привычка знать тебя / Парадеевич

Солнце висело над головой как огромная золотая люстра, от которой невозможно спрятаться. Воздух дрожал от жары, смешиваясь с солёным ветром, который тянул откуда-то с моря. Наша маленькая процессия двигалась по набережной — я в лёгком сером парео, Саша рядом с чёрными очками на голове, Даня с телефоном наперевес, Макс с ещё одним телефоном, который всё это снимал. Мы выглядели как туристическая группа сумасшедших, которой платят за то, чтобы они несли хаос в испанскую провинцию.
— Господи
выдохнул Даня, останавливаясь и поворачиваясь к нам спиной. Он шёл задом наперёд и снимал одновременно и нас, и себя, и небо, и пальмы — одним словом, весь мир.
— Чат, вы чувствуете этот воздух? Это не просто воздух. Это испанский воздух. Он пропитан счастьем, сангрией и желанием сделать глупость.
— Ты и так делаешь глупости каждую минуту
заметил Макс, шагая рядом и наводя камеру то на Даню, то на нас.
— Мои глупости — это искусство
парировал Даня и, не глядя, сделал шаг назад, чуть не врезавшись в фонарный столб. — Опа. Близко было.
— Даня, ты разобьёшь себе голову, и мы на стриме будем смотреть, как ты умираешь, сказала я.
— Будут донаты на реанимацию.
— Это отличный контент
ответил он, ничуть не смутившись.
— Народ, напишите в чате, кто готов задонатить на мою операцию. Это важно. Я серьёзно. Жизнь блогера тяжела.
Чат отреагировал моментально — смайлики, донаты с надписью «ВЫЖИВАЙ», кто-то кинул гифку с человеком, который падает с лестницы.
— Отличная поддержка
прокомментировал Макс, глядя в экран.
— Народ вас любит, Эрис. Даже больше, чем меня.
— Тебя никто не любит, Макс. Ну только Юлька.
сказал Даня, разворачиваясь наконец в нормальное положение.
— Ты просто контент-мейкер при мне.
— Я не контент-мейкер, я— душа компании.
— Душа компании — это Саша
Даня показал большим пальцем в сторону Парадеевича.
— Он спокойный, уверенный, с ним комфортно, он самый сексуальный мужчина даже стоя рядом с испанцами. А ты просто шумный.
— Я шумный, потому что ты меня доводишь.
— Я не довожу, я вдохновляю.
— На убийство.
— Это тоже вдохновение.
Я шла между ними, и этот их вечный треп работал как белый шум — успокаивал, даже когда они начинали повышать голос. Саша молчал, иногда подкалывал,но я видела, как он едва заметно улыбается. Он всегда так делал — слушал, впитывал, а потом выдавал одну фразу, которая переворачивала весь разговор.
Мы прошли мимо небольшого сквера, где на лавочках сидели пожилые испанцы и смотрели на нас с лёгким недоумением. Наверное, они не каждый день видят компанию из четырёх человек, двое из которых орут в телефоны, третий идёт молча, но с таким видом, будто он глава якузды, а четвёртая — я —выглядит как человек, который просто хочет искупаться и не знает, как попросить об этом тишину.
— Ну что, народ
сказал Даня, замедляя шаг и поворачиваясь к камере.
— Мы почти у цели. Пляж на горизонте. Я уже чувствую воду. Я уже чувствую, как буду кричать «Ола, ми бланко» и делать вид, что я испанец.
— Ты не испанец
сказал Саша впервые за минуту.
— Ты русский блогер, который выучил три слова в дуолинго.
— И что?
Даня приложил руку к груди.
— В душе я испанец. У меня горячая кровь. Я страстный.
— Ты страстный только когда говоришь про донаты
заметил Макс.
— Донаты— это страсть. Это любовь зрителей.
— Это любовь к деньгам.
— Это одно и то же
улыбнулся Даня и продолжил идти.
