Ведьма | Адель Шайбакова

Все мысли были о Саше. И зачем только она поехала за город? Метель ведь. А она вся на нервах. Вдруг не справится с управлением? Как назло, Адель вдруг увидела впереди аварию — какую-то красную машину занесло в кювет. Рядом стояли полицейские и «скорая» — внутрь заводили какого-то мужчину с перевязанной головой. Поняв, что это не Сашина машина, Адель с облегчением выдохнула.

— Кстати, ты с бабкой своей говорила? — спросил между тем Влад.

— Говорила, — процедила сквозь зубы Адель. — Хочет меня проучить за то, что день рождения испортила и разрушила ее невероятные планы на мою личную жизнь. Завтра поеду к ней — хочу поговорить без эмоций. Уговорю поменять решение.

— Не надо, — жестко сказал Влад. — Вернее, ехать — езжай, но не уговаривай. Я ищу других инвесторов, которые точно не кинут из-за слов какой-то карги. Прости — это твоя бабушка и все такое, но ты ведь понимаешь, что из-за нее у нас могут быть большие неприятности. Нам нужны деньги. Иначе разработка проекта встанет. А если она встанет, сама понимаешь, что будет.

— Знаю, — выдохнула Адель. — Ты прав. Я решу свои личные проблемы и приеду в офис.

— Сегодня не приезжай. Все равно ты здесь пока не нужна. Отдохни, развейся. И найди себе, наконец, какую-нибудь девчонку, — от души посоветовал Влад. — Тебя эта Ведьмочка с ума сведет. Она, конечно, красотка, но таких миллион.

Влад выполнил обещание — когда Адель подъехала к воротам, ведущим в поселок, её имя уже было в списке гостей, и её без труда пропустила охрана. Адель неспешно двигалась по широкой дороге вдоль ухоженных коттеджей, спрятанных за заснеженными заборами. Ей казалось, что она попала в рождественскую деревню с открытки — дома и деревья были красиво украшены и светились от яркой иллюминации. А в центре поселка стояла высокая сияющая ель и гордо высился ледяной городок. Людей, правда, почти не было. Возможно, из-за метели, а возможно, из-за того, что здесь не любили гулять по улицам — Адель понятия не имела. Она просто смотрела по сторонам и искала дом, принадлежащий семье Саши.

Адель доехала почти до леса, к которому примыкал поселок, когда увидела пожилую женщину. Она неспешно шла по дорожке, ведя на поводке двух псов. Один из них вдруг рванул вперед, и женщина, поскользнувшись, упала. Встать без посторонней помощи она явно не могла — беспомощно забарахталась. Адель остановила машину и быстрым шагом направилась к ней. Помогла встать и подняла поводки заскуливших собак. И спросила, все ли в порядке и не нужно ли вызвать скорую.

— Все хорошо, милая, — ответила пожилая женщина, отряхиваясь от снега. — Спасибо вам большое. Даже не знаю, как благодарить. Ронни увидел ворону и рванул за ней. Он у нас пес добрый, но глупый, — со вздохом погладила она по голове одну из собак, кажется, беспородную. И та тотчас стала махать хвостом. — Увидит птиц, и все. Хоть кол на голове теши. Бежит охотиться. Хотя какой из него охотник? Так, попугает да радуется. А я что-то совсем старая стала, никаких сил не осталось. Спасибо вам, без вас бы точно не поднялась.

Она тепло улыбнулась Адель, и ей показалось, что эта улыбка ей знакома, хотя была твердо уверена, что прежде они никогда не встречались.

Пожилая женщина сделала несколько шагов вправо — Ронни потянуло к кустам.

— Вы действительно в порядке? — спросила Адель, заметив, что женщина хромает. — Может быть, вас довезти до дома?

— Да куда я с собаками в машину, у них лапы грязнющие, — махнула рукой незнакомка, и Адель показалось странным, что жительница элитного поселка беспокоится о таких вещах. Её бабушка точно бы не беспокоилась о чужой машине. Она беспокоилась только о себе. Адель вдруг подумалось, что это чья-то домработница, выгуливающая хозяйских собак. Опоздает — и влетит. Бабушка Адель всегда жестко наказывала обслуживающий персонал за любую провинность.

— Посидят внизу, — отозвалась Адель беспрекословным тоном. Ей еще нужно было найти дом Саши и встретиться с ней. — Я вам помогу. Идем. Аккуратно и медленно.

Адель усадила пожилую женщину впереди, а псы послушно запрыгнули назад — не на сидения, а вниз, на резиновые коврики. При этом смотрели на Адель спокойно, но оценивающе. «Мы не трогаем тебя ровно до того момента, пока ты не дергаешься, человек, — говорил их красноречивый взгляд. — Но только дернись, мы оттяпаем от тебя большой кусок».

— Куда ехать? — спросила Адель, подумав, что сможет узнать у своей пассажирки, где находится дом Ведьминых.

— Сейчас прямо, до перекрестка. А потом направо. Я вам покажу, какой дом. Ехать буквально три-четыре минуты, — извиняющимся тоном сказала пожилая женщина и оглянулась, чтобы проверить, как там собаки.

— Хорошо.

