глава 39
Прошло еще несколько дней. Феликс продолжал ходить в торговый центр, помогать людям, тратить деньги и чувствовать себя счастливым. Его тайная жизнь приносила ему радость, которой он не чувствовал уже давно. Он знал, что альфы ничего не подозревают, и это давало ему свободу.
Но сегодня всё изменилось.
Он шел по улице к торговому центру, когда услышал тихий жалобный писк. Он остановился и прислушался. Писк повторился. Он пошел на звук и увидел маленького котенка, который сидел в картонной коробке у стены. Он был крошечным, грязным, с больными глазами и шерстью, которая висела клочьями. Он дрожал и смотрел на Феликса с такой болью, что у него сжалось сердце.
Феликс опустился на колени и протянул руку. Котенок попытался отодвинуться, но был слишком слабым.
— Привет, малыш, — сказал Феликс, и его голос был мягким. — Ты один?
Котенок жалобно пискнул, и Феликс понял, что он болен. Очень болен. Глаза были покрыты пленкой, дыхание тяжелым, тельце худым до костей. Он явно нуждался в помощи.
Феликс не мог оставить его здесь. Он взял коробку с котенком и пошел в торговый центр. Он нашел ветеринарную клинику внутри и принес котенка туда.
— Помогите ему, — сказал он, и его голос дрожал. — Он очень болен.
Ветеринар осмотрел котенка и покачал головой.
— Он в плохом состоянии, — сказал он. — У него инфекция глаз, кишечное расстройство, блохи, глисты, и он сильно истощен. Ему нужно много лечения. Боюсь, что это будет дорого.
— Мне все равно, — сказал Феликс, и его голос был твердым. — Сделайте все, что нужно. Я оплачу.
Он заплатил за лечение, купил все необходимые лекарства, корм и лежанку. Котенка оставили в клинике на несколько дней для наблюдения. Феликс чувствовал, как его сердце наполняется теплом. Он спас маленькую жизнь. И он знал, что не сможет оставить его там.
---
Через три дня Феликс забрал котенка из клиники. Он был все еще слабым, но уже выглядел лучше. Его глаза очистились, он начал есть и даже немного играть. Феликс смотрел на него и думал, как его назвать. Котенок был серым, с большими зелеными глазами, которые сияли, как изумруды. И он был таким милым, что у Феликса сердце таяло.
— Ты будешь Лиана, — сказал он, глядя в его зеленые глаза. — Из-за твоих глаз. Или Мила — потому что ты милая. Или Кьютти — от "cute" и "kitty". Лиана... Мила... Кьютти. Думаю, Кьютти подходит тебе лучше всего. Ты милая и ты кошка. Кьютти.
Котенок мяукнул, как будто соглашаясь.
— Кьютти, — повторил Феликс, улыбаясь. — Имя тебе подходит.
Он принес ее в особняк. Он не прятал ее. Он знал, что должен сказать альфам сразу. И он знал, что это не обсуждается.
Он вошел в гостиную, где сидели все альфы. Они смотрели на него с любопытством.
— Что это у тебя? — спросил Чан, заметив котенка в его руках.
Феликс поднял Кьютти и показал ее альфам.
— Это Кьютти, — сказал он, и его голос был твердым. — Я нашел ее на улице. Она была больна. Я вылечил ее. Теперь она живет здесь.
Альфы переглянулись. Чан подошел ближе и посмотрел на котенка. Она была крошечной и смотрела на него большими зелеными глазами.
— Она милая, — сказал он, улыбаясь.
— Она будет жить здесь, — сказал Феликс, и его голос стал жестче. — Это не обсуждается.
Альфы снова переглянулись. Затем Хенджин усмехнулся.
— Мы не против, — сказал он. — Если ты хочешь, чтобы она жила здесь, пусть живет.
— Ты — часть нашей семьи, — сказал Чанбин. — Значит, она тоже часть нашей семьи.
Феликс улыбнулся. Он был счастлив. Он знал, что альфы согласятся. Он знал, что они любят его и уважают его решения.
— Спасибо, — сказал он, и его голос был мягким. — Спасибо, что понимаете.
Он сел на диван, и Кьютти устроилась у него на коленях, мурлыкая.
— Добро пожаловать домой, Кьютти, — сказал он, гладя ее по голове. — Ты теперь в безопасности. Ты с нами. Навсегда.
Альфы смотрели на него с любовью. Они видели, как он счастлив. И они знали, что это главное.