Я перевела дух. Жара уже начинала давить, но ветер с моря делал её почти терпимой. Запах соли и водорослей становился сильнее с каждым шагом. Я слышала крики чаек и смех детей. Где-то играла музыка — возможно, из кафе на набережной. Испанская гитара перемешивалась с голосами туристов. Всё было как в кино. Как будто я попала в кадр, который никогда не закончится.
— Эрис, а ты вообще в курсе, куда мы идём?
спросил Макс, обернувшись ко мне и направив на меня камеру.
— На пляж
ответила я, чувствуя, как мне сразу стало неловко.
— А конкретнее?
— На пляж. С песком. С водой. С пальмами.
— Отлично
он усмехнулся и повернулся к чату.
— Эрис у нас — капитан очевидность. Народ, любим её за это.
— Я не капитан очевидность, я просто устала и хочу искупаться.
— Хочешь искупаться?
Даня резко развернулся и чуть не столкнулся с нами.
— Тогда ускоряемся. Марш-бросок до воды.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда.
Он ускорил шаг, мы за ним. Пальмы становились чаще, песок начал пробиваться сквозь асфальт, и через минуту мы вышли на открытое пространство — пляж открылся перед нами как на ладони. Синяя гладь до горизонта, мелкий золотистый песок, шезлонги, зонтики, люди, дети, музыка, шум волн.
— Охеренно
выдохнул Макс, поднимая телефон выше и снимая панораму.
— Чат, вы это видите? Это не фотошоп. Это настоящее море.
— Если бы тут был Илья,он бы сказал что ты похож на Армина с атаки титанов.
Бросил Саша
— Эти анимешные шняги оставь для Илюхи
— Я первый в воду!
заорал Даня и скинул шлёпанцы прямо на песок.
Он побежал к воде, размахивая руками и оставляя мокрые следы на сухом песке. Я видела, как он влетел в воду, поднял тучу брызг и заорал что-то на испанском — кажется, «Мира!»
хотя я не уверена, что это было правильное слово.
— Держи
Макс протянул мне телефон.
— Снимай его. Я хочу, чтобы чат увидел, как он ведёт себя как ребёнок.
Я взяла телефон и навела камеру на Даню. Тот уже стоял по пояс в воде и махал нам руками.
— Идите сюда! Вода — огонь!
— Он сошёл с ума?
спросила я, смеясь.
— Он всегда такой
сказал Саша, который стоял рядом и смотрел на море.
— Ты привыкнешь.
— Я уже привыкла. Я просто удивляюсь каждый раз заново.
— Это и есть его талант
улыбнулся Саша.
Я начала снимать. Даня прыгал в воде, нырял, выныривал, отплёвывался и что-то кричал в камеру, хотя я была слишком далеко, чтобы слышать. Чат реагировал мгновенно — смайлики, смех, донаты с надписями «W Даня», «Он реально бешеный».
— Эрис, читай чат
крикнул мне Макс, подходя ближе.
— Народ хочет слышать твой голос.
— Ой, я не знаю
замялась я.
— Давай, не ломайся.
Я вздохнула, поднесла телефон к себе и начала читать:
— «Эрис, ты следующая?»
прочитала я вслух.
— Ну, да, я тоже хочу зайти. «Даня уже пьёт море» — это да, это прям в точку. «Скажи Саше, чтобы он снял футболку» — народ, вы о чём вообще?
я засмеялась.
Саша, стоявший рядом, услышал это и приподнял бровь.
— Ой начинается
Сказал он
— Похоже на то.
— не буду.
— Чат, Саша сказал, что не будет снимать футболку
объявила я в камеру.
— Попросите по-хорошему.
Чат взорвался. Сообщения летели одно за другим: «блондинку в море», «СНИМАЙ ДАВАЙ», «МЫ ЗНАЕМ, ЧТО У ТЕБЯ ЕСТЬ КУБИКИ», «Эрис помоги ему ептвою».
Я засмеялась.
— Саш, народ очень просит.
— Я не поддаюсь давлению.
— Ты поддаёшься моему давлению?
спросила я, сама не зная, зачем это сказала.
