24 глава.
Квартира встретила нас привычной тишиной.
После шумного аэропорта, бесконечных разговоров, смеха и дороги обратно город будто остался где-то далеко за дверью подъезда.
Щелкнул замок.
Саша первым вошел внутрь, стянул кроссовки и с облегчением выдохнул.
— Господи, родные стены
протянул он.
— Никогда не думал, что буду так рад видеть собственный коридор.
Я усмехнулась.
— Ты три дня в Японии был, а говоришь так, будто с полярной экспедиции вернулся.
— Ты не понимаешь
серьезно ответил он.
— В Японии прекрасно. Очень красиво. Очень вкусно. Очень интересно. Но там нет моего дивана.
— Какая трагедия.
— Вот именно.
Он театрально приложил ладонь к груди.
Я покачала головой, наблюдая, как он катит чемодан по коридору в сторону комнаты.
Колесики тихо постукивали по полу.
— Разбирать будешь?
спросила я.
— Не-а.
—Не-а?
— Позже.
— Насколько позже?
— Ну...
Он задумался.
— Завтра.
— Врун.
— Через два дня.
— Еще больший врун.
— Ладно, через неделю.
Я расхохоталась.
— Вот, это уже похоже на правду.
Саша обернулся через плечо.
— А что такого? Вещи полежат.
— Они там задохнутся.
— Одежда не умеет дышать.
— Ага,конечно.Это ты так думаешь.
— Ага.
— Давай сейчас разбирай.
Он остановился.
Посмотрел на меня.
Потом на чемодан.
Потом снова на меня.
И вдруг сложил руки на груди.
Совершенно по-детски.
— Не хочу.
Я едва не засмеялась снова.
— Ты серьезно сейчас?
— Максимально.
— Тебе сколько лет?
— Восемь.
— Похоже.
Я закатила глаза.
— Чемодан маленький. Я могу посидеть рядом и морально поддержать.
— Группа поддержки?
— Что бы тебе веселее было.
— И что будет входить в твои обязанности?
— Осуждение.
— Великолепно.
— Иногда саркастические комментарии.
— Еще лучше.
— Иногда я буду говорить: "Саша, какой ты молодец".
— Не верю.
Он наконец рассмеялся.
Настояще.
Тепло.
Так, как смеялся всегда рядом со мной.
— Ладно, так уж и быть.
Мы пошли в его комнату.
Я сразу же плюхнулась на кровать.
Буквально рухнула спиной на матрас и раскинула руки в стороны.
Саша даже чемодан открывать не начал.
Просто посмотрел на меня.
— Так и скажи, что хотела поваляться на моей кровати.
— Мечтала всю жизнь.
— Ага.
— Каждый день.
— Верю.
— Засыпала с мыслью об этом.
— Вот это уже подозрительно.
Я хихикнула.
— Не льсти себе.
Он сел на корточки возле чемодана и начал расстегивать молнию.
— Спала небось среди моих подушек.
— Конечно.
— Еще скажи, Бобку вместо плюшевой игрушки использовала.
// Я ЗАБЫЛА ЗА БОБКУ,НЕ ОБЕССУДЬТЕ,БОБКА БУДЕТ//
— Вообще-то использовала.
Саша поднял голову.
— Серьезно?
— Серьезно.
— Предатель.
В этот момент из коридора послышался знакомый топот лап.
Бобка будто услышал свое имя.
Через секунду пес уже влетел в комнату.
Сначала посмотрел на меня.
Потом на Сашу.
Замер.
Будто проверяя, не показалось ли.
А потом буквально бросился вперед.
Саша тут же забыл про чемодан.
Я улыбнулась, наблюдая за ними.
Саша сидел прямо на полу возле распахнутого чемодана, который так и остался наполовину закрытым, а Бобка крутился вокруг него так, будто не видел хозяина не две недели, а минимум несколько лет. Пес то ставил лапы ему на колени, то пытался лизнуть в лицо, то радостно вилял хвостом с такой скоростью, что казалось, еще немного — и взлетит.
Сама квартира будто постепенно оживала.
Еще пять минут назад здесь было тихо.
Спокойно.
Почти пусто.
