Ведьма | Адель Шайбакова

Белая юркая машина, за рулем которой сидела брюнетка в шубе, выехала с университетской парковки на оживленную дорогу. В теплом салоне играла приятная мелодия – мягкий рок. За окном под электрическим светом стройных фонарей серебрился снег, лежавший на тротуарах. В этом году зима пришла в город слишком рано и обосновалась прочно, словно никогда не собиралась покидать его. Город так ярко сиял в накрывшей его ноябрьской густой тьме, что наверняка откуда-то с высоты казался звездой.

— Кто это такая, Адель? – с любопытством спросила брюнетка, она довольно уверенно держалась за рулем.

— Без понятия, Ада, – сухо ответила та, проверяя рабочую почту. Там снова было множество писем.

— Вы так мило ворковали. Я думала, это твоя новая подружка, – улыбнулась девушка. – Очередная студентка.

Адель подняла на нее неприятный взгляд и сухо ответила:
— У меня была только одна девушка-студентка. И заметь, не моя. Училась на другом факультете.

— Мне вот интересно, а как ты вообще познакомилась с этой Василиной? Ну, чего ты молчишь? Мне же интересно!

Адель проигнорировала этот вопрос. Она всегда так делала, когда не хотела отвечать. И Ада знала, что пытать её смысла нет. Не хочет отвечать – не ответит. Слишком упрямая, слишком своенравная, слишком властная. Характер у нее был отвратительным. Таких, как Адель, нужно либо принимать со всеми достоинствами и недостатками, либо исключать из своего круга общения. Хотя обычно происходило наоборот: она сама исключала тех, кто ей не нравится. В плане общения она была настоящей привередой.

— Ладно-ладно, не хочешь говорить – не надо! Знаешь, вокруг тебя столько смазливых молодых девчонок, что я не удивлюсь, если ты женишься на студентке, – весело продолжила Ада. – Я уверена, что студентки тебе прохода не дают. Не спорь. Ты именно из тех преподов, в которых влюбляются по уши.

— Для них я сука, – усмехнулась вдруг Адель, откидываясь на спинку кресла.

— Красивая сука, – заметила Ада. – А это опасное сочетание. Берегись. Иначе на тебя скоро наденут ошейник и затянут так туго, что единственным словом, которое ты сможешь сказать, будет «люблю».

— Буду иметь в виду, – хмыкнула Адель.

Такие студентки безумно её раздражали. Она терпеть не могла, когда на нее вешались.

На какое-то время они замолчали. Адель задумчиво отвечала на письма, Ада сосредоточенно вела машину.

— А эта девчонка ничего так, – сказала вдруг Ада, останавливаясь на светофоре, чтобы пропустить пешеходов. – Вы хорошо смотрелись вместе.

— Какая девчонка? – не сразу поняла Адель. В этот момент она набирала ответ на английском своему коллеге из Калифорнийского технологического института.

— Которую ты не вытащила из сугроба. – Ада хихикнула. – Это твоя студентка?

— Это мое проклятие, – ухмыльнулась Адель. – Свалилась на мою голову. Бегает за мной второй день. Пытается дискредитировать и несет невозможную чушь. Мне кажется, скоро я открою холодильник, а оттуда вылезет эта наглая девица и начнет верещать, как ей жаль.

Адель вновь вспомнила ее.

Девушка была эффектной: складная фигурка, хорошая осанка, стройные ноги, красивое личико, волосы, как Адель любит, – длинные, густые, такие можно перебирать пальцами или наматывать на кулак. Одевалась со вкусом, явно зная, как подчеркнуть достоинства. Пользовалась вкусными духами, она сразу оценила этот дерзкий горьковатый кофейный аромат. И казалась абсолютно ненормальной. Адель терпеть не могла таких людей – наглых, приставучих, бестактных. При этом глаза у этой девицы были то невинные, как у ангела с барашком на поводке, то недовольно-сердитые, как у ведьмы с помелом в руке. Дурой она притворялась весьма умело.

Как ее звали? Александра Ведьмина? Адель усмехнулась, удерживая ее образ в голове. Девчонка смеялась над фамилией Адель, но ее фамилия оказалась ничем не лучше. Настоящая ведьма.