Он посмотрел на меня. Тот самый взгляд. Тёплый. Уверенный. С лёгким вызовом.
— С тобой— отдельный разговор
сказал он тихо, почти шёпотом и подмигнул
У меня внутри всё перевернулось. Я отвела взгляд, снова посмотрела на телефон и прочитала следующее сообщение.
— «Эрис, иди в воду» — да, иду уже. Все, я заканчиваю стримить, передаю телефон Максу.
Я протянула телефон Максу, он взял его, сразу начал говорить в камеру:
— Народ, Эрис уходит в воду. Она будет сейчас снимать это платье и покажет свою купальную эстетику. Так что если вы захотели увидеть русскую красоту — вы по адресу.
Я закатила глаза и отошла чуть в сторону, снимая парео. Платье упало на песок, оставив меня в чёрном бикини. Я ощутила, как ветер коснулся моего живота, как солнечный свет обжёг кожу. И почувствовала его взгляд. Сашин. Тёплый, скользящий по мне, но не наглый, не пошлый. Восхищённый. От этого мне стало одновременно и неловко, и чертовски приятно.
— Иди сюда
сказал он мне, протягивая руку. Я взялась за неё, и он потянул меня к воде.
Море встретило меня холодом. Я ахнула, отскочила.
— Боже, она ледяная!
— Нет
засмеялся Саша, стоя уже по колено.
— Она просто бодрит.
— Она бодрит, как ушат ледяной воды по голове!
Даня, который успел уплыть довольно далеко, обернулся и заорал:
— Эрис, просто ныряй! Чем дольше ты стоишь, тем холоднее кажется!
— Я знаю, но не могу!
— Можешь!
крикнул он и подплыл ближе.
— Ты же у нас смелая. Ты приехала в Испанию с тремя мужиками. Это уже подвиг. Теперь докажи, что ты не трусиха.
— Я не трусиха, я просто...
— Кто-то сказал «просто»?
перебил Макс, подходя с телефоном.
— Эрис, ты просто должна войти в воду. Это правило пляжа.
— Какой ещё правило?
— Если ты пришла на пляж, ты обязана зайти в воду. Иначе тебя закопают в песок.
— Это жестоко.
— Это закон природы.
Даня вышел из воды и направился ко мне с хитрой улыбкой.
— Эрис, ты знаешь, что я могу сделать?
— Что?
— Я могу тебя просто взять и бросить в воду.
— Даня, не надо
я начала пятиться.
— Я сама зайду.
— Нет
он покачал головой.
— Ты не зайдёшь. Ты будешь стоять тут и ныть. Поэтому я тебя спасу.
— Я не ною!
— Ноешь
сказал Макс, снимая это.
— Вы двое — самые ужасные люди на свете.
— Спасибо
ответили они хором.
Даня пошёл на меня. Я продолжала пятиться, смеясь и прикрываясь руками, хотя это не помогало. Он двигался медленно, но уверенно, как леопард перед прыжком.
— Даня, серьёзно, не надо.
— Серьёзно надо.
— Я не хочу!
— Ты хочешь, просто ещё не поняла.
Он уже был почти рядом. Я смеялась так, что у меня живот заболел. Я знала, что он не сделает мне больно, но он точно сделает что-то смешное. И я была права.
— Ребят, правда, не нужно
сказала я уже почти без смеха, но с улыбкой.
— Я зайду сама. Дайте мне секунду.
— Секунду?
переспросил Даня.
— Да, секунду.
— Ты не зайдёшь за секунду.
— Зайду.
Он остановился, посмотрел на меня, потом на Макса. Макс пожал плечами. Я выдохнула и сделала шаг в воду. Холод обжёг ноги, но я не отступила. Сделала ещё шаг. Потом ещё. Я уже стояла по колено, потом по пояс, когда Даня внезапно зашёл в воду следом и снова двинулся ко мне.
— Даня, нет!
закричала я, смеясь.
— Даня, да!
крикнул он в ответ.
