Ведьма | Адель Шайбакова

«Раздевайся», – прозвучал у меня в голове насмешливый голос Шайбаковой. Мало того что эта умница все разнюхала и оскорбила меня, так она еще и планы мои нарушила. Выругавшись сквозь зубы, холодными пальцами я написала ребятам, которые сегодня должны были укрепить нашу с Адель дружбу.

«Отбой, все отменяется», – напечатала я. «Что случилось?» – тотчас ответил Илья. «Непредвиденные обстоятельства. Шайбакова смылась».

Друзья Ильи должны были сыграть роль гопников, от которых Шайбакова по сценарию защитила бы меня. Мой план был прост: я не взяла машину, будучи уверенной в том, что Адель подвезет меня до дома. Причем не до моего, а до дома Ильи. Женька тоже участвовала во всем этом балагане в качестве группы поддержки. Шайбаковой придется припарковаться в некотором отдалении из-за того, что двор перекрыли. И тогда Адель выйдет на улицу, чтобы проводить меня до нужного подъезда. А там-то нас и будут поджидать дружки Ильи, они сыграют роль местных гопников. Адель сделает им устное замечание, они испугаются её и позорно сбегут. А Шайбакова почувствует себя сильной защитницей слабой девушки. Наверняка её ледяное сердце дрогнет. Что бы кто ни говорил, такие, как она, любят показывать свое превосходство. Это был один из пунктов в моем плане приручения этого человека. Я собиралась постепенно, шаг за шагом влюбить её в себя. Сделать своей. Собственностью Александры Ведьминой. А теперь все полетело к чертям собачьим!

Была ли я расстроена? Нет. Скорее уязвлена. Дважды уязвлена. Поведением Шайбаковой и появлением Василины. Вместо того чтобы пылать от ревности, она смеется, ведь ей кажется, что ее дорогая Адель больше не хочет видеть меня. Как же это бесит!

«Ты одна? Тебя забрать?» – поинтересовался Илья.

Ответить я не успела: как назло, сел телефон. Вот просто взял, собака, и разрядился. И знаете, неловко ему не было.

Я тяжело вздохнула, чувствуя, как настроение портится с каждой секундой. Домой придется добираться самой. Видимо, сегодня я буду ночевать в городской квартире, благо до нее не так уж и далеко ехать на автобусе. Я спустилась с крылечка и едва не грохнулась. Ну кто, кто надоумил меня надеть эти проклятые ботинки?! Приду домой – выброшу! Подошвы как будто маслом натерли! Ну ничего, как-нибудь дойду.

Сделав еще с десяток осторожных маленьких шагов, я поскользнулась, но устояла на месте. Еще около десяти – и снова едва не рухнула на асфальт, проклиная про себя ноябрь с его гололедом.

Я хотела идти дальше, однако меня вдруг неожиданно окликнули.

— Стоять, Ведьмина.

Я повернула голову и увидела Шайбакову.

— Что? – непонимающе спросила я. – Забыли плюнуть мне в лицо за мое непристойное предложение?

— О, эти ваши бесценные шуточки. Давайте руку, – сердито бросила Адель. – Поскользнетесь, расшибетесь в лепешку, а ваш отец выжмет из меня все соки.

— Вы что, пришли за мной? – ушам своим не поверила я.

— Пришлось. Вы ведь сегодня, наверное, без машины, – ядовито ответила Адель.

— Как вы догадались? – Я широко распахнула глаза и, снова вцепившись в её локоть, почувствовала себя в безопасности.

— Между нами космическая связь, смею напомнить, – глумливо сообщила она и повела к парковке.

— А если серьезно? – не отставала я, чувствуя, как хорошее настроение возвращается.

— А если серьезно, ваши действия просчитываются на раз-два. Наверняка планировали, что я подвезу вас до дома. Фантазерка, – сказала Адель вдруг почти спокойно. Видимо, отошла.

Шайбакова проводила меня до своей машины, в которую я тотчас проворно забралась и назвала адрес. Шайбакова молча завела машину.

— А можно ваш телефон? – спросила я. – Мой сел.

Адель так же молча протянула мне телефон, и я по памяти набрала номер Ильи.

— Слушаю, – раздался его бодрый голос.

— Привет, Риточка, это я, Саша Ведьмина, – сказала я ему ласково.

— Чего-о-о? – протянул приятель. – Ты когда успела напиться, Ведьмина?