— Вы мне так мужа напоминаете, — вдруг улыбнулась женщина, и Адель вновь поймала себя на мысли, что уже где-то видела эту улыбку. — Он у меня был таким же, как вы, только мужчиной, разумеется, — высокий, красивый, строгий. И голос командный. Как сказал, так и нужно сделать. И никак иначе. У вас выправка такая хорошая — вы не военная?

— Нет, — даже как-то растерялась Адель. — Я преподавательница в вузе.

— Вот оно что. Вот откуда голос командный, — рассмеялась пожилая женщина. — Правильно, со студентами управлять в наше время сложно, должно быть. А муж у меня военным был. Жаль, ушел рано. Внучки его не помнят почти, а внук только на фотографиях и видел. Вы правда на него чем-то похожи. Взгляд холодный, а сердце, должно быть горячее. Доброе. Не каждый остановит машину, чтобы незнакомой старухе помочь.

— Бросьте, это банальная вежливость, — ответила Адель, чувствуя себя неловко.

— Сережа — муж мой — тоже не любил, когда его хвалят. А где вы преподаете?

У них завязался небольшой разговор, и Адель почему-то прониклась симпатией к пожилой женщине. Жаль, что её бабушка не была на нее похожа.

— Наш дом будет следующим. Вы зайдите к нам, я хотя бы ужином вас угощу, — сказала пожилая женщина, когда они были почти на месте.

— Извините, я спешу, — ответила Адель и вдруг поняла, что коттедж, к которому они подъехали — это коттедж Ведьминых. И невольно поразился совпадению — значит, это не чья-то домработница, а Сашина бабушка с собаками. Вот почему ее улыбка показалась Адель знакомой. Александра улыбалась так же.

Едва только Адель помогла пожилой женщине выйти из машины, как из-за ворот появился Сашин отец. Владимир Алексеевич Ведьмин собственной персоной.

— Какими судьбами? — изумленно посмотрел он на Адель, которая успела проклянуть все, что могла. Только встречи с Ведьминым-старшим ей не хватало. Рядом с ним она чувствовала себя неуютно. Наверное, потому что встречалась с его дочерью у него за спиной.

— Володя, девушка увидела, что я упала, и помогла подняться, а потом довезла до дома, — ответила пожилая женщина и одернула собак, которые радостно запрыгали вокруг зятя.

— Надо же, — удивился Ведьмин и пожал Адель руку. Пожал с такой силой, что та едва не поморщилась. — Спасибо, что помогла. Адель, это моя дорогая теща Ирина Валентиновна, а это Адель Шайбакова, перспективная ученая и одна из основателей компании, с которой мы сотрудничаем. Кстати, мой зам вчера подписал договор, так что надеюсь на плодотворное сотрудничество с «Софтвитом».

Адель кисло кивнула.

— А ты к кому приехала? — не отставал от нее Ведьмин, явно пребывая в благодушном состоянии духа.

— К инвестору, — кратко ответила Адель. — Уже уезжаю.

— А, по работе, значит? — еще больше обрадовался Владимир Алексеевич. — Я тут случайно узнал, что у «Софтвита» акции выросли на тридцать четыре процента.

«И скоро поползут вниз, если мы инвесторов не найдем», — хмуро подумала про себя Адель.

— Очень впечатлился, — продолжал Ведьмин. — Как-то давно слышал от своего старого приятеля, что революция в бизнесе случиться через науку, но не слишком-то проникся его словами. Прошло лет десять, и теперь я думаю по-другому. Бизнес без науки не будет стоять на месте. И очень меня заинтересовал мир современных технологий, Адель. Особенно после того, как я ваш «Софтвит» поподробнее разузнал. И хотел бы у тебя кое-что узнать, раз ты так вовремя оказалась рядом.

Его глаза хищно блеснули.

— Володя, да что ты все о работе да о работе? — возмутилась Ирина Валентиновна. — Немедленно идем в дом, грех не позвать Адель на ужин. И прекрати уже говорить о работе.

— Да-да, идем к нам, — кивнул Владимир Алексеевич. — Поужинаем.

— Спасибо за приглашение, я спешу, — отказалась Адель, однако Ведьмин не собирался отпускать её просто так. Он буквально схватил Адель и потащил к воротам. Видимо, манер Саша нахваталась у отца, и, хотя внешне они были похожи мало, в обоих чувствовалась хватка.

Адель и сама не поняла, как попала в дом Ведьминых. Спустя полминуты она уже находилась в огромной прихожей, где её встречала красивая женщина с ухоженной кожей и элегантными манерами, поразительно похожая на Сашу. Видимо, это была ее мать. Выглядела она молодо и подтянуто, и сложно было сказать, что эта красивая женщина родила троих детей. Пока она, мило улыбаясь, общалась с Адель, в прихожей появились Ведьмин и его теща — он помог ей дойти до дома. Следом за ними вбежали псы и смирно уселись у порога в ожидании, когда им вымоют лапы.

— Арчи! — гаркнул на весь дом Ведьмин. — Арчи, вымой собакам лапы!

С лестницы сбежал невысокий худенький паренек лет двенадцати или тринадцати. Наверное, младший брат Саши, о котором она всегда рассказывала с особенной теплотой.