Но вдруг раздался спокойный голос Саши:
— Гориллыч, не надо. Не трогай если не хочет.
Даня замер. Посмотрел на Сашу, на меня. Потом поднял руки вверх и отошёл, улыбаясь.
— Лады, командир. Мы просто дурачились.
— Я знаю
Саша тоже улыбнулся.
— Но она же не знает, что вы дурачитесь.
Я выдохнула с облегчением и посмотрела на Сашу. Он стоял в воде, чуть поодаль, и смотрел на меня с мягкой улыбкой.
— Спасибо
тихо сказала я.
Он кивнул и улыбнулся.
Я зашла в воду глубже. Холод уже не казался таким резким — кожа привыкла, тело приняло температуру. Волны мягко покачивали, накатывали на плечи. Я чувствовала, как соль остаётся на губах, на коже. Вода была прозрачной, и я видела своё тело под её поверхностью — бледно-смуглое, ещё не загоревшее.
—Красивенькая
сказал Саша тихо, так, чтобы никто не услышал.
Я обернулась. Он стоял рядом, смотрел на меня с лёгкой улыбкой, но в глазах читалась серьёзность.
— Спасибо
ответила я, чувствуя, как на щеках загорается румянец.
— Я не шучу.
— Знаю.
Мы стояли в воде, я чувствовала, как между нами вибрирует что-то. Невидимое. Тёплое.
— Плавать умеешь?
спросил он.
— Да.
— Покажи.
И я поплыла — сначала вольным стилем, потом на спине, глядя в голубое небо. Он плавал рядом, иногда нырял, иногда выныривал. Я смеялась, когда он пускал пузыри под водой.
— Саша, ты как дельфин.
— Я лучше дельфина
он подплыл ближе.
— У меня есть чувство юмора.
— У дельфинов тоже есть.
— Они не говорят «чуть плавки не проебал» после того, как их накрывает волна.
Я засмеялась, и он засмеялся тоже, отфыркиваясь от воды.
— Это было смешно
сказала я.
— Я знаю.
Мы дурачились ещё минут пятнадцать. Ныряли, брызгались, плавали наперегонки. Иногда я просто делала вид, что тону, а он подплывал, подхватывал меня, и я смеялась прямо в его лицо.
Парни снимали и болтали обо всем да ни о чем.
Мы шли обратно к кромке воды, когда Даня вдруг сказал:
— Кстати, вы заметили, что мы уже почти час на стриме, а никто не попросил нас станцевать?
— Только что попросили
сказал Макс, глядя в экран.
— Чат требует танцев.
— Я не умею танцевать
сказала я.
— Это неважно
Даня подмигнул.
— Главное — двигаться.
— Не хочу
— Тогда мы будем двигаться за тебя.
— Я боюсь.
— Это не страшно
сказал Саша и взял меня за руку.
— Просто двигайся в такт.
Я засмеялась, отпихнула его и пошла в воду. Он пошёл за мной. И это было начало новой шутки, нового момента, новой части этого бесконечного дня. Я чувствовала себя живой. Я чувствовала себя на месте. Я чувствовала себя в Испании, с этими людьми, с ним.
И я знала — это только начало.
Солнце уже начало клониться к закату, когда Даня и Макс, наконец, выбрались на берег. Они стояли по щиколотку в воде, отряхивались как два мокрых пса, Даня, стряхивая воду с волос, громко объявил:
— Всё, я хочу мохито. Не просто хочу — я жажду. Мне нужен этот мятно-лаймовый нектар, иначе я засохну на этом пляже как изюм.
—  изюм сатира?
заметил Макс, вытирая телефон о край шорт.
— Ты всегда изюм. Но мохито — это хорошая идея.
— Я гениальный, я знаю
Даня уже разворачивался в сторону берега.
— Эрис, Саша, вы как? С нами? Или ещё побултыхаетесь?
Я переглянулась с Сашей.
— Мы, наверное, ещё чуть-чуть
сказала я, стараясь звучать максимально буднично.
