Вкус твоей лжи

В общежитии было тихо. Такая тишина, которая бывает только глубокой ночью, когда все нормальные люди уже спят, а ненормальные - сидят в своих комнатах и переваривают чужие секреты. За окном шумел Сеул - где-то далеко гудели машины, мигали неоновые вывески, но здесь, в этом коридоре с выцветшим ковролином, время будто застыло.

Тэхун не спал.

Он сидел за своим столом, сгорбившись над блокнотом, который всегда держал под замком. Настольная лампа горела тусклым жёлтым светом, выхватывая из темноты только его руки - длинные пальцы, которыми он методично перелистывал страницы, и край блокнота, исписанный мелким, аккуратным почерком. Тэхун никогда не писал крупно. Крупный почерк - это для тех, кто хочет, чтобы его заметили. А он предпочитал оставаться в тени.

На странице, которую он сейчас рассматривал, было написано:

«Ханг Джиху. 20 лет. Саб-вокалист. Появился из ниоткуда за месяц до дебюта. Документы в порядке (проверено). Но...»

Дальше шёл список вопросов, которые Тэхун записывал последние несколько дней. Он водил пальцем по строчкам, шевеля губами, будто читал вслух, хотя звука не было.

- Почему у него нет ни одной фотографии в интернете до этого года? - прошептал он в тишину. - Почему он не оставлял следов? Ни одной школы, ни одного конкурса, ни одного поста в соцсетях. Будто он родился вчера.

Он перевернул страницу. Там был другой список - более старый, с пометками на полях.

«Ханг Джису. 20 лет. Исчез за месяц до дебюта. Причина - „семейные обстоятельства". Связь с Джиху - однофамильцы? Слишком странное совпадение».

Тэхун откинулся на спинку стула и уставился в потолок. В груди закипало раздражение - то самое чувство, когда ты знаешь, что где-то есть ответ, но не можешь до него добраться. Он ненавидел это чувство. Оно делало его беспомощным, а беспомощность Тэхун ненавидел больше всего на свете.

Он вспомнил Джису. Тот парень был странным - слишком тихим, слишком идеальным, слишком правильным. Тэхун тогда ещё подумал: «С таким лицом и с таким голосом он либо станет звездой, либо сломается. Третьего не дано». И вот - сломался. Исчез. А на его месте появился этот Джиху, который выглядит так, будто его слепили из глины по образу и подобию Джису, но забыли добавить душу.

Тэхун снова посмотрел на блокнот. Он провёл пальцем по строчке с именем Джиху и нахмурился.

- Слишком похож, - сказал он вслух. - Одинаковые скулы. Одинаковый разрез глаз. Даже родинка на одном месте, только чуть левее. Совпадение? Или...

Он не договорил. Потому что в голову пришла мысль, от которой стало холодно внутри. Что, если это не совпадение? Что, если Джиху и Джису - одно и то же лицо? Но тогда почему Джиху - другой человек? Близнец?

Тэхун замер. Близнец. Эта мысль застряла в голове, как заноза. Он перелистнул блокнот на чистую страницу и быстро написал:

«Проверить: есть ли у Джису брат-близнец?»

Он подчеркнул эту строчку дважды. Потом поставил телефон на зарядку и посмотрел на экран - там было уведомление от менеджера: «Завтра в 8 утра репетиция. Не опаздывать».

Тэхун усмехнулся. Репетиция. Все делают вид, что ничего не случилось. Что Джису просто уехал. Что Джиху - обычный новенький. А я сижу здесь и собираю кусочки пазла, которые никто не хочет замечать.

Он закрыл блокнот и убрал его в ящик стола, запер на ключ. Ключ положил в карман домашних штанов - всегда носил его с собой, даже когда шёл в душ. Паранойя? Возможно. Но в этом доме паранойя - это единственный способ выжить.

Тэхун выключил лампу и лёг на кровать, но сон не шёл. Он смотрел в потолок и думал о Джиху. О том, как тот двигается - слишком плавно, слишком осторожно. Как поправляет воротник, будто проверяет, всё ли на месте. Как никогда не пьёт из открытых бутылок. Как смотрит на всех исподлобья, но при этом взгляд у него... женский? Нет, Тэхун не мог объяснить это словами. Просто было что-то такое в его лице, что не вязалось с образом парня.

