Глава 31
Пока Гун Юэ вел его за руку к машине, Е Шаньшань шел понурив голову. Он чувствовал, что его побег с треском провалился - так быстро его еще не ловили. Поразмыслив, он решил, что сейчас лучший выбор - быть паинькой и во всем признаться, чтобы смягчить наказание.
Он легонько пощекотал пальцем ладонь Гун Юэ, привлекая внимание. Когда тот обернулся, Шаньшань мгновенно выпрямился и вошел в образ: - Докладываю, офицер! Прежде чем уйти, я позавтракал и приехал на домашней машине. За это время съел одну коробку... нет, целое ведро мороженого, сыграл несколько партий в "Марио", но Сюй Лоян сказал, что я читер, и мы закончили. Хотя я честно не жульничал.
Вспомнив об этом, он почувствовал легкую обиду. Но Гун Юэ молчал, и Шаньшаню пришлось проглотить возмущение и продолжить отчет: - Потом мы посмотрели две серии аниме, а как раз перед вашим приходом я проходил одиночную игру. Он осторожно глянул на Гун Юэ и быстро добавил: - Я её не закончил.
Оставалось всего десять минут до финала! Почему сегодня на дорогах совсем не было пробок? Прикинув, что больше ничего не делал, Шаньшань подытожил: - Я не должен был убегать из дома. Тон был искренним, вид - самым жалобным.
Выслушав его, Гун Юэ потянул его за собой, собираясь идти дальше. Он вдруг вспомнил тот раз в Нью-Йорке, когда Шаньшань так же обиженно висел на нем. Помедлив секунду, он крепче сжал его руку и смягчил тон: - Пойдем.
Всего два слова, но это была победа! Индекс настроения Великого Демона вырос как минимум на двадцать процентов. Шаньшань мысленно возликовал и даже зашагал бодрее, слегка раскачивая их сцепленные руки. «Я молодец!»
Как только они сели в машину, Е Шаньшань не успел перейти ко второму этапу плана покаяния - Гун Юэ вложил ему в руку несколько таблеток. - А? - Ты ведь съел много мороженого? Выпей лекарство.
Глядя на знакомые таблетки на ладони, Е Шаньшань вдруг почувствовал, как защипало в глазах, а в груди стало как-то тесно и горько. Это было странное чувство, он почти никогда раньше такого не испытывал и не знал, как его назвать. Он поднял голову, чтобы спросить Гун Юэ, но увидел, что тот нахмурился: - Почему глаза покраснели? Сюй Лоян тебя расстроил?
Шаньшань моргнул и растерянно покачал головой: - Нет. Он и сам не понимал причины своей внезапной сентиментальности, поэтому ляпнул первое, что пришло в голову: - Я не хочу пить лекарство, оно горькое.
И Гун Юэ, к его удивлению, поверил! - ... - Е Шаньшань почувствовал себя неловко даже на уровне души. Неужели в глазах Гун Юэ он и правда тот, кто плачет из-за горьких таблеток? Разве он не должен быть солидным, надежным и мудрым существом?
Уязвленный в своих чувствах, Шаньшань мигом проглотил лекарство. Он как раз раздумывал, не завести ли с Великим Демоном разговор в стиле «я говорю - ты киваешь», как Гун Юэ заговорил первым: - Как я наказывал тебя раньше?
Шаньшань не ожидал такого вопроса. Он картинно всхлипнул, но отвечать пришлось. - Стоять смирно и учить словарь, - пробормотал он, а затем понуро добавил: - По порядку сейчас идет эстонский.
Жизнь - боль, я истинный герой...
Вернувшись домой, Е Шаньшань хвостиком последовал за Гун Юэ в кабинет. Он уже приготовился зубрить словарь, но Гун Юэ протянул ему папку: - Посмотри.
Шаньшань уселся на ковер у кресла Гун Юэ. Прочитав всего пару строк, он нахмурился. Дочитав до конца, он поднял глаза на мужчину: - Гэ, зачем ему понадобился образец твоей крови?