— Водичка норм, солнце ещё не село.
— Ну смотрите
Даня хитро прищурился.
— Только без глупостей. Чат вас не видит, но я всё чувствую. У меня шестое чутьё на глупости.
— У тебя шестое чутьё на еду
парировал Саша.
— Иди уже, Гориллыч.
— Я иду, я иду
Даня поднял руки в примирительном жесте и двинулся к берегу. Макс пошёл за ним, уже увлечённо обсуждая, какой именно мохито они будут заказывать — с ромом или без, с мятой или с базиликом.
— С базиликом?
возмущался Даня.
— Это же испанское извращение!
—Это называется эксперимент, горилла. Ты же блогер, ты должен пробовать новое.
— Я пробую новое только когда оно не отдаёт базиликом.
Их голоса постепенно стихали, смешиваясь с шумом волн и криками чаек. Они исчезли за пальмами, оставив нас наедине с морем, песком и закатным солнцем.
Я стояла в воде по пояс, чувствуя, как мелкие волны касаются моей кожи, как соль высыхает на лице, оставляя белую плёнку. Вода уже не казалась холодной — она стала тёплой, почти как тело. Я смотрела на горизонт, где небо медленно окрашивалось в оранжевый и розовый, и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё неделю назад я сидела в Москве, пила чай и смотрела в потолок, а сейчас стояла в Средиземном море и чувствовала себя частью чего-то большего.
Саша стоял рядом. Я чувствовала его присутствие — то, как он дышит, как едва заметно покачивается на волнах. Он молчал, но его молчание не было пустым. Оно было наполненным. Тёплым.
— Красиво
сказал он, глядя на меня.
— Очень
ответила я продолжая смотреть на закат.
— Не только закат.
Я повернула голову. Он смотрел на меня. В зелёных глазах отражалось небо — оранжевое, золотое, с проблесками розового. В них плясали смешинки, но было что-то ещё.
— Ты это сейчас о чём?
спросила я, приподняв бровь.
— О тебе
ответил он просто. Без игры. Без подкола. Просто сказал, как есть.
У меня внутри всё сжалось. И тут же разжалось, отпуская волну тепла.
— Ты сегодня слишком много комплиментов говоришь
сказала я, пытаясь перевести всё в шутку.
— Это подозрительно. Что ты задумал?
— Ничего
он улыбнулся.
— Просто говорю, что думаю.
— Опасная привычка.
— Знаю. Но с тобой почему-то хочется.
Я отвела взгляд, посмотрела на воду. Мелкие волны набегали на мои руки, оставляя пену на коже. Сердце билось быстрее обычного, и я знала, что он это чувствует. Он всё чувствует.
— Эрис.
— М?
Он не сказал ничего. Просто подплыл ближе. Я почувствовала его рядом — тепло его тела, запах моря и его. Он был в паре сантиметров от меня. Я чувствовала его дыхание на своей щеке. Мокрые волосы касались его лица, с них стекала вода, оставляя мокрые дорожки на коже.
Я сама не заметила, как мои руки легли ему на плечи. Кожа была горячей, даже в прохладной воде. Его мышцы напряглись под моими пальцами, он чуть наклонил голову, и наши взгляды встретились.
— Ты чего?
спросила он шёпотом, хотя сам знал ответ.
— Не знаю
ответил я , и в моем голосе не было ни капли неуверенности. Только лёгкая усмешка. — Просто хочется.
Он сделал ещё полшага. Теперь нас разделяли миллиметры. Я слышала, как он дышит. Чувствовала, как его рука скользит по моей талии, притягивая ближе. Вода плескалась вокруг, но я её не замечала. Только его.
Он поцеловал меня.
Не так, как в прошлый раз. Не нежно и не спеша. Его губы были солёными от воды, тёплыми. Я ответила — сначала робко, а потом всё смелее. Мои пальцы запутались в его мокрых волосах, и я слышала, как он выдохнул мне в губы, когда я чуть сильнее прижалась.