Что этой девице от нее нужно? Для чего она решила дискредитировать её перед студентами? Мстит за что-то? Проспорила кому-то, что доведет её до белого каления? Может быть, это подружка какого-то студента, который был отчислен из университета, не набрав необходимого минимума по одному из её предметов? Студенты часто винили Шайбакову во всех своих бедах. Да, Адель знала, что строга, но никогда не требовала чего-то сверх нормы, никогда не отступала от учебного плана и не имела привычки, как выражались студенты, «валить» кого-то из них. Порою Адель была так добра, что даже старалась вытащить: видя, что студент «плавает» в материале, задавала новые вопросы, искренне надеясь на то, что тот сможет ответить хоть что-нибудь.

— Адель, вот ты умная женщина, я не спорю. Какой там у тебя ай-кью? Двести? – спросила Ада со смехом.

— Сто сорок семь, – поправила ее Адель, которая любила точность во всем.

— Так вот, у тебя вроде и голова соображает неплохо, и научная степень есть, и гранты получаешь, а вот как девушка ты немного тормоз, – продолжала Ада. – Девчонка в тебя влюбилась. Только и всего. И на твоем месте я бы давно пригласила ее к себе на чашечку кофе, а потом уложила бы на обе лопатки и...

— Довольно, – прервала ее Адель. – Я даже думать не хочу о том, что могу оказаться в одной постели с этим чудовищем.

— Очаровательным чудовищем, – заметила Ада.

Адель снова вспомнила ее густые волосы и точеную женственную фигурку, которую черное платье облегало как вторая кожа. И дерзкий аромат тоже вспомнила. Она особенно ярко почувствовала его, когда пришлось помочь этой девице подняться, после того как та разлеглась на полу около аудитории, в которой проходил зачет. В тот короткий миг, когда Адель крепко держала эту студентку за тонкие предплечья, у нее внутри что-то дрогнуло, будто по сердцу провели тонким лезвием.

— Попробуй с ней повстречаться, – продолжила Ада.

— Никаких больше студенток, – отрезала Адель и снова взяла в руки телефон, давая понять, что разговор окончен.

Девушка включила музыку громче и прибавила скорость: дорога освободилась.

В воздухе закружился легкий снег, и в какой-то момент Адель, глядя на него, вспомнила, как познакомилась с Василиной. Тогда в воздухе точно так же ярко сверкало серебряное конфетти. Многие спрашивали у нее: как так вышло, что она стала встречаться со студенткой? Адель и сама плохо понимала как. Когда они познакомились, она понятия не имела, что та учится в том же университете, в котором она преподавала. Было не до разговоров: их знакомство началось с поцелуя. Жаркого. Чувственного. Незабываемого. От которого у Адель – всегда знающей, как держать себя в руках, – сорвало крышу.

* * *

Это была костюмированная вечеринка в клубе. На нее Адель затащил её лучший друг Владислав Золотарев. Они вместе учились в университете, а потом Влад занялся бизнесом. Дела у него быстро шли в гору: Влад умел делать деньги буквально из воздуха, и все его стартапы имели успех. Поговаривали, что Золотарев связан с криминалом, но Адель никогда не пыталась выведать, правда это или нет. Она всегда придерживалась позиции: если человеку нужно, он сам все расскажет. Кроме того, Адель никогда не страдала излишней наивностью и понимала, что большие деньги так просто не сделаешь.

Их дружба началась еще на первом курсе факультета, который тогда еще назывался иначе – факультетом вычислительной математики и кибернетики. Впервые они увидели друг друга на организационном собрании в августе, познакомились первого сентября, а в октябре подрались.

Они были абсолютно разными – отстраненная, кажущаяся высокомерной Адель, которая была полностью погружена в учебу и с первого дня демонстрировала в ней успехи, и веселый, открытый Влад, который был душою компании, умело травил байки и цеплял девчонок. Влада взбесило то, что он не смог дать правильный ответ на практическом занятии, а Адель смогла. При этом перебила его и выставила полным дураком, так что смеялась вся группа во главе со стареньким профессором. После пары Влад подождал Адель, затащил в туалет на разговор и попытался вмазать, решив, что Шайбакова – ботанша и слабачка. Однако это оказалось самой большой его ошибкой. Адель занималась карате и имела разряд. А потому ответила неслабо. В итоге они сильно подрались, и обо всем было доложено декану.