— Почему я?! — заорал он. — Я занят, учу географию!

— Ты глухой? — внимательно посмотрел на него отец. — Немедленно вымыл лапы псам! Я третий раз повторять не буду, учти!

Мальчишка обиженно фыркнул, но покорно пошел к собакам.

— И поздоровайся с гостьей! — велел ему отец и повернулся к Адель:
— Невоспитанный, просто ужас. Пока не наорешь, делать ничего не будет.

— Здрасти, — буркнул Арчи, скользнув по Адель равнодушным взглядом. И вдруг хитро заулыбался. Будто узнал.

— А я вас где-то видел, — заявил он нахально, разглядывая Адель с ног до головы.

— Где же? — заинтересовался Ведьмин.

— Не помню, — пожал острыми плечами мальчишка. А стоило отцу отвернуться, как он подошел к Адель и горячо зашептал:
— Я видел вас у Сашки в телефоне.

Адель даже ответить ему ничего не успела, как Арчи, хохотнув, убежал вместе с собаками в ванную на первом этаже. А Адель пригласили за стол как дорогого гостя.

Это был один из самых странных ужинов в её жизни. Адель сидела за столом на чужой кухне с угловыми панорамными окнами, выходящими на задний двор и заснеженный лес далеко за забором. Окна были украшены серебряными гирляндами — в темноте их наверняка было видно из далека. Пахло жарким и почему-то корицей. И всюду царила атмосфера приближающегося нового года.

Ведьмины были настоящей семьей. Неуловимо похожие друг на друга, шумные, но сплоченные, они казались действительно родными друг другу людьми, а не просто соседями, проживающими под одной крышей. И хоть дочерей не было дома, они незримо присутствовали во всем.

«Арчи, не трогай, это любимая кружка Саши! Ты же знаешь, что она не любит, когда ее берут».

«Мама, оставь для Ксюши свежие овощи, может быть, она приедет, и сделает свой салат».

«Дорогая, ты помнишь, что нам с девочками нужны лучшие места в театре».

Сашин отец оказался человеком компанейским. Он рассказывал разные истории громким, хорошо поставленным голосом, бурно жестикулировал и шутил — пару раз даже смешно. Его супруга, сидящая рядом, то и дело улыбалась и изредка гладила по голове, а теща поджимала губы и качала головой, явно осуждая зятя за отсутствие манер. Ногу она, как оказалось, подвернула — дочь наложила ей тугую повязку и велела идти отдыхать, однако Ирина Валентиновна отдыхать решительно не захотела. Заявила, что раз в их доме такая замечательная гостья, она просто не может сидеть без дела.

К Адель Сашина бабушка отнеслась с теплотой — то и дело подкладывала ей что-то в тарелку и улыбалась. И Адель, человек взрослый и самостоятельный, несколько терялась от этой непонятной заботы.

— Во время нашей первой встречи вы, мама, со мной так добры не были, как с Адель, — благодушно заметил Ведьмин.

Пожилая женщина смерила его недовольным взглядом.

— Ты, Володя, на нашей первой встрече был похож на бандита с большой дороги. С фингалом на пол лица.

Арчи хмыкнул и подавился салатом. Матери пришлось постучать его по спине.

— Так это я в аварию попал! — возмутился Ведьмин. — А отменить ужин не мог. Некрасиво ведь.

— Знаю я, что там за авария, — покачала головой Сашина бабушка. — А вот Адель — другое дело. Интеллигентная, вежливая. Человек уважаемой профессии. На твоем месте я бы присмотрела её в качестве невесты для Ксении.

Услышав это, Адель едва не подавилась. Меньше всего ей хотелось быть ее невестой. Она вообще находилась здесь из-за Саши, которой дома не оказалось. Адель понятия не имела, где та находится, и нервничала.

— Мама, что вы несете? — поморщился Владимир Алексеевич. — Во-первых, какая ещё невеста? Во-вторых, вы смущаете нашу гостью. Хотя, у тебя девушка есть?

— Нет, — ответила Адель.

— М-м-м... Ну хорошо! Если хочешь, я тебя все таки со своей старшей дочкой Ксенией познакомить могу — она у нас красотка.

— Милый, ты смущаешь Адель не меньше мамы, — сказала Сашина мама и лукаво взглянула на Адель. Так, как будто бы все знала. Или Адель показалось?

— А я что? А я ничего, Наташа. Просто рассуждаю, — хохотнул мужчина.

— Сашка тоже красотка, — неожиданно заявил Арчи. — Может, с Сашкой познакомить? Глядишь, она бы на ней женилась и уехала бы из дома. Надоела мне жутко. Такая бесячая.

«Согласна», — мрачно подумала Адель. И где ее только носит?

— Ты как разговариваешь? — возмутился Ведьмин, дотянулся до сына и дал ему родительский подзатыльник. А потом снова повернулся к Адель и пояснил:
— Сашулька — моя младшая дочь. Вся в мать, только, не обессудь, маленькая еще. Студентка, — добавил он с теплотой в голосе. Своих детей он явно любил. А Адель с усмешкой подумала, как бы отреагировал Ведьмин, если бы узнал, что она встречается с его Сашулькой? Наверное, вмазал бы. Крепко так, от души. Положа руку на сердце, Адель бы тоже не хотела, чтобы её дочь встречалась с кем попало.

