот момент, когда он почувствовал, что больше не может бежать, он проснулся.
Но в момент пробуждения он не рискнул открывать глаза.
Хотя Гун Юэ и сказал, что он увидит его, как только откроет глаза, а вдруг... И тут Е Шаньшань услышал знакомое дыхание.
Осторожно приоткрыв веки, он увидел Гун Юэ. Тот спал на расстоянии всего пары кулаков от него. Брови мужчины были слегка нахмурены, на подбородке пробилась легкая щетина. Даже во сне он выглядел изнуренным.
Е Шаньшань долго смотрел на него, и сердце наполнилось щемящей нежностью. Великий Демон так мотается туда-сюда, это ведь ужасно выматывает.
Ему стало очень жаль его.
Коснувшись своего лба, Е Шаньшань тоже захотел выразить Гун Юэ свою заботу и ласку. Он начал медленно, по миллиметру придвигаться ближе, а затем легонько поцеловал Гун Юэ в лоб.
Закончив поцелуй, он так же медленно отстранился и даже облизнул губы. Хм, вроде бы никакого особого вкуса! Но сердце забилось так часто, а уши запылали - неужели кожа Великого Демона выделяет какие-то гормоны?
Он затаился и прислушивался еще какое-то время. Убедившись, что Гун Юэ спит очень крепко и даже ритм его дыхания не изменился (а значит, он точно не проснулся), Е Шаньшань успокоился.
После этого он больше не шевелился. Сохраняя позу, он сосредоточенно принялся пересчитывать ресницы Гун Юэ. Ресницы не бесконечны - пересчитав их один раз и видя, что тот еще не проснулся, он начал заново!
Поэтому, когда Гун Юэ открыл глаза, он столкнулся взглядом с Е Шаньшанем. Его голова еще была тяжелой, и он негромко позвал хриплым голосом: - Шаньшань.
- Сто семьдесят пять.
- М?
Услышав этот вопрос, Е Шаньшань почувствовал, как его сердечко дважды неестественно екнуло. Похоже, у него и впрямь аритмия! Но голос императора... такой хриплый и такой приятный!
Осознав, что ведет себя глупо, он проигнорировал свою фразу про «сто семьдесят пять» и тоже заговорил шепотом: - Может, поспишь еще? У тебя в глазах столько лопнувших сосудиков, ты так устал. - Е Шаньшань непроизвольно протянул руку и кончиками пальцев коснулся века Гун Юэ. - Спи, я буду рядом.
Гун Юэ пристально смотрел на него и спустя долгое время ответил: - Хорошо. - Его голос был низким и хриплым. Затем он перехватил руку Шаньшаня, лежавшую на его веке, прижал его пальцы к своей груди прямо над сердцем и только тогда закрыл глаза.
Е Шаньшань почувствовал, как кончики пальцев, касающиеся кожи Гун Юэ, начали гореть. Казалось, они вот-вот вспыхнут!
Он глубоко вдохнул, решив, что может пересчитать эти ресницы еще раз сто!
Пока съемочная группа «Вызова 48 часов» только заканчивала работу, в сети уже вовсю поднимался шторм.
Менеджер Сю Сяня ровно в шесть утра обновил Вэйбо: «Никогда не видел, чтобы контракты подписывали, а потом внезапно их разрывали и меняли людей. Пользуетесь тем, что у Сю Сяня добрый характер?» В конце он напрямую упомянул официальный аккаунт шоу и Вэйбо Е Шаньшаня. Намек был более чем прозрачным.
С помощью заранее купленных «ботов» ажиотаж набрал обороты, и к восьми часам утра заголовки новостей во всех приложениях кричали: «Менеджер Сю Сяня в ярости от закулисных интриг с заменой участников, подозрения падают на давление со стороны покровителей новичка по фамилии Е».
В статье подробно описывалась вся история.
Изначально продюсеры канала «Звездный свет» за полмесяца подписали контракт с Сю Сянем. Гонорар был согласован, Сю Сянь ради этого отказался от других предложений, специально освободив график. Но перед самыми съемками шоу внезапно передумало, «слило» Сю Сяня и поставило новичка Е, не дав никаких объяснений.
Если не считать убытков от сорванных контрактов, само отношение съемочной группы заставляло сердца фанатов сжиматься. Сам Сю Сянь якобы хотел замять дело, но его менеджер, не в силах смотреть на несправедливость, решил во что бы то ни стало добиться объяснений.
В тексте не называлось имя Е Шаньшаня напрямую, но всё было подано по принципу «недосказать, чтобы всё стало ясно». Поэтому не наступило еще и девяти, как на форуме «Хайцзяо» выросла огромная тема: «Требуем разоблачения покровителей новичка Е! Правда ли, что его содержит богатый папик средних лет?»
Количество комментариев росло лавинообразно:
- «Опять про содержание? Посмотрите начало концерта маэстро Херста, а потом возвращайтесь. Кстати, что значил вчерашний пост автора темы в Вэйбо? Он получил роль в исторической драме?»
- «Ответ выше: посмотрел, но кто сказал, что пианистов не могут содержать? В классической музыке грязи не меньше, никто там не святой!»
- «Занимаю первый ряд, продаю семечки и газировку! Очередная драма начинается. Собрал тут все связанные материалы, читайте сами [ссылка] [ссылка]. Кстати, этот Е очень популярен, на форуме куча тем про него!»
- «Закулисные игры на ТВ - этот YSS тоже не чист! Те, кто лижут ему пятки, могут провалиться сквозь землю. Сянь-сянь хочет мира, но мы, его фанаты, не дадим его в обиду!!»
Темп был выдержан идеально. Спустя три часа менеджер Сю Сяня выпустил второй пост:
«Признаю, наш Сянь-сянь не так красив, как этот новичок Е. Но за эти годы все видели, как упорно Сянь трудился и сколько отличных работ представил. Я просто спрашиваю @Вызов_48_часов: ради какого-то новичка с одной ролью в багаже вы выкинули нашего Сяня? Почему? Я не успокоюсь, пока не получу ответ!»
Такая позиция - выставить себя слабым, жалким и принизить свои достоинства - отлично разжигает в фанатах желание защищать своего кумира.
Следом за этим толпа фанатов сначала завалила Вэйбо Сю Сяня словами сочувствия «любимому мужу», а затем гордо двинулась в аккаунт шоу, требуя официальных объяснений, угрожая вечным бойкотом.
И вот, когда великая битва года была готова разразиться, официальный фан-клуб «Башня Звезд» опубликовал длинный пост, идущий вразрез с общим настроем. Заголовок был очень длинным:
«Может, господин менеджер сначала проверит факты, прежде чем открывать рот? Кто сказал, что у нашего Хозяина Башни всего одна роль?»