— Кто зачинщик? – спросила декан, понимая, что ответственная и смышленая Адель, взявшая на себя обязанность быть старостой группы, явно не может быть зачинщиком. На эту роль больше подходил Влад Золотарев, который учился абы как и порядком раздражал декана.

Ребята молчали, лишь злобно переглянулись. На лице каждого было по синяку. У одного под левым глазом, а у другого под правым. Симметрично.

— Еще раз: кто зачинщик? Отчислю! Мне драки в университете не нужны, – сказал сурово декан. – Адель, ответь, пожалуйста. Это Влад?

— Нет, – ответила Адель тихо, обжигая противника недобрым взглядом. – Мы оба.

Декан тяжело вздохнул.

— И что же вы не поделили? – грустно спросил он.

— Это была научная дискуссия, – прошипела Шайбакова, с ненавистью глядя на Влада.

— Да ты что? – искренне удивился декан. – И на какую же тему?

— Получались разные ответы при вычислении символов Кристоффеля для плоскости Лобачевского в заданной метрике, – заявила Адель, и Влад едва не подавился от удивления.

Декан, пожурив их для порядка и пригрозив, что следующая их драка станет последней, отпустил их. И впечатлившийся Золотарев, решив отблагодарить Адель, потащил её в бар, где попытался познакомить с какой-то красивой девчонкой – в знак благодарности. Решил, что должен помочь ботанше узнать, что такое женское тело. Все равно ходили слухи, что парни Адель не интересуют.

— Если постараешься, ночью она будет твоей, – заговорщицки сказал Влад Адель, пихнув её локтем в ребра.

— Спасибо, как-то не хочу стараться ради незнакомой девушки, – отвечала та.

В баре ей не нравилось. И Золотарев ей не нравился, и девица.

— Знаешь, подруга, если ты стараться не будешь, так и останешься девственницей.

— А с чего ты взял, что я девственница? – Адель ухмыльнулась. Неприятная фирменная ухмылочка у нее была уже тогда.

— Ах ты ж чертова Казанова! – засмеялся Влад. – Надеюсь, это была не учительница в школе?

— Надеюсь, создадут лекарства от тупости и у тебя будет возможность пропить курс, Золотарев, – парировала Адель.

— Смешно шутишь, Шайбакова. – Влад погрозил ей пальцем и предложил выпить.

Сделать это он предлагал много раз, и в результате они проснулись непонятно у кого на квартире – алкоголя оказалось слишком много. С тех пор они и дружили – холодная саркастичная Адель Шайбакова и веселый расчетливый Влад Золотарев.

После окончания университета их пути разошлись. Адель поступила в аспирантуру, выбрав науку, а Влад занялся бизнесом, связанным с современными технологиями. Время шло, а их дружба крепла. Несколько раз в месяц они встречались, только уже не для того, чтобы заглянуть в дешевый бар, а для того, чтобы сходить в ресторан, в боулинг или просто поиграть в покер. Изредка вместе ездили на горнолыжные базы: оба любили лыжи и скорость. Адель любила еще и высоту, а вот Влад ее побаивался.

Помимо дружбы их связывала работа: Адель сотрудничала с компанией друга как высококлассный специалист в своем деле. А еще Влад создал фонд, который спонсировал молодых ученых, в том числе университетский проект Адель.

— Короче, в пятницу нужно будет поговорить с инвестором, – сказал как-то раз Влад, сидя на рабочем столе у Адель дома. – С тем самым, про которого я тебе рассказывал.

— Поговори, раз нужно, – ответила Адель, разгребая целую кипу каких-то бумаг с учебными планами.

— Поговорить с ним нужно тебе, – ослепительно улыбнулся Влад. – Он восхищен твоей научной деятельностью. Как-никак, ты недавно получила грант. И это тебя, а не меня называют перспективным ученым. Он тобой заинтересован.

— То есть надеяться на то, что ты от меня отстанешь, я не могу?

— Конечно же, нет. – Влад положил подруге руку на плечо, но та стряхнула ее с себя. – В общем, пятница, клуб «Крылья», теплый разговор с инвестором.

— Клуб? – резко спросила Адель. – В другом месте переговоры устроить нельзя? И слезь уже со стола. Раздражает.

