Глава 1. Столкновение грома с шелком
Дождь за окном школьной библиотеки барабанил так, будто хотел разбить стекло. В читальном зале пахло старыми страницами и тишиной.
— Сядь на место, — раздался ледяной шёпот.
Нир, который всего лишь попытался аккуратно пододвинуть стул слишком близко стоящему парню, вздрогнул и поднял глаза.
Виктор стоял, поджав губы, и сверлил его взглядом из-под вечно сползающих очков. Чёрный джемпер, нахмуренные брови, кончик носа покраснел от сквозняка.
— Я просто… ты уронил закладку, — тихо сказал Нир, протягивая узкую полоску бумаги. Его голос был мягким, как свежий хлеб. — Она упала под твой стул.
Виктор выхватил закладку так резко, будто та могла укусить.
— Не лезь не в своё дело. Я сам бы поднял.
— Ты читал «Грозовой перевал»? — спросил Нир, кивнув на обложку. — Грустная книга. Я плакал в конце.
— Плакал? — Виктор фыркнул и отвернулся к окну, пряча лицо. Но его уши уже начали наливаться малиновым цветом. — Сентиментальные глупости. Идиотская история про… про плохих людей.
— А мне кажется, Хитклиф просто не знал, как сказать о любви, — задумчиво протянул Нир, теребя рукав своего бежевого свитера, который был ему великоват. — Боялся показаться слабым. Поэтому злился.
Виктор резко обернулся. Очки чуть не слетели с переносицы.
— С чего ты взял? Ты меня за Хитклифа принимаешь, что ли? — Голос его дрогнул. — Похож я на этого… психопата?
Нир улыбнулся. Спокойно, по-доброму, так, что в уголках его глаз появились лучики морщин.
— Нет. Ты гораздо добрее. Просто прячешься.
— Заткнись, — выпалил Виктор. Слишком быстро, слишком громко для библиотеки. Пожилая библиотекарша цыкнула на них.
Виктор сел обратно, вжал голову в плечи и уставился в книгу, но не читал. Он чувствовал на себе мягкий, лёгкий, как пух, взгляд Нира.
Через минуту на край его стола легла маленькая мятная конфета в прозрачной обёртке.
— Откуда? — буркнул Виктор, не поднимая глаз.
— У меня всегда есть с собой что-то сладкое, — ответил Нир. — Ты сегодня не пил чай. У тебя голос сел. Это от простуды или от того, что ты слишком громко кричал в сентябре?
Виктору захотелось провалиться сквозь землю. Или закричать. Или схватить эту конфету и выбросить в окно.
Вместо этого он медленно, стараясь, чтобы Нир не заметил, сгрёб конфету в кулак и сунул в карман джинсов.
— Ты раздражаешь, — сказал он, наконец, поднимая взгляд. — Иди к себе.
— Я и так на месте, — Нир кивнул на стул рядом. — Это мой столик. Я тут сижу каждый вторник.
Виктор поперхнулся воздухом. Оказывается, он сам час назад сел за чужой стол. Он покраснел так, что щёки загорелись, вскочил, с грохотом сдвинул стопку книг и бросил:
— Тогда забирай свой убогий стол. Не нужен мне твой… твой свитер. И твоя конфета. И ты сам.
Нир не обиделся. Он только поправил упавшую на лицо прядь волос и тихо сказал вдогонку:
— Виктор, у тебя шнурок развязался.
Виктор споткнулся о собственный шнурок, едва не упал, зло дёрнул им, завязал бантик и вылетел в коридор, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла.
Нир остался сидеть, положил подбородок на ладони и улыбнулся.
Конфета исчезла с его стола.
И под стулом Виктора не было больше потерянных закладок.
Конец первой главы.