— А где ваши дочери? — спросила она словно невзначай, разрезая стейк, надо сказать, отлично прожаренный.

— Ксюша в городе, в нашей городской квартире, — ответила Ведьмина. — А Саша с подругой в кафе. Она мне звонила с телефона подруги — свой забыла. Большой семье сложно собраться вместе.

— Сегодня опять приезжал тот мальчик. Костя, — вдруг вспомнила Ирина Валентиновна. — Хотел Сашу увидеть.

От этого имени Адель едва не передернуло. И тут побывал. Никак не может оставить Александру в покое.

Надо было врезать ему со всей силы.

— Я в следующий раз на него собак спущу, — проворчал Арчи. — Надоел, придурок. Ходит и ходит.

— Между прочим, Костя — хороший мальчик. Я, конечно, так и не поняла, что у них с Сашей тогда случилось, но жаль, что расстались. Сейчас порядочных парней мало, — посетовала Сашина бабушка.

— И семья хорошая, — вздохнул ее отец.

— И красивый, — добавила мать. — Красивая была бы пара.

— Да он урод! — возмутился Арчи, и Адель мысленно с ним согласилась. Псы, кажется, тоже — стали гавкать, и хозяину дома пришлось их осадить.

Сначала Ведьмин препирался с сыном, потом — снова с тещей, но весело, без злобы. Затем снова громко рассказывал какую-то смешную, по его мнению, историю, и хвалил красавицу-жену, которая, по его словам, была талантливой актрисой. А она лишь улыбалась и говорила, что муж слишком ее любит. Псы то и дело пытались стащить со стола еду или начинали выпрашивать ее, строя такие жалобные глаза, что даже железное сердце Адель не выдержало, и она тайком угостила их стейком, а потом обнаружила, что Сашина бабушка ухитрилась положить ей в тарелку еще один кусок — она была типичной бабушкой, которая пыталась всех накормить. Арчи при этом есть совсем не хотел, и уныло ковырялся вилкой в тарелке, несмотря на замечания мамы.

Да, это был самый странный ужин Адель за последние много лет. При этом семья Саши не вызывала у нее отторжения. Напротив, вспомнилась семья дяди, в которой она провела почти десять лет жизни.

Конечно, если бы Адель действительно не захотела оставаться в доме Ведьминых, она бы ушла. Однако что-то останавливало её. Может быть, любопытство? Желание знать, как живет любимая девушка?

Она наблюдала за Ведьмиными и почему-то думала о том, что Саше повезло. Ее родители с ней. И они действительно любят ее, как и бабушка. Адель важно было знать, что у нее все хорошо с семьей.

А еще она ждала ее. Ярость почти улеглась, и Адель готова была поговорить с Сашей, уверенная в том, что та переживает из-за случившегося. Что ж, они обе были не правы.

— Давайте перейдем к десерту, — легко встала со своего места Сашина мама спустя полчаса. Адель и сама не поняла, как рядом с ней оказался Арчи. Глаза мальчишки задорно блестели.

— А я все знаю, — заявил он, пока родители и бабушка отвлеклись.

— Что — все? — приподняла бровь Адель. Мальчишка был похож на Александру, только волосы у него были светлыми.

— Про вас и Сашку, — зашептал Арчи. — Вы ее подружка. Но я никому не скажу. Знаете, почему?

— И почему же?

— Буду шантажировать вас, — поиграл бровями Арчи. — А если серьезно, вы лучше, чем тот полудурок. Констанция. Трется около Сашки, дебил. Пообещайте, что надерете ему задницу.

— Я уже, — ответила Адель и задумчиво посмотрела на кулак со сбитыми костяшками и царапиной, заклеенной пластырем. Глаза Арчи загорелись.

— Серьезно? — прошептал он. — А не врете?

— Не вру.

— Круто-о-о!

— О чем это вы болтаете? — неслышно подошел к ним Ведьмин. — Что там крутого?

— У тети Адель крутой телефон, — заявил Арчи — он был таким же находчивым, как сестра. — Последняя модель! Они же только-только вышли! Па, я тоже такой хочу!

— Тебе хоть кирпич вместо телефона дай, все равно сломаешь, — отмахнулся отец. — Садись на место.

Когда и с десертом было покончено, они отправились в гостиную, которая примыкала к холлу. У искусственного камина стояла огромная пушистая ель, украшенная разноцветной мишурой, бантами и игрушками. Игрушки были разные — не просто обычные безликие шары, а ангелы, звери, звезды, шишки, сладости, балерины, снеговики. Многие игрушки были то ли старинными, то ли винтажными. И смотрелось это немного сумбурно, но по-своему красиво. Интересно, кто этим всем занимается? Александра?

— У нас целая традиция, — рассмеялся Ведьмин, словно прочитав мысли гостьи. — Украшаем вместе. Всей семьей. Каждый должен повесить на елку что-то свое. Это моя младшая дочь придумала, еще в детстве. С тех пор строго следит. Она у нас вообще затейница. Ты садись, Адель, садись. Может быть, коньячку?

