3
Утро началось с того, что Саша проснулась от солнечных лучей, пробивающихся сквозь неплотно зашторенное окно. На секунду она забыла, где находится, а потом вспомнила всё — новый дом, вчерашний вечер, отключение воды, худи Глеба, которое так и висело на спинке стула. Она улыбнулась, потянулась и встала, чувствуя приятное предвкушение.
Завтрак. Она обещала завтрак.
Саша приняла душ, на этот раз вода бежала исправно, и с удовольствием оделась в лёгкий кремовый топ и свободные бежевые брюки. Волосы она оставила распущенными, и они мягкими волнами спадали на плечи. Она чувствовала себя счастливой и лёгкой.
На кухне она включила музыку и начала готовить. Омлет с зеленью и сыром, хрустящие тосты, авокадо с лососем, свежие ягоды и, конечно, чай с мелиссой. Она достала любимую посуду с голубыми цветами и расставила тарелки на столе, который стоял у окна с видом на сад. Мартин крутился под ногами, выпрашивая кусочек лосося, но Саша была строга.
— Нельзя, мой хороший, — говорила она ему, поглаживая его по голове. — Это для гостей.
Ровно в десять раздался звонок. Саша вытерла руки и открыла дверь. На пороге стояли Глеб и Артём. Глеб был в чёрной футболке и джинсах, его светлые волосы были чуть влажными, как будто он только что мыл голову. Он улыбнулся, и в его зелёных глазах заплясали тёплые искорки. Артём стоял рядом, в кожаной куртке и с тёмными очками на голове, которые он носил как ободок. Его голубые глаза ярко блестели на солнце.
— Доброе утро, — сказала Саша, улыбаясь. — Заходите.
Они вошли в дом, и Глеб сразу заметил на стуле свою тёмно-синюю худи.
— А это ещё моё, — усмехнулся он, показывая на неё.
— Я ещё не успела постирать, — смутилась Саша. — Прости.
— Не извиняйся, — легко ответил Глеб. — Мне нравится, что оно у тебя.
Артём хитро посмотрел на друга, но промолчал.
Завтрак прошёл чудесно. Саша накормила их так, что они оба попросили добавки. Глеб, который обычно не ел по утрам, съел два омлета и выпил три чашки чая с мелиссой.
— Ты просто волшебница, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Я не ел таких завтраков с тех пор, как переехал сюда.
— Теперь будешь, — пообещала Саша. — Я часто готовлю по утрам, так что заходите.
Артём снял очки и внимательно посмотрел на неё.
— Ты серьёзно, что ли? — спросил он с лёгкой насмешкой. — Готовить на троих каждое утро?
— Ну не каждое, — засмеялась Саша. — Но иногда — да.
После завтрака они ещё посидели в саду, Глеб и Артём ушли, и Саша чувствовала себя невероятно легко и счастливо. Она убрала со стола, вымыла посуду и решила немного поработать в саду. Мартин весело носился по газону, радостно прыгая на каждый цветок, а Саша сидела на веранде с ноутбуком и обрабатывала фото.
Всё было идеально.
Но к обеду Мартин начал вести себя странно. Сначала он отказался от воды, потом лёг в угол и грустно смотрел на неё влажными глазами. Саша насторожилась.
— Мартин, что с тобой? — она подошла к нему и погладила его по голове. Его нос был сухим и горячим, и он начал тяжело дышать.
А потом он начал рвать. Белой пеной, с примесью какой-то жёлтой желчи.(Извиняюсь, за подробности)
Саша почувствовала, как сердце рухнуло вниз. Она опустилась на колени и схватила собаку за лапы, пытаясь заглянуть ему в глаза. Он смотрел на неё с болью и ужасом, и у неё всё похолодело внутри.
— Мартин, что ты съел?! — закричала она, понимая, что ответа не получит.
Она заметила разорванный пакет от шоколада, который оставила на столе. Шоколад для выпечки. Мартин съел его. Весь. Саша знала, что шоколад для собак — это яд.
Её начало трясти. Она попыталась вызвать такси, но диспетчер сказала, что ближайшая машина будет через сорок минут. Сорок минут! А Мартин уже задыхался, и его глаза закатывались.
Слёзы хлынули из её глаз. Она рыдала, сидя на полу рядом с собакой, и не знала, что делать. В голове метались мысли: везти его на себе? Но он большой, она не донесёт. Вызвать скорую для животных? Но они тоже едут долго.
И вдруг она вспомнила. Глеб. Он рядом. У него есть машина.
Она, не раздумывая, выбежала из дома в чём была — в шортах, в худи Глеба, которое так и висело на стуле, и в кроссовках, которые схватила у порога. Волосы она успела только заколоть крабиками по бокам, но они всё равно выбивались и развевались на ветру. Она постучала в дверь Глеба как безумная, и он открыл почти сразу, как будто что-то чувствовал.
— Саша? Что случилось? — спросил он, увидев её заплаканное лицо.
— Мартин, — выдавила она. — Он съел шоколад, ему плохо, я не могу вызвать такси, помоги, пожалуйста, умоляю!
Глеб не задал ни одного лишнего вопроса. Он натянул куртку, схватил ключи и через секунду уже был рядом с ней.