Гун Юэ покачал головой. Е Шаньшань принялся тщательно перебирать воспоминания, выстраивая цепочку: - За последние четыре года у тебя было десять анализов крови. Восемь из них - плановые обследования раз в полгода, все в одной и той же клинике Нью-Йорка. Еще два - генетические тесты на предрасположенность к болезням, их делали в Германии вместе с твоими двоюродными братьями и сестрами. Тогда брали всего по одному миллилитру.
Убедившись, что ничего не упустил, Шаньшань нервно затеребил ворс ковра. Сердце у него бешено колотилось. - Гэ, очевидно, что они готовились как минимум полгода, чтобы заполучить твою кровь. Узнав твой график, они выбрали момент, когда ты был один, чтобы подстроить аварию нужной степени тяжести. Чтобы ты не пострадал серьезно, но обязательно попал в больницу для обследования. В таком случае забор крови неизбежен.
Е Шаньшань уставился на слова «образец крови», его голос стал напряженным, а речь - быстрой: - Им нужна была кровь, полученная официальным путем, вероятно, потому что она должна быть абсолютно чистой и в стабильном состоянии. Возможно, поэтому они оберегали тебя от ран и кровотечений во время самой аварии. Это значит, что эксперимент, для которого им нужна твоя кровь, невероятно точный. Иначе они могли бы просто подстроить любой инцидент, чтобы получить каплю крови.
Е Шаньшань закрыл папку, на мгновение задумался, а затем сменил позу и положил голову на колени Гун Юэ. - Гэ, прости. Я сегодня убежал... эта выходка точно заставила тебя волноваться.
Теперь он понимал, почему Гун Юэ был так мрачен и так быстро приехал за ним. Почувствовав тепло на своих коленях, Гун Юэ прикрыл глаза. Спустя долгое время он ответил: - Мгм. Умница. - Помолчав еще немного, он очень нежно погладил Шаньшаня по волосам. - Шаньшань. - А? - Е Шаньшаню показалось, что с его сердцем что-то не так: когда Гун Юэ произносил его имя с такой интонацией, в груди становилось горько и хотелось плакать. - Шаньшань, с тобой ничего не должно случиться.
Шаньшань отчетливо почувствовал страх Гун Юэ. Как бы тот ни пытался его скрыть, Шаньшань его услышал. Великий Демон не должен быть таким.
Ему стало невыразимо грустно. Повинуясь порыву, он сел на коленях и обнял Гун Юэ за талию, уткнувшись в него лицом. - Со мной ничего не случится. Всё будет хорошо, мы вместе доживем до глубокой старости и станем дедушками. Не бойся. Он неумело, но очень старательно похлопал Гун Юэ по спине.
В этом огромном мире их осталось только двое, и они были всем друг для друга.
Даже ложась спать, Е Шаньшань всё еще прокручивал в голове историю с аварией. Он натянул одеяло до самого носа, оставив только глаза. Голос его звучал глухо: - Мне кажется, за всем этим стоит какой-то глобальный заговор!
Он уже вообразил, как они с Великим Демоном идут по следу и в конце ловят главного босса, который собирался уничтожить Солнечную систему. Сюжет был захватывающим! При этой мысли он издал странный смешок: «Хе-хе». Гун Юэ, сделав вид, что ничего не слышал, потянул одеяло вниз: - Не закрывай нос, трудно дышать. - Ой. - Шаньшань послушно отпустил край одеяла. Подождав, пока Гун Юэ укроет его до плеч, он снова высунул руку и помахал ему: - Гэ, иди скорее в душ и ложись со мной!
Взгляд Гун Юэ скользнул по ямочке на щеке Шаньшаня, и он быстро отвернулся: - Хорошо.
Оставшись один, Е Шаньшань принялся ворочаться. Его охватило беспокойство. Вокруг рыщут неизвестные враги с неясными целями - как же это бесит. А то, что их цель - его Великий Демон, бесило вдвойне.