— Пожелание инвестора. – Влад притворно вздохнул, проигнорировав последнюю фразу. – В субботу он уже улетает. Так что у нас есть лишь один шанс завоевать его расположение. Знаю, что ты терпеть не можешь клубы, но пересиль себя, от этого многое зависит.

В клуб все же пришлось идти. Вместе с Владом Адель оказалась в одном из самых пафосных ночных заведений города. У входа стояла целая толпа желающих попасть внутрь. И каждый проходил довольно строгий фейс-контроль: именно сегодня в клубе была какая-то особая костюмированная вечеринка, на которой всем полагалось быть в масках, а тех, кто пришел в маскарадных костюмах, пропускали бесплатно.

Адель и Влада у входа встретил управляющий, хороший знакомый Золотарева.

— Почему вы ее не пропускаете? – вдруг услышала Адель громкий возмущенный женский голос. – Потому что она ирландка?

— Нет, конечно, – невозмутимо отозвался охранник.

— А почему тогда?

— Извините, свои действия мы не объясняем.

— Вы расист, да? – спросила девушка.

— Нет, – даже как-то растерялся охранник.

— Вы расист. Не пускать человека в клуб только из-за того, что у него рыжие волосы, – верх цинизма. Это так ужасно, – всхлипнула девушка.

Адель обернулась, чтобы посмотреть на возмущавшуюся девушку и ее подругу-ирландку, но у входа было слишком много народу, и Адель толком ничего не разглядела.

— Салли, прости, что я привела тебя в это место. Снимешь потом об этом видео для блога. Расскажешь своим подписчикам. – И девушка быстро-быстро заговорила по-английски.

— Опять блогеры? – заволновался управляющий, который тоже все это слышал. – Как они мне надоели. Приходят, снимают свои видео о клубе, а у нас потом репутация страдает. Минутку. – Он тут же сказал охраннику:
– Пропустите блогеров.

Потом управляющий провел Адель и Влада в ВИП-комнату, где их уже ждал инвестор – экстравагантный мужчина лет пятидесяти, который входил в сотню самых богатых людей страны, по версии журнала «Форбс». Переговоры прошли быстро. Все, что говорила Адель, инвестору понравилось, и он предложил отметить будущее сотрудничество. Отмечал он шумно – с алкоголем и красивыми девушками, которые годились ему в дочери. Адель смотрела на него с неприязнью, молча пила и в конце концов незаметно покинула ВИП-комнату.

С гудящей головой она спустилась вниз и села за барную стойку в виде светящегося круга, заказала шоты и принялась разглядывать огромные танцполы, окруженные двумя ярусами лож. Громко играла электронная музыка, в глаза била ядовитая неоновая подсветка, и с каждой минутой настроение Адель стремительно ухудшалось. Такие места раздражали её. И люди тут бесили ничуть не меньше.

Адель даже не поняла, откуда она взялась, эта незнакомка в коротком, алом, словно кровь, платье. Половину ее лица закрывала венецианская маска. У незнакомки были красные губы и распущенные темно-русые длинные волосы, которые струились по открытым плечам красивым водопадом.

— Привет, ты не против? – прокричала незнакомка, уселась к Адель на колени и, обхватив за плечи, страстно поцеловала.

Она проделала это в один миг, так ловко и быстро, что Адель не успела даже ничего ей сказать. И сама не поняла, как ответила на поцелуй абсолютно незнакомой девушки, сидевшей у нее на коленях. Руки Адель оказались у нее на талии, и со стороны казалось, будто бы они пара – так горячо они целовались.

Может, во всем был виноват алкоголь, может, всполохи неонового света, от которого слабо кружилась голова. Может, свою роль сыграл эффект неожиданности. Но Адель на какое-то время просто потеряла голову. Перехватив инициативу, она обнимала дерзкую нахалку за тонкую талию, запускала пальцы в ее роскошные волосы, наслаждалась чувственным поцелуем и прикосновениями. От нее приятно пахло странными, но притягательными духами – с утонченной прохладой и чистотой лаванды смешивались горьковатый мед, ваниль и нотки то ли базилика, то ли мяты. Так пахнет звездная августовская ночь.