— За рулем, — задумчиво ответила Адель, опускаясь в мягкое уютное кресло. Хозяин дома сел рядом, взял в руки пульт и включил гирлянду на ели, которая тотчас засверкала, и ее огоньки весело отражались в окне напротив. В гостиную пришли псы и мирно легли у камина.

— И правильно, — одобрительно кивнул Ведьмин. — Нечего судьбу искушать. Хотя я в твоем возрасте совсем другим был. Борзым. Наглым. Правила нарушал. Отовсюду пытался свой кусок отхватить. И знаешь, даже не думал, что через двадцать пять лет буду другим. А все семья — она меняет. Я за свою семью, Адель, любого порву.

В это время в гостиную вошла его жена — принесла на подносе свежесваренный кофе и фрукты. Внимательная к мелочам Адель заметила, что супруги обменялись нежными взглядами. Её родители так же смотрели друг на друга.

— Увидел Наташу на сцене и пропал, — благодушно улыбнулся Ведьмин. — И все изменилось. И дом свой захотел, и семью, и детей. И чтобы у них было все самое лучшее. Мне дочки говорят: «Пап, ты трудоголик, съездил бы куда, отдохнул». А я никуда уехать не могу — работы море. За всем проследить нужно, все проконтролировать. Да я не трудоголик я — просто хочу девчонкам своим и пацану жизнь всем обеспечить. У меня-то в детстве ничего не было. А у них все есть. Теперь вот в хорошие руки пристроить Ксюшку с Сашулькой нужно. Да кругом одни уроды, — вдруг нахмурился он, словно вспомнив что-то плохое. — Ладно, заболтался я. Дома всегда расслабляюсь. Хотел я с тобой поговорить, Адель, о вашей с Золотаревым компании.

— Что именно вас интересует? — спросила Адель, помня, что Владимир Алексеевич что-то говорил про инвестирование. Неужели его это заинтересовало?

— Ходить вокруг да около не буду. Скажу прямо. Я бы хотел в вас вложиться. Как ты понимаешь, словами я на ветер не бросаюсь и, разумеется, уже проконсультировался. Хотел на днях связаться с вашим офисом, а тут ты появилась. Узнала, что я вас пробивал по своим каналам? — взгляд Ведьмина стал насмешливым, и Адель вдруг поняла, что этот человек может быть опасным. Под обманчивой мягкостью и расслабленностью прячется жесткость.

— Увы, Владимир, вынуждена вас огорчить. Приехала к одной из жительниц вашего чудесного закрытого поселка как раз по делам инвестирования. И эту информацию вы легко можете проверить у охраны. — На лице Адель не дрогнул ни один мускул. Не говорить же Ведьмину, что она приехала из-за его дочурки? — Ибо если вы искали на нас информацию, знаете, что крупных инвесторов мы потеряли перед самым стартом важного проекта. На этапе заключения договора. Вашу тещу я встретила случайно. И поверьте, если бы Влад узнал о том, что вы интересуетесь нами, он бы не отправил меня на переговоры, а приехал сам.

— И почему же?

— Потому что бизнесмен — он. А я — ученый. И я не нанималась бегать за инвесторами, когда у меня в университете зачеты и экзамены, — раздражённо ответила Адель. И это было правдой. — Я не слишком сильна в межличностных коммуникациях.

Ведьмин словно удовлетворенный её ответом, откинулся на спинку кресла.

— Ну хорошо. Не хотел тебя задевать. Нравишься ты мне, Адель.

— Что, тоже тестя напоминаю? — холодно улыбнулась Шайбакова.

Отец Александры почему-то поежился.

— Если бы ты мне тестя напоминала — пусть земля ему будет пухом, я бы с тобой ни каких дел иметь не стал. Боялся я его, тестя. Он мне, собственно, фингал перед встречей с тещей и поставил. Не понравился я ему, вот и проучил, — рассмеялся Ведьмин. — Хороший мужик был, но очень не хотел, чтобы я на Наталье женился. Нет, ну я его понимаю теперь, конечно. А тогда... — Он лишь махнул рукой. — Ну, давай с тобой поговорим, Адель. О вашей компании.

И они говорили — несколько часов. Сначала о бизнесе, который заинтересовал Сашиного отца, потом перешли на мир высоких технологий. Владимир Алексеевич живо интересовался и разработкой программного обеспечения, и корпоративными IT-услугами, и облачными сервисами, и даже искусственным интеллектом. Когда их разговор вдруг от искусственных спутников вдруг перешел к вопросам астрофизики, в холле появилась Саша. Она влетела в дверь как ураган. Распахнутый пуховик, растрепанные волосы и раскрасневшиеся от мороза щеки.

— Я пришла! — весело прокричала она, не замечая в гостиной Адель.

— И где ты была? — появилась в холле ее мать.

— Ой, мы с Женькой в бар ездили, а потом в клуб, — затараторила Саша. — И там такие парни были....