— Риточка, я сейчас к тебе приеду. Меня преподавательница подвезет, так что я быстро, – щебетала я, надеясь, что этот дурак все поймет. И мы все-таки разыграем нашу заранее заготовленную сценку «Испуганная Сашенька, суровая Адель и гопники».

— Преподавательница? Шайбакова, что ли? – хохотнул Илья. – Так, погоди, все снова в силе? Нам с парнями готовиться?

— Да-да, конечно, – ответила я. – Я скоро буду. До встречи, милая.

— Милая, – гоготнул Илья. – Жень, твоя подруга окончательно спятила! – И с этими словами он положил трубку, а мы с Аделечкой поехали к дому Ильи.

Я предвкушала. Я представляла. Я фантазировала.

Просто-таки видела перед собой уморительную картину: мы с Адель идем по полутемному двору, одинокий старый фонарь, мигнув, затухает, и в темноте к нам медленно, но уверенно подходят двое, высокие детины в кожанках, и начинают грубо к нам приставать. Адель говорит им пару-тройку ласковых слов (она скажет, я уверена!). И они отчаливают, сделав вид, что напугались, и трусцой убегают во тьму... А мы остаемся под фонарем одни. Я говорю ей: «Адель Марселевна, вы такая смелая! Спасибо, что защитили меня!» А она отвечает пренебрежительно: «Ведьмина, я всегда защищу ту, которая рядом со мной, потому что не могу иначе». Наши взгляды встретятся, и я вскину руки к лицу, будто увидела ангела, а потом...

Додумать, что будет потом, я не успела. Разыгравшееся воображение остановил сухой голос Шайбаковой:
— Вы, наверное, забыли?

— Что забыла? – удивленно спросила я.

— Принять свои лекарства, разумеется, – невозмутимо сказала Адель.

— Ой, опять вы за свое, – отмахнулась я.

— Вы так хихикали, глядя в одну точку, что мне стало не по себе. Хотя рядом с вами, Ведьмина, мне все время не по себе, – не слишком любезно призналась она.

— У меня вопрос, Адель Марселевна, – сказала я. – Почему вы постоянно перескакиваете с «ты» на «вы»?

Я думала, сейчас она начнет объяснять мне логику своих рассуждений, назовет сто две причины, почему она так делает, и вообще в очередной раз выставит себя правой. Однако Адель меня удивила.

— Потому что мне так нравится, – сказала она.

— И это все?

— А нужно что-то еще?

— А может быть, я сама вам нравлюсь? – улыбнулась я и заправила за уши волосы (шапка лежала у меня на коленях).

— Ведьмина, не искушайте судьбу, а то остановлюсь и высажу вас! – предупредила меня Адель, и я, решив, что действительно не стоит этого делать, замолчала.

У нее, наверное, до сих пор шок от собственных выводов относительно моего интереса к ней. Все-таки обидно, что она так быстро поняла мои мотивы. Впрочем, так проще. Можно обойтись без лжи.

— А можно еще вопрос? Не переживайте, он адекватный, – предупредила я.

— Спрашивайте.

«А почему вы такая секси-шмекси?» – вертелось у меня на языке, но я не стала рисковать.

— Вчера я слышала ваш разговор с моим отцом и тем мужчиной, Виктором. Как я поняла, ваш приятель владеет ИТ-компанией, верно?

Адель кивнула, сосредоточенно ведя машину:
— Верно.

— И вы там играете не последнюю роль. Почему-то я уверена, что вы могли бы быть руководительницей, – продолжала я. – Какой-нибудь директрисой, например. Но вы больше времени уделяете университету. Почему?

— Научная деятельность кажется мне более интересной, – задумчиво ответила Адель.

— А деньги? – спросила я с интересом без каких-либо задних мыслей.

— Во-первых, денег у меня достаточно благодаря сотрудничеству с компанией Влада, а во-вторых, не хочу прожить свою жизнь в постоянных стрессах, недосыпах и страхе, что вот-вот сорвется очередная сделка, или что подставят конкуренты, или что кинет партнер, – неожиданно откровенно ответила Адель. – Я вижу, как живет Влад, – в постоянном напряжении в вечной погоне за деньгами. Но он такой человек, что легко переживает все неудачи и не принимает близко к сердцу проблемы.