Он подхватил меня под ягодицы, приподнял, помогая удержаться на волнах. Я обхватила его ногами за талию, и мы стояли так, почти по плечи в воде, целуясь. Волны накатывали на нас, но мы не замечали. Было только его дыхание, его руки, его губы.
Он отстранился на секунду, посмотрел на меня — глаза были тёмными, зрачки расширены.
— Ты специально, да?
спросил он хрипло.
— Что?
не поняла я.
— Заставляешь меня сходить с ума.
Я улыбнулась. Невинно. Нагло. Провокационно.
— Я?
переспросила я.
— Я просто стою в воде.
— Ты стоишь в воде, обнимаешь меня за шею и целуешь так, что я забываю, как дышать.
— Это твои проблемы
я хихикнула.
— А не мои.
Он засмеялся — низко, гортанно, и снова притянул меня к себе. Поцеловал уже не так настойчиво, а с лёгкой улыбкой на губах. Я чувствовала эту улыбку, и она передавалась мне. Мы целовались и улыбались одновременно. Это было глупо. Это было смешно. И это было охрененно.
Одной рукой он держал меня под ягодицу, второй водил по моей спине, по рёбрам, по животу. Оставлял дорожки тепла на мокрой коже. Я чувствовала, как его пальцы касаются моих бёдер, талии, груди — легко, почти невесомо, но каждый раз оставляя после себя мурашки.
— Саша..
выдохнула я.
— М?
— У тебя руки везде.
— И что?
он поднял бровь, но руки не убрал.
— Ничего
я снова улыбнулась.
Он снова поцеловал меня. Медленно, смакуя. Я чувствовала, как его язык касается моих губ, и у меня внутри всё трепетало. Я ответила, прикусывая его нижнюю губу, и услышала, как он выдохнул — смесь стона и смеха.
— Ты кусаешься
сказал он, когда отстранился.
— А ты лезешь куда не надо.
— Это не «не надо». Это «надо».
— Ты так уверен?
— Я знаю.
— Нахал.
— Ооо, еще какой.
И снова поцелуй. Теперь я смеялась прямо в поцелуй, и он смеялся тоже. Мы стояли в воде, обнявшись, и это было похоже на сумасшествие. На самое красивое сумасшествие в моей жизни.
Волна накрыла нас неожиданно — большая, шумная, она ударила со спины и сбила равновесие. Мы чуть не упали, он придержал меня, чтобы я не нырнула с головой, но сам получил водой прямо в лицо. Вынырнул, отплёвываясь, смеясь.
— Ну вот
сказал он, вытирая лицо.
— Ты меня сглазила.
— Я ничего не делала!
я смеялась так, что у меня живот заболел.
— Это не сглаз, это твоя невнимательность.
— Моя невнимательность?
он притворно возмутился.
— Я спасал!
— От волны?
— От волны!
он развёл руками, изображая героический жест.
— Я — твой спасатель.
— Ты — мой спасатель, у которого плавки чуть не слетели.
— Это была жертва.
— Жертва во имя чего?
— Во имя..
Он затих.
— Ой все..
сказал он с иронией, но в глазах мелькнуло что-то тёплое.
Я закатила глаза и улыбнулась.
— Ты невыносим.
— Я знаю.
— И ты это говоришь так, будто это комплимент.
Я легонько толкнула его в плечо, и он сделал вид, что тонет. Схватился за грудь, закатил глаза.
— умираю
сказал он с пафосом.
— Эрис меня убила.
— Живи давай, Парадеев.
— Не хочу. Без тебя неинтересно.
— А со мной интересно?
— Ты что, не знаешь?
Я замолчала. Потому что знала. И он знал. Но мы оба делали вид, что это просто игра. Просто флирт. Просто вода. Просто закат.
— Ну
сказала я, отводя взгляд в сторону.
— Ты ещё плавать будешь или уже на берег?
— Плавать не хочу
он покачал головой.
Я закатила глаза, но улыбнулась. Он смотрел на меня так, будто я была единственным человеком на этом пляже. Будто весь мир исчез, остались только мы, море и закат.