Погрызя ногти, Шаньшань вспомнил, как Гун Юэ стоял на пороге дома Сюй Лояна и протягивал ему руку. И тут до него дошло: его побег, должно быть, до смерти напугал Великого Демона. Чувство вины нахлынуло с новой силой. Шаньшань снова завернулся в одеяло и пару раз перевернулся.
- Ой?
Когда Гун Юэ вернулся из душа в халате, он обнаружил, что Е Шаньшань так усердно ворочался, что превратился в плотный «кокон». Из одеяла сиротливо выглядывали только глаза, полные мольбы: - Гэ, ты наконец-то вернулся... я застрял!
При виде Гун Юэ, который в свете ночника казался почти святым, Шаньшань готов был запеть от радости. - ...
Гун Юэ вызволил его из «плена». Кажется, он уже привык к периодическим глупостям Шаньшаня. Он взъерошил его и так беспорядочные волосы: - Спи. Если завтра будет болеть живот, попроси у дворецкого лекарство. - Понял, понял.
Пообещав это, Шаньшань перестелил одеяло. Когда Гун Юэ лег рядом, он потихоньку придвинулся ближе: - Гэ, мне всегда было любопытно. Ты же потерял память, откуда ты знаешь все эти мелочи? Например, про тесты, про запрет на сладкое... И про те таблетки для желудка, которые я пил, когда только приехал?
Дядя Хоук вряд ли стал бы специально об этом рассказывать. Так откуда? Шаньшань лежал на боку, с любопытством глядя на Гун Юэ. Его голова утопала в мягкой подушке, он начал зевать. - Есть блокнот с записями. - !! - Едва не подавившись зевком, Е Шаньшань подскочил и сел, обхватив одеяло. - Гэ, не спи! Скорее рассказывай, что за блокнот? Что там написано?
«Неужели там задокументированы все мои позорные истории на десять тысяч знаков?! Какой кошмар!» Но Гун Юэ явно не собирался отвечать. Он просто выключил основной свет, оставив лишь теплое сияние ночника.
Е Шаньшань почувствовал, как тяжела жизнь. Как он сможет уснуть, не зная, что там написано?! Он решился на отчаянный шаг и толкнул Гун Юэ: - Великий Демон, ты не можешь просто так уснуть! Что это за блокнот? Ты...
Он не успел договорить. Мир внезапно перевернулся: рука Гун Юэ обхватила его за талию, и в мгновение ока Шаньшань оказался прижат к кровати, а его собственные руки инстинктивно обвили шею мужчины.
Что произошло?
Аромат мужского парфюма и едва уловимая свежесть после душа заполнили всё пространство. Е Шаньшань чувствовал знакомый запах кожи и понимал: ситуация опасная! Он хотел было вырваться, но Гун Юэ наклонился к его уху. От горячего дыхания по телу Шаньшаня прошла дрожь, ощущения были странными, и он замер, не смея шевельнуться.
- Великий Демон? Мм?
В такой критический момент Шаньшань всё равно подумал: «Какой же у него красивый голос... в ушах аж покалывает, так щекотно». - Гэ, я...
Он уже собирался придумать оправдание и потихоньку ускользнуть из захвата, как вдруг тело Гун Юэ напряглось. Он внезапно отпустил его, скатился в сторону и лег рядом. «Почему мне на секунду стало так обидно?» - пронеслось в голове у Шаньшаня.
- Ты прочитал те документы. Есть какие-то мысли? Тема сменилась пугающе быстро. Шаньшань моргнул, в голове был сумбур. Дыхание Гун Юэ было тяжелым и прерывистым. Забеспокоившись, он спросил: - Гэ, тебе плохо? - Всё нормально.
«Врет, точно что-то не так!» Впрочем, Шаньшань не стал настаивать. Подумав, он ответил на вопрос: - Подозреваю, что в твоем окружении есть кто-то, кто передает информацию «той стороне». И до потери памяти ты, должно быть, что-то заметил, раз оставил ту фразу о том, что никому, кроме меня, нельзя верить.
Гун Юэ коротко подтвердил его слова, и Шаньшань продолжил: - И еще... Мне кажется, ты заранее знал, что потеряешь память, независимо от того, случится эта авария или нет.