— А вы не такая? – спросила я удивленно. Она снова открывалась мне с неожиданной стороны, и я жадно ловила каждое её слово. А она говорила так, будто бы и не ругалась со мной какие-то пятнадцать минут назад.

— Не знаю, каким бесчувственным животным вы меня представляете, но нет, – было мне ответом. – Я могу быть ответственной руководительницей и исполнительной сотрудницей, однако больше всего я хочу быть свободным человеком. Ваш отец – бизнесмен, и вы наверняка знаете, что он отдает своему делу почти все свое время и силы. Наверняка он не всегда может уделить вам столько внимания, сколько бы вам хотелось.

— Это верно, – вздохнула я.

Папа казался мне сильным и даже порою жестким, но я знала, что его компания забирает у него слишком много ресурсов. Сейчас он хотя бы приезжает домой вовремя, а когда-то давно, когда я была мелкой, он мог просто не появляться дома несколько дней – проводил все время в офисе. Это только со стороны кажется, что собственный бизнес – это легко, просто и денежно. Обычно свое дело требует больших жертв.

— Не подумайте чего-то лишнего, Саша, но я хочу жить так, как мне нравится, заниматься любимым делом и успеть все то, что кажется мне по-настоящему важным. Вы точно ведьма, – Адель вдруг усмехнулась. – Зачем я вообще вам это рассказываю? Вы меня загипнотизировали?

— Нет, просто я очень милая. И замечательный собеседник, – потупила я взгляд. – Можете рассказывать мне все!

— Нет уж, воздержусь, – сказала Адель.

— Ой, а вы уже и шины успели поменять. Кстати, узнали, кто проколол вам шины? – спросила я невинным голосочком. Эта мысль меня тревожила.

— Узнала, – сообщила Адель.

— И... кто? – У меня замерло сердце.

— Какие-то парни, лиц не было видно, – недовольно сказала она. – Наверное, кто-то из студентов мстил. Узнаю кто, превращу в... – Тут Адель осеклась и покосилась на меня. – И накажу. По закону, разумеется.

Я облегченно выдохнула. Илья и Олег вне подозрений.

Мне хотелось еще немного поговорить с Адель, но ей позвонили, и она, нацепив гарнитуру, почти всю дорогу до дома Ильи разговаривала с каким-то коллегой.

Илья жил неподалеку от набережной, в старом районе, застроенном панельными десятиэтажками. Репутация у района была сомнительной, он то и дело мелькал в полицейских сводках: то кого-нибудь ограбят, то машину подожгут, то притон устроят. И хотя Илья говорил, что там на самом деле не так страшно, я все равно немного побаивалась ездить к нему в гости. Несмотря на все это, наша авантюра казалась мне безопасной. Подумаешь, нужно вылезти из машины и пройтись вдоль дома Ильи до нужного подъезда. Нас встретят дружки Ильи, сыграют роль гопников, Шайбакова отошьет их и станет героем, а после я окажусь дома у одногруппника, где меня будет ждать Женька. К себе домой я попаду на такси или подвезут парни. Все выглядело просто. По крайней мере, в моей голове.

Мы остановились неподалеку от массивного вытянутого дома. Шлагбаум мешал заехать на территорию, а ключа-брелока у нас, разумеется, не было. Двор был безлюдный и плохо освещенный, большая часть фонарей не работала, но это меня не смутило – напротив, обрадовало. Отличный антураж для нашей сценки!

— Мне в самый последний подъезд, – печально вздохнула я. – Как-то страшно...

Это был такой прямой намек, что даже Шайбакова его поняла.

— Хотите, чтобы проводила? – спросила она.

— А вы можете? Или вам тоже страшно?

— Не боятся только дураки, – ответила она и вышла из машины.

Я гнусно захихикала.

— А можно я вас снова под руку возьму? – спросила я и похлопала ресницами.

— Вы иногда так жалобно говорите, Александра, что у меня сердце сжимается, – покачала Адель головой.

— Правда? – обрадовалась я.

— Нет, конечно же. Просто раздражает. Идем, у меня не так много времени.

И мы пошли. Можно сказать, как настоящая пара – почти под руку. Вкусно, как-то по-зефирному, пахло морозным воздухом, под ногами скрипел снег, в моих волосах путались ледяные мотыльки. И мне ужасно хотелось положить голову на плечо Адель, обняв её за талию.