«Я докопаюсь до правды, - пообещал он сам себе. - Даже если для этого придётся перерыть всё дерьмо, в котором мы живём».

---

В соседней комнате, через стенку от Тэхуна, горел свет. Там сидели двое - Тэмин и Каин - и смотрели дораму на ноутбуке, который стоял на тумбочке между их кроватями.

Тэмин развалился на кровати, подложив под голову подушку, и жевал чипсы, кроша на простыню. Он был в одной майке и домашних шортах, волосы растрёпаны, вид ленивый и расслабленный - но глаза смотрели в экран с непривычным интересом.

Каин сидел на своей кровати, поджав ноги, и крутил в руках пустую банку из-под колы. Он тоже смотрел, но в отличие от Тэмина, его лицо оставалось бесстрастным - только иногда, когда на экране происходило что-то драматичное, он чуть приподнимал бровь.

На экране шла дорама «Выходи замуж за моего супруга» - та самая, где главная героиня Кан Джи Вон, которую играет Пак Мин Ён, возвращается в прошлое, чтобы отомстить мужу-изменщику и лучшей подруге. Сейчас как раз шла сцена, где Джи Вон смотрит на себя в зеркало и понимает, что вернулась на десять лет назад.

Тэмин хрустнул чипсом и сказал, не отрываясь от экрана:

- Слушай, а она красотка, да? Вот бы мне такую жену.

Каин покосился на него и хмыкнул:

- Ты бы вообще женился? Ты ж свою гитару больше любишь, чем людей.

- Гитара не изменяет, - философски заметил Тэмин. - А эти бабы... - он кивнул на экран, где муж героини как раз орал на неё за то, что ужин невкусный. - Смотри, какой мудак. И как она за такого вышла?

- Деньги, наверное, - равнодушно сказал Каин. - Или любовь. Или тупость.

- Или всё вместе, - Тэмин закинул ещё одну горсть чипсов в рот. - Блять, а я бы на её месте этому козлу яйца оторвал и в суп сварил.

Каин усмехнулся - редкость для него.

- Ты вообще у нас романтик, Тэмин. Прямо душка.

- Иди нахуй, - беззлобно ответил Тэмин и ткнул его ногой. - Ты лучше скажи, как там у этого придурка, - он кивнул на экран, где как раз появился персонаж Ю Джи Хёка - тот самый, который в дораме помогает героине мстить. - Он же вроде из богатой семьи? Или я путаю?

Каин зевнул и потянулся за телефоном.

- Сейчас гляну, - сказал он и начал что-то печатать в поисковике. - «Выйди замуж за моего супруга»... актёры... - он пролистал страницу и прочитал вслух: - На Ин У играет Ю Джи Хёка, он типа генерального директора какой-то там компании. Пиздец богатый, в общем. И у него на героиню глаз с первой серии.

Тэмин присвистнул:

- О, так это же классика. Бедная девушка, богатый парень, она сначала его ненавидит, а потом влюбляется. Я такие с мамой смотрел в детстве.

- Ты с мамой дорамы смотрел? - Каин поднял бровь.

- Ага. Она фанатка. У неё даже постеры были, - Тэмин усмехнулся. - Я потом сам втянулся. Но щас уже не до них, времени нет.

- А сейчас есть, - Каин кивнул на ноутбук. - Мы же не спим.

- Потому что не можем, - проворчал Тэмин. - У меня бессонница уже третью ночь. Это всё этот новенький. Он мне покоя не даёт.

Каин насторожился. Он отложил телефон и посмотрел на Тэмина - внимательно, с прищуром.

- В смысле? Что с ним не так?

Тэмин помолчал, жуя чипсы, потом пожал плечами:

- Не знаю. Просто... он странный. Слишком правильный. Слишком тихий. И голос у него, блять, как у призрака. Помнишь, он спел на тренировке? Я чуть мурашки не поймал.

