таблетками до твоего сердца.//paradeevich

шли дни, а за ними шли и часы беспощадно тяжкой жизни молодых подростков. лекарства, тонны лекарств, которые приходится пить просто чтобы жить, а не чтобы быть здоровым.

каечка как и всегда, стояла напротив десятка новых жизней. они тихо спали, медленно дышали и посапывали, а русая ловила с этого какое-то некое удовольствие, словно смотрит на целую жизнь. фантазия в такие моменты любит разыгрываться в голове, потому кая представляла будущую жизнь каждой маленькой души, лежащей за стеклом. кто-то будет врачом, кто-то станет учителем, у кого-то будет трое здоровых детишек, а кто-то будет путешествовать по миру.. но все еще впереди, далеко-далеко впереди. предстоит вырасти, выучиться, найти работу, научиться жить.. порой, девушке было жалко малышей, им прийдется прожить столько трудностей.. и в конце-концов, столкнуться со смертью. а она, между прочем, совсем недалеко!

ужасные мысли очернили раздумья, вдруг перед глазами предстали мертвецы. друзья в обличие мертвецов, врачи, любые другие знакомые люди. страх, животный страх пробрал тело, девушка постаралась сконцентрироваться на чем-то другом.

руки начали трястись, накрывало волной ужаса. в глазах переодически темнело, цвета переставали быть такими яркими, голова кружилась, в ушах звон. тихонько сглотнув, каечка развернулась и поторопилась в свою палату, по пути к которой она обязана была с кем-то поговорить чтобы отвлечься.

этим кем-то стал, неудивительно, парадеев. он направлялся, кажется, в кафетерию, но приостановился, увидев подругу.—привет, снова была у младенцев?

—ага. срочно, говори со мной о чем-то— бледное лицо жалобно сморщилось, словно это значило что-то большее, чем просто мысли. пока люди не говорили, киролова видела их мертвые облики. —что с тобой, все хорошо?

—пожалуйста, просто говори что-то хорошее..—ледяные маленькие ладони схватились за края кофты кучерявого, он взял ее за руки.—сегодня утром я примерно минут десять стучался в палату к тебе, а оказалось, что я перепутал номер и палата была пустая, и знаешь кто мне об этом сказал? уборщица! не знаю, как она это поняла, но я был рад, что она сказала мне об этом..

русая сделала глубокий вдох и выдох, ее позабавила история и помогла схватиться за рассудок, постараться вернуть его на место. еще секунд тридцать она просто глубоко дышала с прикрытыми глазами и не отпускала кофту парня, которая уже явно смялась от ее пальцев. когда наконец самообладание вновь вернулось к ней, она открыла глаза, мир снова стал цветным и вполне обычным. в ушах прекратился звон, тревога на душе улетучилась. —спасибо, ты выручил.

—что произошло?

— меня тревога просто накрыла, всякий бред начал в голову лезть, вот и все. такое часто у меня бывает, и сопровождается галлюцинациями и ужасным звоном в ушах, да, я немного психически не здорова, у меня паническое расстройство.

—тебя мучают панические атаки?

—ежедневно. да и не только они, при депрессии много что мучает.— кая сухо вздохнула, похлопав сашу по плечу.—еще раз спасибо, я пойду к себе.

—удачи.

—не забудь выпить нужные таблетки, ты начинаешь лечиться с этого момента.—настоятельно проговорила девчонка вслед, парадеев не стал возражать. гляди, может и вылечат ее упреки?

***
—прямо в коридоре? ашалеть..—вздыхала кира, ехидно улыбаясь.—вы неплохо смотритесь, кстати.

—чего все обо мне, как там с твоим бойфрендом? — кая улыбнулась, вспомнив подругу рядом с психологом.—ничего такого, мы выпили чаю у него и разошлись, он - к пациенту, а я - к тебе. жалко конечно, что нам нельзя так свободно разгуливать по больничке, как вам.. здесь я завидую.

—ладно тебе, вот как пойдешь на поправку, ксюша замолвит за вас словечко директрисе, и та разрешит, я уверена. —русая заплела из волос одну тугую косичку для удобства. —надеюсь. ладно, давай закажем поесть, так давно не ела чего-то существенного..

—второй раз за месяц? думаешь охранник одобрит такое.. да и карманных не так много осталось, пособие прийдет только через неделю...

—расслабься, я позвоню маме, она привезет нам поесть.—шатенка нырнула в телефон, набрав сообщение маме. ей было и стыдно и радостно одновременно: стыдно, потому что поднимать тему о родителях при человеке, у которого их нет было ужасно отвратно, а радостно - потому что кира, вернее ее родители, с легкостью могут обеспечить девушку в трудную минуту. кира знала, что раз в месяц каечке на карту высылается мизерное количество денег на жизнь от детского дома, в котором она воспитывалась, что и является ее единственным обеспечением в больнице, без возможности работать. и ей было ужасно тошно смотреть, как каечка радостно улыбалась ее маме, радуясь их встрече как с родной матерью. она часто грустила на этот счет, но была чертовски рада тому, что родители погибли слишком рано, чтобы она успела запомнить их и начать по-настоящему скучать. лучше скучать по неизвестному, чем по конкретному, меньше досады это доставляет.

—кир, я так не могу.. я очень рада твоей маме, и благодарю ее за все, но она слишком многое тратит на меня, она ведь даже толком меня не знает!

—перестань, или я приму это за отречение от помощи.— шатенка обняла подругу, крепко прижав к себе.—ты же знаешь, моя мама готова сделать все, чтобы я была счастлива. а чтобы я была счастлива, мне нужно чтобы была счастлива ты. это замкнутый круг, детка.

—ладно, но это в последний раз!

—роллы или пиццу?

—роллы, однозначно.—девушки провели вместе еще в порядке двух часов, выбирая различные снеки на вечер и на следующие дни. родители киры были достаточно обеспечиваемыми себя и дочь людьми, поэтому проблем с финансовым обеспечением пищи для девчат просто напросто не было. кае это принимать давалось с трудом, но все же, лучше чем отдать последние триста семьдесят рублей с копейками на доставку. и все таки каждому нужны родители.