Я с трудом отогнала это желание куда подальше и стала украдкой озираться по сторонам. Где друзья Ильи? Они жили в соседнем с ним подъезде и профессионально занимались боксом, а потому парнями были немаленькими и внушали страх. Я ждала их появления как манны небесной и думала, как бы не рассмеяться и тем самым не выдать себя.

Две тени перерезали нам путь крайне неожиданно. Они вдруг вынырнули на дорогу из-за высокой детской горки. Там, где не горел фонарь. И появились так неожиданно, словно материализовались из воздуха, я даже вздрогнула.

Двое парней в черных кожанках, джинсах и шапках, надвинутых на лоб. Они надвигались на нас развязной «борцовской» походкой, напоминая агрессивных самцов гориллы. Правда, они были не такими, как я представляла. Один высокий и худощавый, второй среднего роста, с крепкими плечами. Зато они оказались отличными актерами: интеллекта на их лицах не наблюдалось. Типичные асоциальные личности, которых мне, впрочем, встречать доводилось не часто.

Эти двое преградили нам дорогу.

— Эй, челик, как дела? Куда это мы идем с такой красоткой? – наглым самоуверенным тоном спросил тот, кто повыше, видимо, признав Адель парнем. При этом он мерзко чавкал жвачкой. И вообще выглядел отвратительно. Второй хоть и молчал, но рассматривал меня так, будто бы пытался взглядом испепелить одежду и узнать, что же под ней скрыто.

Может, друзья Илья не боксеры, а учатся на актерском? Просто стопроцентное попадание в образ!

Адель вдруг шагнула вперед, закрывая меня спиной. И я порадовалась: какая умничка, решила защитить Сашеньку! Сейчас она скажет парочку слов лжегопникам, и они уберутся восвояси, заставив Адель думать, что она спасла девушку и вообще офигенная мадам.

— Что нужно? – спокойно спросила Адель, но мне показалось, что она напряглась.

— Так ты баба... Мда... Да так, поболтать за жизнь хотели, – глумливо ответил высокий, а его напарник улыбнулся мне, все так же пожирая взглядом, от которого мне, честно сказать, стало не по себе.

— Извините, у нас нет времени, мы спешим, – сказала Адель. – Пропустите?

— Я тебе пару раз по ребрам пропущу. – И парень жестом фокусника достал вдруг откуда-то складной нож. Держал он его очень уверенно, словно не в первый раз. – Гони кошелек, пока тебе и твоей девке морды не исполосовали.

— Не-е-ет, мы эту крошку трогать не будем, – расплылся в новой сальной улыбочке широкоплечий. – Я бы с ней позабавился. Перевоспитал бы, – и очень гадко засмеялся, мне аж прибить захотелось.

— Офигел? – возмутилась я. – Ты себя вообще в зеркале видел, парнокопытное?

— Заткнись, дичь! – Парень, обозлившись, двинулся ко мне.

Он хотел схватить меня, но Адель этого не позволила – закрыла собой. По моим рукам побежали мурашки, и я вдруг поняла, что мы попали. Это не друзья Ильи, это настоящие гопники, причем очень агрессивно настроенные.

Мне стало страшно. Я завертела головой по сторонам, но никого не увидела. Друзья Ильи куда-то пропали – во дворе, кроме нас и этих уродов, вообще людей не было.

Я осторожно, чтобы никто не заметил, запустила руку в карман и вытащила телефон. Совершенно автоматически, забыв, что везение стало моим вторым именем, и он разрядился.

— Кошельки и мобилы, быстро, – ткнув в сторону Адель ножом, велел высокий. – Девка твоя пусть золото снимает, а ты, недобаба, часы. Быстрее, у меня терпение не железное.

— Хорошо. О'кей, как скажете. Отдам все, что есть, но только после того, как девушка уйдет, – сказала Адель, не сводя с него настороженного взгляда. – Давайте разберемся сами, не впутывая её.

— Чтобы она ментов вызвала?

— Да эта стерва уже в своем телефоне копошится! – заорал его широкоплечий приятель и бросился на меня. Вернее, попытался: Адель в очередной раз меня спасла. Она поймала его и каким-то хитрым приемом уложила на заснеженный асфальт, заломив парню руки назад.

— Ах ты!.. – заорал высокий и кинулся на Адель с ножом.

Шайбакова почти молниеносным движением выбила нож и повалила гопника на асфальт.