- Я помню, - тихо сказал Каин. - Я тогда сказал, что голос как из другого измерения. И я не шутил.

- Вот! - Тэмин ткнул в него пальцем. - Ты тоже это чувствуешь! А я думал, мне кажется.

- Не кажется, - Каин снова взял телефон, но уже не смотрел в него, просто крутил в руках. - Он смотрит на нас так, будто мы все ему должны. Будто он что-то ищет. Или кого-то.

Тэмин замер. Чипсы застыли на полпути ко рту.

- Думаешь, он связан с Джису? - спросил он тихо.

Каин не ответил. Он просто посмотрел на стену, за которой была комната Тэхуна, и сказал:

- Тэхун тоже что-то заподозрил. Я видел его лицо, когда Джиху пел. Он делал заметки. Он всегда делает заметки, когда находит что-то важное.

- Тэхун - параноик, - фыркнул Тэмин, но голос его дрогнул. - Он на всех заметки делает.

- Да. Но на Джиху - особенно, - Каин наконец отложил телефон и уставился в потолок. - Слушай, а ты помнишь, когда Джису исчез? Он же не говорил, что уезжает. Просто... не пришёл на тренировку. А потом менеджер сказал, что он ушёл по семейным обстоятельствам.

- Помню, - кивнул Тэмин. - Я ещё думал, что он просто забил на нас. Ну, знаешь, устал от всего этого дерьма.

- А если нет? - Каин повернул голову к Тэмину. - Что, если его не было? Что, если с ним что-то случилось?

Тэмин перестал жевать. Чипсы в его руке хрустнули, но он не обратил внимания. Он просто смотрел на Каина, и в его глазах медленно просыпалось что-то холодное.

- Ты серьёзно?

- Я не знаю, - Каин пожал плечами. - Просто... странно, что Джиху появился ровно тогда, когда Джису исчез. Один ушёл - другой пришёл. И они похожи. Ты видел?

- Видел, - признал Тэмин. - Я думал, мне кажется.

- Не кажется, - повторил Каин. - И это... это пиздец как странно.

Они замолчали. На экране всё ещё шла дорама - героиня плакала, муж орал, музыка играла драматичная, но ни Тэмин, ни Каин уже не смотрели. Они смотрели друг на друга, и в воздухе повис вопрос, на который никто не хотел отвечать.

Наконец Тэмин выдохнул и выключил ноутбук.

- Всё, блять, - сказал он. - Хватит. Я не хочу об этом думать. Мне завтра вставать в шесть, а я тут себе голову ломаю.

- Ты не будешь спать, - спокойно заметил Каин.

- Знаю, - огрызнулся Тэмин. - Но хотя бы попытаюсь.

Он лёг на спину и уставился в потолок. Каин тоже лёг, но не закрыл глаза. Он смотрел в темноту и думал о Джиху. О том, как тот двигался. О том, как он пел. О том, как он смотрел.

«Кто ты, блять? - мысленно спросил Каин. - И что ты здесь ищешь?»

За стенкой, в комнате Тэхуна, тоже никто не спал. Тэхун лежал с открытыми глазами и смотрел в телефон - на экране была открыта страница с поисковиком. Он медленно набрал:

«Ханг Джису близнец»

И нажал поиск.

Результатов не было.

Тэхун усмехнулся и выключил экран.

«Интересно, - подумал он. - Очень интересно».

А в комнате Джиу, в самом конце коридора, горел ночник. Она сидела на кровати, сжимая в руках телефон, и смотрела на фотографию брата. На его улыбку. На его глаза - такие же, как у неё.

- Я найду их, Джису, - прошептала она в темноту. - Я найду всех, кто тебя сломал.

За окном шумел Сеул. Где-то вдалеке мигали неоновые вывески, гудели машины, и жизнь продолжалась - такая же яркая, шумная и фальшивая, как сцена, на которой ей предстояло танцевать.

А в общежитии, в восьми разных комнатах, восемь парней лежали с открытыми глазами и думали о девятом.

О том, кем он был на самом деле.