— Где он?
— В доме, я не могу его нести, он тяжёлый...
Он вошёл в её дом, быстро и осторожно подхватил Мартина на руки. Пёс тяжело дышал и почти не сопротивлялся. Глеб выбежал на улицу, Саша бежала за ним, на ходу вытирая слёзы.
Чёрный BMW стоял у ворот. Глеб открыл заднюю дверь, аккуратно положил Мартина на сиденье, а Саша сразу же запрыгнула следом, прижимая собаку к себе. Глеб сел за руль, и машина рванула с места.
Он вёл быстро, но уверенно, обгоняя машины и проезжая на жёлтый свет. Саша сидела сзади, гладила Мартина по голове и плакала. Волосы разметались, крабики почти выпали, и она выглядела растерянной и испуганной.
— Мы скоро, — сказал Глеб. — Держись.
Он бросил взгляд в зеркало заднего вида и увидел, как она прижимает собаку к себе, как её руки дрожат, как слёзы текут по щекам. Его челюсть сжалась, и он вдавил педаль газа сильнее.
Клиника оказалась в десяти минутах езды. Глеб остановился прямо у входа, выскочил из машины и помог Саше вытащить Мартина. Они вбежали в приёмный покой, и Саша, едва дыша от страха, выпалила врачу:
— Шоколад, он съел шоколад, пожалуйста, спасите его!
Врачи сразу забрали Мартина, и Саша осталась в пустом коридоре, прижимая к груди худи Глеба, которое было на ней. Она опустилась на стул и разрыдалась в голос.
Глеб подошёл и сел рядом. Он не говорил ни слова, просто протянул руку и сжал её ладонь. Его пальцы были тёплыми и крепкими, и она почувствовала, как немного успокаивается.
— Всё будет хорошо, — сказал он тихо, глядя на неё. — Он сильный, он справится.
Она повернула к нему заплаканное лицо, и он увидел, как красиво у неё разметались светлые волосы, заколотые лёгкими крабиками, которые уже почти выпали. Её серые глаза были красными от слёз, и она выглядела такой беззащитной, что у него сжалось сердце.
— Я не знаю, что бы я делала без тебя, — прошептала она. — Спасибо, Глеб.
— Ты уже благодарила, — усмехнулся он. — Давай без этого.
Они сидели так минут двадцать, пока наконец не вышел врач.
— Всё в порядке, — сказал он. — Мы промыли желудок, он будет в порядке. Но вам повезло, что вы привезли его так быстро.
Саша закрыла глаза и выдохнула. Её тело расслабилось, и она почувствовала, как Глеб всё ещё держит её руку.
— Я же говорил, — сказал он мягко. — Всё хорошо.
Она кивнула, смахивая слёзы, и повернулась к нему. Волосы рассыпались по плечам, и один крабик выпал на пол. Глеб заметил это и, не говоря ни слова, аккуратно поднял его и протянул ей.
— Держи, — сказал он. — А то ты растеряешь всё.
Саша взяла крабик и слабо улыбнулась.
— Ты всегда такой заботливый? — спросила она.
— Только когда вижу, что человеку плохо, — пожал плечами Глеб. — И когда он носит мое худи. Это ведь мое худи, да?
Она посмотрела на себя и вдруг поняла, что всё ещё в его худи, с большим капюшоном, который она так и не сняла.
— Уже почти мое, — усмехнулась она. — Я с ним не расстанусь.
Он засмеялся, и его зелёные глаза засияли. В этот момент Саша поняла, что уже не так боится. Что она не одна. Что рядом есть кто-то, кто готов сорваться с места, чтобы помочь ей и её собаке.
Она снова посмотрела на него и улыбнулась, уже по-настоящему.
— Спасибо, Глеб, — прошептала она.
— Я же сказал, без благодарностей, — ответил он. — Ты лучше скажи, когда завтрак. Я теперь без твоего омлета не могу.
Она рассмеялась и, вытирая слёзы, кивнула.
— Завтра, — пообещала она. — Ровно в десять. И придёшь ты, и Артём.
— Договорились, — сказал Глеб.
Они сидели в приёмной до тех пор, пока Мартина не разрешили забрать. Он выглядел уставшим, но смотрел на Сашу живыми глазами. Она обняла его и поцеловала в нос, и Глеб смотрел на это с тёплой улыбкой.
Когда они вышли на улицу, ветер снова ударил в лицо, но Саша была в его худи, в капюшоне, и ей было тепло. Они сели в машину, и Глеб тихо поехал обратно.
Весь путь Саша держала Мартина на коленях и смотрела в окно. В какой-то момент она поняла, что улыбается. Просто так. Без причины. Просто потому, что сегодня у неё случился самый страшный и одновременно самый тёплый день. Потому что кто-то был рядом, когда это было так нужно.
Она посмотрела на Глеба в зеркало заднего вида, и он словно почувствовал её взгляд, потому что его глаза встретились с её глазами.
— Что? — спросил он.
— Ничего, — ответила она. — Просто спасибо.
Глеб улыбнулся, ничего не ответив, и машина покатила дальше, в их тихий район, где пахло травой и где было так уютно и спокойно.