Адель оказалась сильной и проворной, явно занималась какими-то единоборствами. Однако я прекрасно понимала, что широкоплечий вот-вот поднимется и нападет на Адель. А двое против одного – это слишком опасно. Это ведь не просто какие-то левые парни, а настоящие бандиты. Они знают толк в уличных драках, иначе не пошли бы на такое. По ним видно, что они отпетые. Боже, зачем я вообще все это затеяла?!

Подумай о дьяволе – и он подумает о тебе. То, что я хотела разыграть, произошло наяву. Однако плакать и стенать было некогда, я должна была спасти Адель, на которую широкоплечий, поднявшись на ноги, надвигался с куском арматуры. Видимо, хотел ударить по голове.

У меня было несколько секунд. Трясущимися от страха руками я открыла сумочку и достала то, что всегда носила с собой. Пистолет.

— Пошли вон! Иначе выстрелю! – крикнула я, сняв оружие с предохранителя и крепко сжимая пистолет – так, как учил папа: двумя руками, указательный палец правой руки лежал на спусковом крючке, большой палец левой – на затворе.

Я выглядела уверенно, и голос мой был громким, в какой-то момент ярость взяла вверх над страхом. Какого черта они о себе возомнили и решили ограбить нас? Меня и мою будущую девушку?!

И Адель, и гопники тотчас уставились на меня. Все трое, как по команде. Они явно не могли понять, как в моих руках оказалось огнестрельное оружие.

— Эй, детка, откуда у тебя пистолет? – Широкоплечий, оторопев, замер со своей арматурой в весьма комичной позе. А Адель смотрела так, словно впервые меня увидела.

— Из волшебной шляпы достала, – хмыкнула я, стараясь не показывать страха. – Я сказала: убирайтесь, уроды! Иначе прострелю ноги.

— Да это просто пугалка! – уверенно заявил высокий гопник, отвлекаясь от Адель. – Думаешь, я поверю, что у тебя настоящий пестик?

— Будь уверен, псина, настоящий, – ответила я с нехорошей усмешкой. – И заряжен. Патронов на вас хватит.

Ответить он мне не успел, потому что Адель несколько раз ударила его в лицо. Она била сильно, до крови, а парень не успел поставить блок, потому что смотрел на меня. Шайбакова ловко развернулась и выбила арматуру из рук второго гопника. Каким-то неведомым образом она оказалась у Адель в руке, и её соперник попятился, явно не понимая, что происходит. Адель даже бить его не пришлось, чтобы уложить на асфальт. Этот придурок сам споткнулся и упал, тихо матерясь.

Гопники поднялись на ноги и, одарив нас злыми взглядами, убрались. Адель в своем пальто явно казалась им легкой добычей, этаким интеллигентным типом, который провожает девушку по темному двору. А она оказала им такое сопротивление! Просто уложила обоих!

Я смотрела на Шайбакову, разинув рот. Ну просто Нео из «Матрицы», только вместо плаща пальто.

— В порядке? – спросила меня Адель и внимательно осмотрела.

— В полном, – жизнерадостно ответила я, а она медленно опустила мои руки, чтобы дуло смотрело вниз. – А вы?

— И я, – хмыкнула она.

Потом Адель очень осторожно, почти нежно разжала мои пальцы и взяла пистолет в свои руки. Будто боялась, что я сейчас сделаю что-то не то. При этом впечатление у меня возникло такое, что она боится не за себя, а за меня саму.

— Откуда оружие? – спросила Адель. – И почему ты носишь его просто так, в сумке?

— А что, зажигалку с собой носить нельзя? – весело спросила я, хотя коленки мои слегка дрожали.

— Зажигалку? – усмехнулась Адель, разглядывая пистолет. – А ведь верно. Зажигалка. Черт, турбозажигалка. – Шайбакова нажала на спусковой крючок, и из дула вместо пули вырвалось пламя.

Я впервые услышала смех Адель, пусть и нервный.

— Господи, Ведьмина, ты бесподобна, – отсмеявшись, она покачала головой. – Только зря ты полезла. Я вполне справилась бы с ними сама. Да, ты их отвлекла, но это могло быть опасно для тебя самой в первую очередь. Запомни на будущее: не лезь в пекло в таких ситуациях. Просто беги. В драках слабым девушкам не место. Ты могла пострадать.

Я не верила своим ушам! Шайбакова меня отчитывала! Впрочем, не злобно, а довольно-таки мягко, но я все равно обиделась.