Через пару минут я заметила на берегу две фигуры — Даня и Макс уже возвращались. В руках у них были стаканы, и они что-то бурно обсуждали.
— Идём
сказала я, протягивая Саше руку.
— Ребята уже вернулись.
Он взял мою руку, сжал её и не отпускал, пока мы шли к берегу. Мокрые, счастливые, с солёными губами и горячими сердцами.
— Не говори им
тихо сказала я, когда мы вышли на песок.
— Что не говорить?
— Что мы целовались.
— А мы целовались?
он притворно удивился.
— Саша.
— Ладно
он улыбнулся.
— Твоя тайна. Но только сегодня.
— Почему только сегодня?
— Потому что завтра я буду гордиться этим и расскажу всем.
— Ты не расскажешь.
— Откуда знаешь?
— Я тебя знаю.
Он засмеялся и чмокнул меня в висок — быстро, незаметно, как будто случайно. Но я знала, что это не случайно.
— Идите сюда!
кричал Даня, махая нам стаканами.
— Мы тут мохито принесли! Без базилика, между прочим.
— Слава богу
сказала я, подходя к ним.
— А то я бы не пила.
— Ты не пила бы даже с базиликом
улыбнулся Макс и протянул мне стакан.
— Держи. Это с мятой. Это классика.
— Спасибо
я взяла стакан и сделала глоток. Мята, лайм, лёд — вкус лета. Я закрыла глаза и выдохнула.
— Ну что
Даня присел на песок и похлопал рядом с собой.
— Садитесь, рассказывайте. Мы тут с Максом обсуждали, куда завтра поедем.
— Мы думали в центр.
сказал Макс, садясь рядом.
— Там как раз Готический квартал. Снимем контент, прогуляемся.
— А я хочу на рынок
вставил Даня.
— Там еда. Фрукты. Морепродукты. Всё, что нужно для счастья.
— Ты хочешь на рынок, потому что хочешь есть
сказала я.
— Да! И что в этом плохого?
— Ничего. Просто забавно.
— Я забавный
согласился он.
— Мы все забавные. Чат, скажите, что мы забавные.
Макс поднял телефон, навёл камеру на нас всех.
— Чат, мы забавные, правда? Напишите «да». Я знаю, вы напишете.
Чат отреагировал сразу — сотни «да», смеющиеся смайлы, сердечки.
— Видите?
сказал Даня.
— Чат нас любит. А вы?
— Мы тоже
ответил Саша, садясь рядом и придвигаясь ко мне чуть ближе.
— Мы просто не говорим этого вслух.
— А мы говорим
сказал Макс.
— Эрис, скажи «я люблю вас».
— Я люблю вас
сказала я с каменным лицом.
— Неискренне
засмеялся Даня.
— Я искренне. Просто у меня лицо такое.
— У тебя лицо такое, будто ты только что целовалась или с морем,или с парадеевичем
сказал Даня и подмигнул.
Я подавилась мохито. Саша фыркнул и сделал вид, что ему на ногу упала муха. Макс заржал.
— Даня, ты — ужасный человек
сказала я, когда откашлялась.
— Я знаю
ответил он.
— И я это говорю всем.
Мы сидели на песке, пили мохито, смеялись. Солнце садилось за горизонт, оставляя оранжевые и розовые полосы на небе. Волны накатывали на берег, оставляя мокрые следы на песке. Ветер был тёплым, и от него пахло солью и свободой.
Я смотрела на них — на Даню, который рассказывал историю о том, как он в прошлом году чуть не утонул в бассейне в Турции. На Макса, который вставлял свои комментарии и смеялся громче всех. На Сашу, который сидел рядом, касался моего плеча, иногда смотрел на меня с той самой улыбкой.
И я думала о том, что жизнь — это не планы, не графики, не списки задач. Жизнь — это моменты. Как этот. Тёплый, солёный, смешной.
Я сделала ещё глоток мохито и улыбнулась.