Тут она резко замолчала — заметила в гостиной отца и Адель, которые смотрели прямо на нее. Отец — с удивлением и укором, Адель — со злостью. Она, значит, ездила и искала ее, переживала, нервничала, а Саша с подружкой поехала в клуб, да еще и с какими-то парнями познакомилась?

Запястья снова стянули тугие нити, перед глазами замелькали алые вспышки. Наглая девчонка. Решила поиграть с ней?

Адель зло усмехнулась, глядя на замолчавшую Сашу исподлобья. А чего она еще от нее ждала? Саше с самого начала было плевать на нее. Может быть, Костик прав? Ведьминой весело быть девушкой преподавательницы, и отношения с ней ровным счетом ничего не значат. И сама Адель ничего не значит. Так, очередная игрушка. Саша ведь с самого начала воспринимала общение с ней как игру. Игру, в которой должна была победить соперницу.

От этой мысли, болезненной и внезапной, бросило в жар.

Дура, какая же она дура, что повелась на нее. А ведь считала себя умной.

Все было не по-настоящему?

— Здравствуйте, — чуть помедлив, поздоровалась Саша. — Не знала, что у нас гости.

— Здравствуйте, — спокойно ответила Адель, хотя на самом деле ей хотелось схватить Александру за плечи и потребовать ответа на мучавший её вопрос, но она держалась. Её эмоций Саша не увидит.

— Это папина знакомая, Адель Марселевна. Преподает в вашем вузе. А это наша дочь Александра, — представила их Наталья. Адель вежливо кивнула, на губах Александры появилась мимолетная полуулыбка.

— Так, я не понял, Александра. Ты что, пила алкоголь? — возмущенно спросил Ведьмин, поднимаясь с места.

— Немножко, папа, — смеясь, ответила девушка, и ее родители переглянулись.

— А что еще за парни?

— Разные, пап, — отозвалась девушка и тряхнула волосами — они рассыпались по плечам красивой волной. — За мной постоянно кто-нибудь бегает. Твоя дочь о-о-очень популярна.

— И что вы делали с этими парнями? — В голосе Владимира Алексеевича было неподдельное беспокойство. Он явно не понимал, что случилось с дочерью.

— Ой, не переживай, мы просто танцевали, — отмахнулась та, раздеваясь. — А потом я поехала домой.

— А как же Анатолий? — удивился он.

— А мы расстались, — громко сообщила Саша, глядя при этом на Адель. Как Шайбаковой показалось, с презрением.

— Как расстались? — ахнула ее мать. — Что случилось, Саша? Он тебя обидел?

— Если обидел, ты мне скажи, я ему все... кхм... руки повыдергиваю! — быстро поправился отец.

— Просто он оказался трусом, — еще громче заявила девушка, и Адель вновь по привычке стиснула руку в кулак.

— Как это? — не понял Ведьмин.

— Вот так. Он боится общественного мнения. А меня потерять не боится. Зачем мне трус, папа? — с вызовом спросила Александра, и Адель про себя обозвала ее стервой. Саша хотела зацепить её, задеть, вывести из себя, а она не реагировала.

— Так что именно произошло? — тем временем пытался понять ее отец, но Саша ничего не объясняла. Заявила, что презирает трусов, и что они — не герои ее романа.

— Мои герои — понимающие и умные. Знаешь, папочка, я вообще не люблю людей с уровнем интеллекта креветки, — продолжала девушка. — Истеричной креветки. Так что больше никаких Аде... Анатолиев. Пусть эти Анатолии не на моих чувствах как на квадроцикле ездят, а на чьих-нибудь других. Урод! — громко и с чувством сообщила она, все так и не сводя с Адель злого взгляда. Та снова спокойно отпила кофе, и Сашу это взбесило.

— У нас вообще-то гостья, — одернула ее мать. — Что она о тебе подумает?

— Ах, простите, тетя, — неестественно улыбнулась девушка и изобразила подобие поклона. Надо сказать, весьма издевательски. — Не думайте обо мне плохо.

— Не буду, — равнодушным голосом пообещала Адель.

На этом мать все же увела Сашу, и когда она оглянулась, Адель прочла в ее взгляде ярость.

«Проваливай из моего дома», — было написано в ее зеленых глазах. А возможно, Адель сама это придумала. И словно невзначай помахала рукой, будто велела девушке уходить. Та вспыхнула, но промолчала — скрылась с матерью за дверью.

— Что-то дочь моя дала сегодня жару, — непонимающе сказал Ведьмин, возвращаясь к Адель. — Ты не подумай ничего, обычно она так себя не ведет. Видимо, расстроилась из-за своего этого Анатолия. А так она у меня девочка воспитанная, хорошая.

— Все в порядке, — отозвалась Адель.

— Ничего, я ей устрою, — пообещал мужчина. — Будет знать, как по барам и клубам шататься. Хорошо еще, домой приехала не поздно.... Так, а на чем мы с тобой остановились?

Какое-то время они продолжали беседу, однако Адель решила поскорее свернуться. Они условились о встрече и попрощались у ворот — Ведьмин вышел проводить гостью на улицу. Прощались долго — Владимир Алексеевич все никак не мог отпустить её.