— А что, я должна была смотреть, как они вас избивают? – возмутилась я. – Этот придурок с арматурой к вам шел! А если бы он вас ударил и вырубил? И вообще, что значит «беги»? Во-первых, я не бросаю людей в опасности, а во-вторых, в этих ботинках я далеко не убегу! Я тебя спасала, а ты опять недовольна! – Я вдруг перешла на «ты».

— Я беспокоюсь за тебя, если ты не заметила, девочка. Стоп, какое еще «ты»? – опомнилась Шайбакова.

— Трудности сближают людей, – хмыкнула я. – Мы теперь стали ближе.

— Ведьмина, ты ненормальная. Ладно, сегодня можешь называть меня на «ты», – щедро отсыпала мне своего великодушия Адель. – Откуда ты вообще эту игрушку взяла?

— Папа подарил. На всякий случай, – призналась я. – Уже во второй раз от придурков спас!

— Боюсь спросить, что произошло в первый.

— Какие-то отморозки наехали на мою сестру и приятеля. – Я потупила глазки, вспоминая, как Дашка и Гоша изображали пару, чтобы Матвеев начал ревновать, а им встретились подобные типы. Пришлось защищать ребят. А что еще мне было делать? – Правда ведь похож на настоящий? Точная копия какой-то там пушки, папа говорил какой, а я забыла...

— Макарова, – разглядывая оружие, сказала задумчиво Адель и даже модификацию назвала, только она тотчас вылетела у меня из головы.

— Ах да, точно, – сказала я, разглядывая её лицо. Следов от ударов на ней видно не было, защита у Адель была поставлена на «отлично». А вот костяшки на руках оказались сбитыми.

Пока Адель рассматривала пистолет, я дотронулась пальцами до руки своей спутницы, чувствуя странное волнение, теплой волной разливавшееся вдоль позвоночника. Мне нравилось дотрагиваться до Шайбаковой.

— Ты поранилась, – тихо сказала я, чувствуя острое желание как-то ей помочь. Мне не хотелось, чтобы она чувствовала боль.

Наши взгляды встретились. И мне до безумия захотелось коснуться её лица. Даже рука дрогнула, но я не стала этого делать.

— Со мной все в порядке, Саша, – спокойно ответила Адель. – Идем дальше? Или будем ждать, когда наши асоциальные друзья вернутся? Какой вам нужен подъезд?

Опять на «вы»!

Мы пошли – все так же под руку. И я уже в красках представляла, что устрою Илье и его дружкам. Где их вообще черти носят? На Луну закинули?!

— С вами можно сойти с ума, – сказала Шайбакова. – Не знаю, чего можно ждать еще, когда вы рядом. Я даже не удивлюсь, если вы все это подстроили.

— Зачем? – фыркнула я.

— Кто знает? Ваша логика мне неподвластна. Мало ли что вы придумали.

Я только ухмыльнулась. Шайбакова была почти права. Интересно, она так же ловко уложила бы приятелей Ильи? И вообще, почему она так хорошо дерется?

Когда откуда-то выскочили еще двое парней, на этот раз здоровенных, но с абсолютно нормальными лицами, я сразу поняла, что это друзья Ильи. Те самые.

— Вы чего тут делаете? – удивленно воскликнул один из них. – Мы вас с другой стороны ждем, где гаражи! А вас нет и нет.

— Заткнись, – прошипела я вместо приветствия. – Просто у нас была небольшая проблемка. Гопников встретили.

— Настоящих? – искренне удивился второй парень.

Я сжала губы. Вы что, захлопнуться не можете?

— Нет, искусственных. Выращенных в теплице. Конечно, настоящих. Их Адель прогнала, – заявила я. – Все хорошо!

— Точно хорошо? У нас тут в последнее время и правда типы отмороженные появились, – пояснил первый парень.

— Как вообще так вышло-то? Ведь вас должны были... – снова открыл рот второй, но я шикнула на него, и он замолчал.

— Есть у меня смутные подозрения, Александра, – глаза Адель прожигали насквозь, и мне показалось, что она все поняла.

— Какие? – вздохнула я.

— Нехорошие. Но оставлю их при себе. Не стану озвучивать, дабы не ранить вашу чуткую душу. Привет Риточке.

Адель отцепила меня от себя, передала с рук на руки парням и ушла.