Губы незнакомки были мягкими и послушными, а когда Адель целовала ее в щеку, оставляя влажный след, девушка запрокидывала голову, словно требуя, чтобы её поцелуи спустились вниз, к шее. Когда её губы оказались на шее девушки и прошлись до самых ключиц, обжигая дыханием нежную горячую кожу, пальцы незнакомки с силой впились в её плечи, и Адель тотчас поняла: той безумно нравится все, что она делает.

Такое с ней происходило впервые. Она любила женщин и пользовалась у них популярностью, но никогда ни из-за одной из них у нее так бешено не стучал пульс. И ни одна из них никогда не вела себя с ней так вызывающе дерзко. Просто подошла и поцеловала. И вместе с поцелуем украла часть её сердца.

Если бы девушка позволила, она бы окончательно сошла с ума и сорвала бы с нее платье прямо там, у барной стойки, плюнув на людей вокруг. Незнакомка была сродни наваждению и с каждой секундой очаровывала Адель все больше и больше.

А потом девушка вдруг отстранилась от нее.

— Мне нужно отойти! Сейчас вернусь! – с трудом расслышала Адель сквозь грохот музыки. И неохотно отпустила ее, напоследок поймав за руку и поцеловав в запястье.

Адель ждала ее, пытаясь прийти в себя, но незнакомки все не было и не было. И тогда Адель сама пошла ее искать.

Её губы все еще пылали от неожиданного поцелуя. Она не просто хотела ее – она хотела увидеть ее лицо и заполучить ее полностью, вместе с душой.

Это был первый поцелуй, от которого Адель захмелела, будто от алкоголя, и была готова на все. В тот момент ей было плевать на людей, на их взгляды, на собственные принципы. Ей была нужна эта ненормальная незнакомка, которая сводила с ума, а весь остальной мир мог катиться к черту.

Адель отыскала ее. Не сразу, но отыскала. Сначала бродила по клубу, глазами ища ее алое платье, которое дьявольски мешало во время поцелуя, потом вышла на улицу, а затем обратилась к управляющему, чтобы тот помог найти незнакомку. Вместе с управляющим они пошли в комнату охраны и там по камерам смогли отследить ее. Прекрасная девушка в алом платье и в черной венецианской маске курила кальян. Не раздумывая, Адель направилась к ней. И хоть та и делала вид, будто бы ничего не произошло, Адель решительно познакомилась. Ее звали Василиной, и она была очень красивой.

— Почему ты меня поцеловала? – спросила Адель, когда они шли по ночной дороге, освещенной фонарями.

— Потому что... Потому что захотела, – с некоторой запинкой ответила девушка. – Не понравилось?

— Очень даже понравилось, – усмехнулась Адель и притянула ее к себе. – Повторим?

— На первом свидании я не целуюсь больше одного раза, – звонко рассмеялась Василина.

— Намек поняла. Завтра у нас будет второе, – моментально отреагировала Адель. – Я могу тебя обнять? Просто обнять? Знаешь, это так странно, но меня безумно тянет к тебе.

Обнять себя Василина разрешила, и Адель заключила ее в объятия, с наслаждением запустив пальцы в пышные волосы.

— Духи, – вдруг сказала она, вспоминая притягательный аромат.

— Что – духи?

— Лаванда и мед. Выветрились.

— Выветрились, – согласилась Василина.

Больше так они с Василиной не целовались. Так – это чтобы у рациональной и знающей о самоконтроле все Адель срывало крышу, как у подростка. Да, Василина была красивой, женственной и весьма опытной, с ней приятно было общаться, она знала, как можно отлично провести время наедине, но той самой головокружительной химии не случилось. Кроме того, выяснилось, что Василина – студентка из её университета, и Адель попросила ее держать их общение в тайне. Не то чтобы отношения между преподавательницей и студенткой в их альма-матер возбранялись... Просто Адель не хотела ненужных пересудов.

Вместе они пробыли несколько месяцев. Василина влюбилась в нее, и если сначала Адель это радовало, то потом она была вынуждена признаться самой себе, что не готова быть с ней. Видимо, там, в клубе, во всем были виноваты атмосфера, алкоголь и эффект неожиданности, который вызвал всплеск адреналина в крови. Адель считалась сухой и серьезной, она не привыкла разбрасываться своими чувствами. Однако эмоции для нее многое значили. В клубе эмоции от поцелуя с Василиной зашкаливали. Но после рядом с ней такого больше не было.