А сейчас коридор наполнился знакомым голосом, смехом, звуком колесиков чемодана и счастливым собачьим сопением.
И неожиданно я поняла, насколько успела соскучиться по этому.
Не по звонкам.
Не по фотографиям.
Не по сообщениям.
А именно по этому.
По живому Саше
По тому, как он занимает собой все пространство вокруг.
Как постоянно что-то говорит.
Как смеется.
Как спорит из-за какой-нибудь ерунды.
Как ходит по квартире, будто ему принадлежит весь мир.
Поэтому сейчас, лежа на его кровати и наблюдая за тем, как он возится с Бобкой, я просто улыбалась.
Наверное, слишком долго.
Потому что в какой-то момент Саша поднял голову.
И поймал мой взгляд.
— Чего улыбаешься?
— Ничего.
— Вот это самое подозрительное "ничего", которое я слышал за последнее время.
— Да просто смотрю.
— На что?
— Как ты устраиваешь драматическую встречу века с собакой.
— Это важное событие.
— Конечно.
— Он скучал, в отличии от некоторых
Он чуть шире приоткрыл глаза, и сделал невозмутимое лицо кивая.
— Ты уверен?
— Сто процентов.
Саша снова потрепал Бобку по голове.
— Правда скучал?
Бобка гавкнул.
— Во!
Саша победно ткнул пальцем в собаку.
— Свидетель есть.
— Купленный свидетель.
— Клевета.
Я тихо засмеялась.
А Саша вдруг прищурился.
— Хотя знаешь...
— Что?
— Мне кажется, ты тоже скучала.
Я моментально отвела взгляд.
— Сам придумал?
— Нет.
— Тогда?
— У тебя лицо такое.
— Какое?
— Скучавшее.
— Это не лицо.
— Очень даже лицо.
— Нет такого лица.
— Есть.
Он поднялся с пола.
— Вот сейчас покажу.
— Не надо.
— Надо.
— Парадеев.
— Эрис.
— Не начинай.
— Ты скучала.
— Докажи.
— Легко.
Он подошел ближе.
Я сразу почувствовала подвох.
По его улыбке.
По этому хитрому блеску в глазах.
По тому, как он медленно приближался.
— Даже не думай.
— Уже думаю.
— Саша.
— Эрис.
— Нет.
— Да.
— Я сейчас кину в тебя еще одну подушку.
— Ты уже кидала.
— И могу повторить.
— Не страшно.
Я схватила подушку.
Саша поднял руки.
— Насилие.
— Сам виноват.
— Вот так всегда.
Он театрально вздохнул и вернулся к чемодану.
Наконец-то.
Я уже даже поверила, что он действительно начнет его разбирать.
Но нет.
Потому что спустя буквально минуту он достал первую футболку.
Посмотрел на нее.
Потом на меня.
— Узнаешь?
— Футболка.
— Это футболка с Фудзиямы.
— Поздравляю.
— Ты даже не спросишь историю?
— Ты сам расскажешь.
— Верно.
Он усмехнулся.
Затем начал складывать вещи на кровать.
Причем настолько хаотично, что назвать это разбором чемодана было невозможно.
Скорее он просто перекладывал вещи из одной кучи в другую.
— Ты ужасно разбираешь чемодан.
— Я творческий человек.
— Ты просто ленивый.
— Это тоже творческий процесс.
— Конечно.
— Не каждый способен настолько качественно ничего не делать.
— Вот тут соглашусь.
Он засмеялся.
Потом неожиданно замолчал.
Буквально на несколько секунд.
И я сразу почувствовала это.
Потому что обычно Саша молчал крайне редко.
Он продолжал перебирать вещи.
Но уже не шутил.
Не комментировал.
Не спорил.
Просто что-то искал взглядом внутри чемодана.
А потом вдруг спросил:
— Ну так что?
Я подняла голову.
— Что?
— Чем хотела поделиться тогда?
Я почувствовала, как внутри все слегка напряглось.
Вот оно.
Тот самый разговор.
Который я надеялась еще немного отложить.
Хотя прекрасно понимала, что Саша его не забудет.
Он вообще удивительно редко забывал вещи, которые касались меня.
