«В плену у Фернандеса».

Наконец Арнау поднял руку, приказывая своим парням отойти. Адам бессильно повис на стуле, его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, рубашка была разорвана, а дыхание вырывалось из груди с тяжёлым, свистящим хрипом. Вожак медленно залез за пазуху своей кожаной куртки и достал оттуда тяжёлый, матово-чёрный пистолет. Раздался леденящий душу, сухой щелчок затвора. Арнау подошёл к Адаму, схватил его за мокрые от крови волосы и заставил поднять голову.

— Знаешь, Фернандес... Просто убить тебя — это слишком скучно, — тихо, с пугающим безумием в голосе произнёс Арнау.

Он медленно повернулся и вытянул руку с пистолетом, направляя дуло прямо мне в лоб.

— Сначала я убью твою Адель прямо на твоих глазах. Ты будешь сидеть, смотреть, как она подыхает, и задыхаться от собственного бессилия. А уже потом я прикончу тебя, — тихо произнёс Арнау.

Он медленно повернулся в мою сторону и вытянул руку с пистолетом, направляя дуло прямо мне в лоб. Поняв, что шутки кончились, Арнау обернулся к своим парням и жёстко приказал:

— Развяжите её! Живо! Пускай встанет, чтобы было удобнее.

Один из амбалов тут же подскочил ко мне и одним резким движением ножа перерезал путы на моём стуле. Я испуганно упала на колени, судорожно хватая ртом воздух и во все глаза глядя на чёрное жерло пистолета.

— Арнау, тварь... не смей... Меня убей, слышишь?! — хрипло, захлёбываясь кровью, прорычал Адам.

В его голосе впервые полыхнул такой первобытный, дикий страх за меня, перед которым померкла вся его собственная физическая боль. Но Арнау лишь цинично ухмыльнулся, наводя прицел ровно на меня. Его палец медленно, до упора лёг на спусковой крючок. Я зажмурилась, судорожно выдыхая в последний раз и приготовившись к неизбежному. Оглушительный, разрывающий барабанные перепонки выстрел громом разорвал тишину склада.

Но боли не последовало. Вместо этого в ту самую секунду, когда оружие выстрелило, произошло невозможное. На чистом адреналине и безумной любви Адам совершил сумасшедший рывок. Он резко встал со стула в полный рост, в один прыжок преодолел разделяющее нас расстояние и за секунду до вылета пули закрыл меня своим телом. Свинцовый свист оборвался глухим, страшным звуком. Пуля вошла Адаму прямо в спину. Он резко вскрикнул, его тело судорожно выгнулось, и он тяжело рухнул на колени прямо передо мной, уткнувшись лицом в мой подол. В ту же секунду из его ослабевших, окровавленных рук с громким, металлическим стуком отлетел на бетонный пол маленький складной нож. Оказывается, всё то время, пока его жестоко избивали, Адам, скрывая это за криками и рычанием, каким-то чудом умудрился незаметно нащупать в кармане брюк свой нож и вслепую, миллиметр за миллиметром, разрезал толстые верёвки на своих запястьях за спиной. Он ждал идеального момента, чтобы спасти меня.

— Ада-а-ам!!! — мой безумный, срывающийся на истошный хрип крик эхом ударил по стенам.

Я упала перед ним на колени, судорожно обнимая его за плечи, пока по моему нежно-розовому платью лавиной расползалось огромное, горячее багровое пятно его крови...

— Адам... Адам, посмотри на меня! Пожалуйста, держись! — задыхаясь от удушающих слёз, кричала я, прижимая его к себе.

Его глаза медленно потухли, сознание стремительно уплывало, но он, собрав последние крохи сил, заставил себя сфокусировать взгляд на моём лице. На его окровавленных губах появилась слабая, болезненная, но пугающе нежная улыбка.

— Адель... — его голос вырвался из груди тихим, клокочущим хрипом, и он едва заметно коснулся пальцами моей щеки, оставляя на ней красный след.

— Прости меня... Прости меня, голубоглазая. Я знаю, что причинил тебе слишком много боли. Я был чудовищем... Но я так надеюсь, что когда-нибудь ты меня простишь. Знай... знай, что я безумно люблю тебя. Ты... ты была моим единственным настоящим счастьем в этом ужасном мире... Единственным, ради чего стоило жить...

Его рука бессильно соскользнула с моего лица, а веки дрогнули и закрылись. Адам полностью отключился, обмякнув в моих руках мёртвым грузом.

— Нет! Адам, нет, пожалуйста, не оставляй меня!! — в полной истерике закричала я, прижимая его голову к своей груди и пачкаясь в его крови.

— Открой глаза, умоляю тебя! Слышишь?! Ты не можешь вот так умереть! Ты обещал, что будешь рядом! Адам!!!

Арнау, стоящий чуть поодаль с пистолетом в руке, ошеломлённо смотрел на упавшего врага. Адриана испуганно прикрыла рот ладонью, осознав что натворила. Но устроить побег они не успели. В ту же секунду, оглушительный грохот сотряс здание — остатки металлических дверей склада окончательно разнесло в щепки.

— Всем стоять! Оружие на пол, ублюдки!! — прогремел на всё помещение яростный, леденящий голос Энрике.

Внутрь заброшки толпой ворвались вооружённые люди из его личной охраны, мгновенно беря байкеров в плотное кольцо. Завязался тот самый обещанный, короткий, но невероятно жестокий бой. Парни Арнау попытались оказать сопротивление, но профессиональные бойцы Фернандесов безжалостно вбивали их в бетонный пол, ломая кости и выбивая из рук кастеты. Энрике лично подлетел к Арнау, мощным ударом выбил у него пистолет и со всей силы впечатал его лицом в стену, заламывая руки назад. Следом за охраной, оглашая ночную глушь оглушительными сиренами, на территорию склада ворвались сразу несколько экипажей полиции и скорая. Адриана в панике визжала, когда офицеры грубо заковали её в наручники вместе с подружками, утаскивая к выходу.

Но я ничего этого не видела. Я сидела на полу, раскачиваясь из стороны в сторону, и продолжала упрямо прижимать к себе Адама, пока к нам на полной скорости подбегали врачи с носилками и Энрике.

— Адель, отпусти его, дай врачам подойти! — кричал Энрике, бережно, но настойчиво пытаясь оторвать мои окровавленные руки от тела Адама.

— Его спасут, слышишь?! Его сейчас довезут до больницы!

Медики на ходу разрезали его рубашку, накладывали экстренные повязки и ставили капельницу прямо на полу, после чего аккуратно переложили Адама на каталку и бегом бросились к скорой.