Адель завела машину, думая с сожалением и злостью, что так и не смогла поговорить с этой ненормальной. А ведь она хотела помириться — даже пошла наперекор гордости. И теперь чувствует себя тряпкой, об которую тщательно вытерли ноги.

С непонятной яростью Адель стукнула кулаком по панели приборов, прорычав какое-то ругательное слово.

— Вот психованная, — раздалось с заднего сидения.

Адель вздрогнула и резко затормозила. Через зеркало заднего вида она увидела Ведьмину. Та сидела позади нее — растрепанная, бледная и злобная, как приведение. И куталась в нечто, напоминающее клетчатый плед.

— Ты что здесь делаешь? — рявкнула Адель. — С ума сошла?

— Решила с тобой поговорить, Шайбакова, раз ты приехала ко мне прямо домой. Вы с папой так долго стояли у разблокированной машины, что я вылезла из окна и незаметно проскользнула внутрь, — гордо сказала Саша.

— Да ты не в себе.

— Это ты не в себе! Не знаю, как ты проникла к нам и что наплела отцу, но...

— Выходи, — ледяным тоном велела Адель.

— Дай договорить, — нахмурилась Саша.

— Я не хочу тебя слышать. Выходи.

— Нет, ты хочешь меня слышать. Очень хочешь. Иначе бы не примчалась сюда. — С этими словами девушка ловко перелезла на переднее сидение — юркая как кошка.

Адель тяжело вздохнула. Выдохнула. И сказала гораздо спокойнее, глядя на чей-то утопающий в огоньках дом:
— Я хотела услышать тебя до того, как узнала, что ты тусовалась в клубе с какими-то парнями. Теперь смысла с тобой разговаривать нет.

— А ты что, ревнуешь? — приподняла бровь Саша. — Ты ведь говорила, что никогда не ревнуешь, помнишь?

— Ведьмина, выходи из машины.

— Не выйду, — вздернула она носик.

— Мне нужно вытащить тебя самой? — поинтересовалась Адель, теряя терпение.

— Тебе нужно перестать быть такой идиоткой, — фыркнула Саша. — Боже, взяла и приехала. Я чуть не посидела, когда увидела тебя в гостиной с отцом. Ну, зачем ты приехала за мной? Решила попросить прощения? Тебе нужно будет постараться, чтобы я тебя простила, милая.

Нет, эта девица действительно держит её за дуру! Думает, что Адель бегает за ней, как остальные.

Уязвленная гордость не дала Адель отбросить чувства и полагаться на холодный разум. Поэтому она молча вышла из машины и открыла дверь со стороны Саши.

— Выходи.

— А если не выйду? — сердито сверкнули ее глаза. — Что будешь делать? Вытащишь меня силой? Ой, а вдруг это заснимут наружные камеры, и твоя пошатнувшаяся репутация потрескается еще больше? Все решат, что ты до меня домогаешься!

Ей не следовало этого говорить. По лицу Адель заходили желваки.

— Вон, — тихо, но отчетливо произнесла она, и Саша поняла, что Адель больше не намерена шутить. Сжалась внутренне, закусила губу и вышла из машины, все так же кутаясь в свой плед, почему-то накинутый на какую-то куртку.

Не оглядываясь, Саша быстрым шагом ушла к своему дому, до которого было совсем не далеко, а Адель села за руль и поехала дальше. Она понятия не имела, что происходит, и чувствовала себя дерьмово. Чувствовала себя преданной.

В относительный порядок она пришла уже дома, после горячего обеда, и тогда, сидя на диванчике у окна между книжными шкафами, она думала о том, что сегодня произошло. И каждый раз, когда она вспоминала слова про клуб и парней, злость, почти исчезнувшая, вновь появлялась в её груди. Пытаясь отвлечься от раздражающих мыслей, Адель зашла в одну из соцсетей, ответила на несколько сообщений от студентов, которые в очередной раз что-то не сделали и пытались оттянуть срок сдачи. А потом зашла в переписку с одним из коллег с кафедры, с которым вместе заканчивала аспирантуру.

«Смотри, что твой любимец отчебучил, вся кафедра ржет», — написал тот так, словно никакого скандала со студенткой и зачетами не было. Адель перешла по ссылке и к своему удивлению, попала на страницу Матвеева.

«Если завтра сдам экзамен, брошу пить», — было написано у него на стене.

«Самонадеянно», — хмыкнула Адель, ставя лайк. Экзамен завтра должна была принимать она.

«Надеюсь, вы сможете побороть в себе пагубную привычку», — не удержалась она от соблазна оставить комментарий.

«Буду стараться», — написал Матвеев спустя пару минут. Адель увидела перед собой его кислую физиономию. И невесело рассмеялась.

«Ты как Снейп, а Даня как Гарри Поттер», — услышала она звонкий голос Саши, которая была фанаткой франшизы о юном волшебнике.

«А ты в таком случае, кто?» — спросила Адель тогда, гладя ее по мягким волосам, от которых пахло вкусным фруктовым шампунем.

«Как Гермиона, разумеется», — ответила девушка.

«Да? А мне кажется, ты больше напоминаешь кошку Филча», — пошутила Адель, и Саша укусила её за запястье. Она любила кусаться. Неужели это просто была игра, в которую Адель умело втянули? Чертовка.