— Не помню.
— М-м-м.
— Что?
— Ничего.
— Я правда не помню.
— Конечно.
— Правда.
— Ага.
Я закатила глаза.
— Ты невозможный.
— Я знаю.
Он достал очередную толстовку.
Аккуратно сложил.
Потом снова посмотрел на меня.
— Врунья какая, ты посмотри на неё.
Саша покачал головой и перевёл взгляд на Бобку, который уже окончательно устроился поверх его джинсов, словно решил, что именно это место принадлежит ему по праву.
— Видал?
обратился он к собаке.
— Стоит человеку вернуться из другой страны, как ему начинают рассказывать сказки.
Я только сильнее улыбнулась.
— Конечно. Потому что некоторые люди слишком много о себе думают.
— Некоторые люди сейчас лежат на моей кровати.
— И что?
— И делают вид, что ничего не произошло.
Я прищурилась.
— Например?
— Например...
Он задумчиво провёл рукой по подбородку.
— Спрошу то, что давно хотел спросить. Просто подходящего времени не было.
Я почувствовала лёгкий укол тревоги.
Совсем маленький.
Но достаточно заметный.
—М?
Саша посмотрел прямо на меня.
— Насчёт того, что сказала Луиза тогда.
Я тут же поняла, о чём речь.
И именно поэтому решила сделать вид, что понятия не имею.
— Что именно?
— Эрис...
— Что?
—Не начинай.
— Я правда не понимаю.
— Да ну?
Я невинно пожала плечами.
— Не припоминаю ничего такого.
После чего демонстративно раскинулась на кровати ещё удобнее.
Саша несколько секунд смотрел на меня.
Потом рассмеялся.
—Амнезия в столь раннем возрасте.
— Бывает.
— Очень удобно.
— Мне нравится.
— Конечно нравится.
Он покачал головой.
— Удивительная женщина.
— Спасибо.
— Это не комплимент.
— А я решила, что комплимент.
— Вся в меня.
— Кошмар какой.
Он снова засмеялся.
А потом неожиданно отложил футболку, которую собирался убрать в шкаф.
И сел на край кровати
Слишком близко.
Я сразу это заметила.
Но вида не подала.
— Ну тогда давай вспоминать вместе.
—Давай.
— Припоминается мне, что Луиза говорила что-то интересное.
— Она постоянно говорит что-то интересное.
— Не уходи от темы.
— Даже не пытаюсь.
Он внимательно смотрел на меня.
А я упорно смотрела в потолок.
Потому что если бы посмотрела на него сейчас, улыбка меня точно выдала бы.
Несколько секунд прошло в тишине.
А потом матрас вдруг прогнулся рядом.
И я даже не успела понять, что происходит.
— Саша...
— Да?
— Даже не думай.
— Уже.
— Парадеев...
— Поздно.
Через секунду я уже смеялась.
Громко.
Совершенно искренне.
Потому что этот негодяй решил добиться ответа самым нечестным способом на свете.
— Нет! Нет! Саша!
— Начинаешь вспоминать?
— Нет!
— Странно.
— Потому что нечего вспоминать!
— Очень подозрительно.
Я попыталась отползти дальше по кровати.
Безуспешно.
— Чёрт тебя побери!
—Спасибо.
— Это не спасибо! Парадеев!
— Эрис!
Я смеялась уже настолько сильно, что начинала задыхаться.
А он выглядел совершенно довольным собой.
— Ну так что?
— Всё!
— Всё что?
— Было!
— Было?
— Да!
— Всё-таки было?
Я закрыла лицо руками.
— Какой же ты ужасный человек.
— Но правый.
— Это ещё хуже.
Он победно улыбнулся.
— Вот и разобрались.
Смех постепенно стихал.
Комната снова становилась тихой.
Только где-то за окном проезжали машины.
Да Бобка лениво перевернулся на другой бок.
Саша больше не улыбался так широко.
Он выглядел задумчивым.
Словно действительно пытался что-то понять.
— В какой момент?
Тихо спросил он.
Я опустила взгляд.
— Не знаю.
— Не знаешь?
— Правда не знаю.
Он молчал.
Я тоже.