Адель уважала тех, с кем встречалась, поэтому она честно рассказала обо всем Василине: полагала, что не имеет права давать ей ложной надежды. Василина – хорошая девочка, которой нужен был тот, кто будет искренне любить ее. И это не Адель.

Василина её слова о разрыве приняла плохо. Она сидела и плакала, просила за что-то прощения, уговаривала Адель подумать.

— Я прошу тебя, пожалуйста, не надо, останься со мной, – умоляла она.

— Я чувствую себя какой-то мразью, – призналась Адель. – Не говори так.

— А как я должна говорить, если человек, которого я люблю, бросает меня? Как, Адель, как?

— Я хочу оставаться честной до конца, – парировала она. – Я прекрасно понимаю, тебе нужны отношения, любящий партнер, свадьба, семья. Я не могу тебе этого дать.

— Почему? Почему? Чем я плоха? – плакала Василина.

— Ты не плоха, что за глупости? Просто мы не подходим друг другу. Точка. Я ошиблась.

Их расставание было трудным. Василина не хотела отпускать Адель, приходила к ней домой, устраивала истерики, просила дать второй шанс.

Вчера Василина вызвала её на разговор в университете, просила прощения и снова плакала. И в конце попросила поцеловать ее на прощание.

— Наши отношения начались с поцелуя, – тихо сказала она, склонив голову так, что выкрашенные в светло-русый цвет волосы упали на грудь. – Пусть они так же и закончатся.

Адель не смогла ей отказать, но она все испортила. Глупая девчонка бежала следом за Адель по морозу в одном платье, потому что не хотела отпускать, и она в очередной раз почувствовала себя мразью. А потом появилась эта ненормальная, ползающая под елками.

* * *

Вспомнив об Александре Ведьминой, Адель позволила себе иронично улыбнуться. Нет, Ада не права, эта девица не влюбилась в нее. Ей что-то от нее нужно, вот только что?...

Её телефон завибрировал, и Адель решила, что это ответ американского коллеги, но ошиблась. Это было сообщение с неизвестного номера.

«Здравствуйте, Адель Марселевна! Надеюсь, Вы на меня не злитесь и найдете силы не только простить меня за неподобающее поведение, но и принять от меня скромный подарок в виде ужина. Искренне Ваша, Александра», – было написано в нем.

— Идиотка, – прикрыв на мгновение глаза, сказала Адель. Наглость девчонки поражала и даже почти восхищала. Даже где-то номер её телефона раздобыла.

— Я идиотка? – возмутилась Ада.

— Нет, – процедила сквозь зубы Адель.

— А кто? Эй, Аделька, чего это у тебя вид такой загадочный, будто ты собралась точить свой походный топор? Серьезно, что случилось? Что-то на работе? – встревожилась девушка.

— Спам прислали, – ответила она.

— А ты что, как бак мусорный, все принимаешь, что отсылают?

— Я не бак, – сказала Адель. – Я утилизатор.

— Да ты что? И что ты собралась утилизировать? – рассмеялась Ада.

— Одну неадекватную особу женского пола.

— Ту самую, что ли?

Ответить Адель не успела: пришло новое сообщение.

«Мимо миленькой Адельки я без флирта не хожу. То разденусь я немножко, то вдруг ножки обнажу», – говорилось в нем. И видимо, отправлено оно было случайно, потому что почти сразу Ведьмина его стерла.

«Я все видела», – набрала Адель. Она рассердилась, но ей было смешно и, как ни странно, интересно. Что с этой девчонкой не так?

«Протсите, это не Вам», – написала Саша тут же, в спешке перепутав буквы. «То есть простите». «Вы ведь согласны на ужин? Очень хочу загладить перед вами вину...» «Адель Марселевна, вы где?»

Качая головой, Адель занесла ее номер в черный список. А спустя минут десять они доехали до дома.

достаточно объемная глава вам❤️ как и всегда, жду ваши комментарии!!
мимо миленькой главы я без флирта не хожу...

а у меня завтра выпускной 🥹 поэтому главы точно не будет! постараюсь 5 или 6 выложить