Она зачем-то зашла в инстаграм и нашла ее подружку, ту самую, рыженькую Евгению, с которой Саша была неразлучна. Чувствуя себя восемнадцатилетней девчонкой, у которой от любви и ревности снесло крышу, Адель открыла сторис Жени. Их было несколько, и все они были сделаны в клубе. Судя по нескольким фото, время Саша провела отлично. Они с Женей танцевали, пили коктейли за барной стойкой и обнимались с какими-то парнями. Один из них по-хозяйски положил Саше руку на плечо — так, будто бы они были близки. Не Костик, так этот — Ведьмина легко найдет себе дружка. Красивая, эффектная, далеко не дура — такие нарасхват.

Все-таки Адель ревновала. Да еще как. Хотелось позвонить Александре и наорать на нее, но та снова начнет издеваться над ней.

«Нужно отоспаться», — решила Адель, у которой от мыслей голова пошла кругом. Завтра. Все завтра. Завтра она во всем разберется.

Адель направилась в спальню и моментально отключилась.

* * *

В это же время Саша лежала в кровати и, обняв подушку, вытирала злые слезы, которые сами собой катились из глаз. Ей было обидно — не из-за того, что случилось в университете, а из-за того, что произошло между ней и Адель.

Она шла к ней на встречу с чувством вины, боясь того, что сделала ей больно, всем сердцем желая извиниться и исправить ситуацию. А Адель... Адель все твердила о своей репутации, о том, как она ей дорога, и всячески, как казалось Саше, давала ей понять, что ей важнее мнение окружающих, чем сама Саша. Еще и дурой назвала. А когда Саша предложила расстаться, согласилась! Легко и просто от нее отказалась! А ведь Ведьмина ляпнула это в сердцах! Ну какая же Адель идиотка! Наверное, ждала, когда Саша скажет ей об этом. И тотчас ухватилась за эти ее слова, как за спасательный круг.

Мысли об этом убивали. Слезы не останавливались, дыхания не хватало, грудь была словно забита камнями.

А ведь она ей доверяла. Это был первый человек, которому Саша решила довериться после расставания с Костей. И он оказался таким... слабым?

Выбежав из кафе, чувствуя на губах вкус её поцелуя, она минут десять или пятнадцать стояла у входа. Ждала, когда Адель выбежит за ней. Догонит, обнимет, скажет, что ей жаль, что все хорошо, что Саша нужна ей. Она стояла как дурочка, с раскрасневшимися от поцелуя губами и глазами полными слез, а Шайбакова все не шла и не шла. А когда Саша догадалась заглянуть в окно, то увидела, что она просто ест! Просто ест вместо того, чтобы бежать за ней.

Тогда она села в машину и, на ходу звоня Женьке, поехала к ней домой. Подруга как могла успокоила Сашу и заявила, что раскисать совсем не дело. И что ей нужно просто проветриться. Женя потащила ее в бар, а потом в клуб, в котором работала ее подружка. Но в этот день все пошло наперекосяк. В клубе оторваться не удалось. Саша встретила своего одноклассника с друзьями — они сфотографировались и пошли танцевать, однако длилось это не долго.

«Ой, мы с Женькой в бар ездили, а потом в клуб. И там такие парни были, что просто кошмар! Агрессивные какие-то. Устроили драку прямо на танцполе. Мы просто сразу убежали, пока полиция не приехала», — хотела сказать она маме, а получилось совсем иначе. Пришлось замолчать — от шока. И Адель, которая каким-то чудом оказалась в их гостиной, смотрела на нее так, будто бы Саша чудесным образом изменила ей со всеми этими парнями! С таким презрением и недовольством, что хотелось схватить её, сначала обнять, а потом со всей силы ударить кулаками по крепким предплечьям.

Она пробралась в её машину, пока никто не видел, но перегнула палку — Адель так реагировала на нее, будто бы из-за нее обрушился весь её мир, и Саша тотчас зеркалила её злость и обиду, сама не понимая, что делает и что говорит. Слишком много произошло за этот длинный отвратительный день.

В который раз прокручивая в голове все эти события, Саша лежала в постели, борясь с проклятыми слезами. Как вообще все это произошло? Почему они обе не смогли сдержаться? И что будет дальше?

Саша не знала.

И самым ужасным было то, что она скучала по ней — по своей Адель.

Неужели это все?

Неужели все закончилось слезами, а звезды остались на черном далеком небе как напоминание их короткого счастья?

Ей не хотелось верить в это. Но Саша отчетливо понимала, что Адель действительно с ней рассталась.

И ей казалось, что ее звезды оказались стекляшками, которые разбились и осколками впились ей в грудь.

Откуда в людях столько гордости, злости, страхов? Почему они расстаются из-за глупых случайностей, резких слов, низких мыслей? Отчего чувства, которые принято называть любовью, то делают самым счастливым в мире, то ранят так больно, что хочется кричать.

Саша не знала.

Но она знала одно — терять из-за такой ерунды Адель она не станет.

Засыпая, она представляла её с собой рядом, и улыбалась, забывшись в полудреме, что это ее иллюзия.