Иногда тишина между людьми говорит намного больше любых слов.
Особенно когда оба прекрасно понимают, о чём идёт речь.
— Перед переездом?
Спросил он наконец.
Я едва заметно кивнула.
Он отвёл взгляд.
Будто вспоминал что-то.
Последние дни перед вылетом.
Наши разговоры.
Вечера.
Шутки.
Прогулки.
Потом снова посмотрел на меня.
Уже спокойнее
Мягче.
— Понятно.
Сердце почему-то забилось быстрее.
— Что понятно?
— Просто понятно.
— Очень информативно.
Я фыркнула.
Он улыбнулся.
Совсем слегка.
Той улыбкой, которая появлялась редко.
И почему-то нравилась мне больше всех остальных.
— А сейчас?
Спросил он негромко.
Я замерла.
— Что сейчас?
Он несколько секунд смотрел мне в глаза.
Будто решал, стоит ли задавать следующий вопрос.
Потом всё-таки спросил.
Очень спокойно.
Без привычных шуток.
Без подколов.
— Я тебе нравлюсь?
И вот тогда все заранее придуманные ответы вдруг исчезли.
Полностью.
Будто их никогда и не было.
Я открыла рот.
Закрыла.
Снова посмотрела на него.
И поняла, что впервые за долгое время мне совершенно нечего сказать.
Потому что любой ответ звучал бы слишком честно.
А честность иногда пугает сильнее всего.
Саша смотрел на меня ещё несколько секунд.
Потом тихо усмехнулся.
Не насмешливо.
Скорее понимающе.
Будто мой растерянный вид уже сам по себе был ответом.
От этого стало только хуже.
И одновременно почему-то легче.
Я молчала. Просто смотрела на него. На его светлые волосы, растрепавшиеся от нашей возни, на его губы, которые так и манили к себе.
А потом он просто потянулся ко мне.
Он отпустил мои руки полностью, и они упали на подушку. Он накрыл меня собой, но это не было давлением. Это было тепло. Его рука скользнула по моей щеке, его ладонь была шершавой и такой горячей.
Наши губы встретились.
Это было не просто касание. Это было обещание. Это был взрыв, который я ждала так долго, что уже перестала надеяться. Я чувствовала вкус чая, который он пил час назад, чувствовала его дыхание, смешанное с моим. Моя рука сама собой взметнулась вверх и запуталась в его волосах. Они были мягкими, шелковистыми, я поняла, что именно этого мне так не хватало все это время.
Я забыла обо всём. О том, что мы на кухне забыли выключить чайник. О том, что у меня не убрано в комнате. Был только он. Только этот момент.
Он углубил поцелуй, и я не сдержала легкого стона. Это был не звук боли, а звук наслаждения, звук облегчения. Звук, который сорвался с моих губ против моей воли.
Саша понял всё в ту же секунду. Он понял мой ответ, не требуя слов. Он просто продолжал целовать меня, но теперь в его движениях появилась нежность, смешанная с торжеством.
Он отстранился первым, но его рука всё еще лежала на моей щеке. Саша смотрел на меня, в его взгляде была такая теплота, что у меня защипало в груди. Он осторожно провел большим пальцем по моей нижней губе, я почувствовала, как по телу пробежал электрический ток.
— Ты такая милая, когда стесняешься
прошептал он, в его голосе слышалась нежность.
— Ты краснеешь, знаешь? Даже в полумраке видно.
Я с улыбкой вскинула брови, стараясь скрыть свое замешательство.
— Ну ты обалдел, Парадеев!
сказала я, пытаясь придать голосу возмущение, но оно получилось совсем несерьезным.
Я легонько толкнула его в грудь и выскользнула из-под него, используя момент его замешательства. Мои ноги коснулись прохладного пола, и я встала, поправляя сбившуюся футболку.
Саша протянул руку и легко, почти невесомо, ухватил меня за запястье. Я остановилась.
— Вкусненькое что-то есть?
Спросил он
— Или доставку бахнем?
— Конечно есть.
Я высвободила свою руку из его пальцев, на секунду мне показалось, что он не хочет меня отпускать.
И направилась к двери.
Я закрыла за собой дверь кухни и только тогда позволила себе остановиться.
Сердце все еще билось где-то в горле.
Серьезно.
Я прислонилась ладонями к столешнице и несколько секунд просто смотрела перед собой на чайник, будто он мог объяснить, что вообще сейчас произошло.
— Господи...
Тихо пробормотала я.
Из комнаты донесся голос Саши:
— Я все слышу!
Я закатила глаза.
— Иди чемодан разбирай!
— Уже разбираю! Я многозадачный человек!
— Ты человек, который три дня будет жить из чемодана!
— Клевета!
Я невольно улыбнулась.
От одного его голоса внутри становилось удивительно спокойно.
Будто за последние несколько дней все наконец вернулось на свои места.
Я открыла холодильник.
Половина продуктов была куплена еще мной пару дней назад.
На одной из полок стоял контейнер с кашей.
На другой — курица.
Еще были овощи.
Я задумчиво прикусила губу.
— Саааш!
— Ммм?
— Ты что хочешь?
— Еду!
— Очень информативно. Конкретнее.
Несколько секунд тишины.
Потом:
— Если честно... что угодно.
Я улыбнулась.
— Так голоден?
— Мы летели почти сутки.
— Преувеличиваешь.
— Немножко.
Через минуту на кухню вошел Бобка.
Деловито.
Важно.
Как будто пришел контролировать процесс.
— А ты чего?
Я присела рядом.
Собака тут же ткнулась носом мне в руку.
— Да-да, я знаю, ты тут главный.
Бобка вильнул хвостом.
— Импотер бобка.
Послышался голос Саши из коридора.
Я подняла голову.
Он стоял в дверном проеме кухни.
В одной руке футболка.
В другой какой-то пакет из чемодана.
И улыбался.
Просто стоял и улыбался.
Слишком довольно.
Слишком подозрительно.
— Что?
Спросила я.
— Ничего.
— Тогда чего смотришь?
— Любуюсь.
Он улыбнулся, а я застыла на секунду.
Потом демонстративно отвернулась к плите.
— Ужасный человек.
— Почему это?
— Потому что специально говоришь такое.
— Ну а что, говорю что в голову приходит
Я почувствовала, как снова начинают гореть щеки.
И самое обидное — он это прекрасно видел.
Саша тихо рассмеялся.
Не громко.
Не издевательски.
Скорее тепло.
ему нравилось наблюдать за моей реакцией.
— Все, не мешай. Кыш с кухни
Пробурчала я.
— Хорошо.
— Реально? Так просто?
— Нет.
— Парадеев.
— Что?
— Иди.
— Не хочу.
Я бросила в него полотенце.
Он легко поймал его одной рукой.
— А вот это уже агрессия.
— Это самозащита.
— От чего?
— От тебя.
— Оо.. для этого поздновато
Сказал он с такой невозмутимостью, что я только фыркнула.
Бобка посмотрел сначала на меня.
Потом на него.
Потом тяжело вздохнул и лег прямо посреди кухни.
Будто устал от наших разговоров.
— Видал?
Сказала я.
— Даже собака от тебя устала.
— Не выделывайся
Саша подошел и потрепал Бобку по голове.
Я покачала головой.
Иногда спорить с ним было абсолютно бесполезно.
Он все равно выворачивал разговор так, как ему нравилось.
Через несколько минут кухня наполнилась запахом горячей еды.
Саша наконец сел за стол.
Я поставила перед ним тарелку.
Он посмотрел.
Потом на меня.
Потом снова на тарелку.
— Вот сейчас я понял.
— Что?
— Как сильно скучал по нормальной еде.
— В Японии плохая еда?
— Она отвратительная. Хотя не вся.
— Тогда?
— Просто это другое.
Он взял вилку.
Попробовал.
И довольно кивнул.
— Очень вкусно.
— Не подлизывайся.
— Я серьезно.
Я села напротив.
Несколько секунд мы просто ели.
Удивительно спокойно.
именно этот вечер казался каким-то особенным.
——
Ребят, просьба больше активности,жду ваши комментарии,не забываете за звезды. Жду вашу поддержку,она мотивирует делать больше и интереснее)