Эпилог 1
Прошёл год с тех пор, как Триша нашла свою сестру, как магия вернулась в мир, как они стали командой.
Дни стали спокойнее. Триша и Терра жили во дворце, часто сидели на балконе, пили чай и говорили о том, что им предстоит. Иногда к ним присоединялись Сокка или Зуко, иногда и Шира, которая за это время стала их близким другом.
Триша уже не чувствовала той пустоты, которая преследовала её годами. Она знала, кто она. Она знала, где её дом. И она знала, что рядом с ней те, кто готов поддержать её.
***
Сокка и Триша.
Солнце садилось за дворцовые башни, окрашивая небо в глубокий оранжевый и розовый. Тёплый свет проникал в комнату Сокки, ложился на старые карты, на его сумку, которую он так и не распаковал, и на маленький деревянный гребень, который он держал в руках.
Он сидел на подоконнике, повернув гребень в пальцах, рассматривая каждую царапину, каждую выемку, каждая из которых напоминала о ней. О Суюки.
Она была воином Киоши. Сильной, смелой, упрямой. Она смеялась громко, дралась яростно и любила так, что у него захватывало дух.
Сокка провёл пальцем по гладкой поверхности гребня.
— Суюки, — прошептал он. — Я хочу, чтобы ты знала. Я не забыл тебя. Я никогда не забуду тебя. Но я... я хочу жить дальше.
Он сжал гребень в кулаке, и в груди что-то дрогнуло.
— Ты бы хотела этого, правда? Ты бы сказала, что я дурак, если бы застрял в прошлом. Ты бы сказала: «Иди вперёд, Сокка. Я уже ушла. Ты ещё здесь».
Где-то за спиной раздались шаги.
Он обернулся.
В дверях стояла Триша. Свет из коридора падал на её тёмные волосы, и она улыбалась — той лёгкой, чуть застенчивой улыбкой, которая появлялась у неё только рядом с ним. Её волосы были коротко подстрижены, открывая лицо, делая его более открытым и решительным.
Сокка замер.
— Ты... — начал он.
— Ты не пришёл на ужин, — сказала она.
— Прости, — сказал он, пряча гребень в карман. — Я задумался.
Она вошла в комнату, остановилась рядом.
— Ты подстриглась, — сказал он.
— Да, — сказала она, касаясь коротких волос. — Я решила, что пора меняться. Внешне.
— Тебе идёт, — сказал он, и в его голосе слышалось искреннее восхищение. — Очень идёт.
— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись. — Я хотела, чтобы ты заметил.
— Я всегда замечаю, — сказал он. — Всё, что касается тебя.
Она посмотрела на него.
— О чём ты думал?
Он помедлил, потом ответил:
— О прошлом. О том, что я должен отпустить.
— И что ты решил?
Он поднялся с подоконника, подошёл к ней.
— Я понял, что пора, — сказал он. — Не забыть её. Просто... двигаться дальше.
Она посмотрела ему в глаза.
— Ты действительно готов?
— Я хочу быть готовым, — ответил он. — И я знаю, что не смог бы сделать это один.
— Я здесь, — сказала она.
— Я знаю, — сказал он. — И я так благодарен тебе за это.
— Не благодари, — сказала она, касаясь его руки. — Мы вместе. Это самое главное.
Она заметила, как он положил гребень в карман.
— Ты всё ещё носишь его?
— Да, — сказал он. — Суюки была частью моей жизни. Она всегда будет частью меня. Но теперь у меня есть ты.
Он взял её руку, сжал её пальцы.
— Я готов идти дальше, Триша. Если ты готова.
— Я готова, — сказала она.
Он посмотрел на неё, и в его глазах была та теплота, которую она видела только рядом с ним.
— Тогда пойдём со мной, — сказал он. — Вместе.
— Вместе, — повторила она.
Они стояли у окна, глядя на закат, и держались за руки. Ветер шевелил занавески, где-то вдалеке слышалась музыка, и было так, как будто время остановилось.
Сокка чувствовал, как тяжесть уходит с его плеч. Не полностью — она никогда не уйдёт полностью. Но она становилась легче.
Триша сжимала его руку.
— Я рада, что ты здесь, — сказала она.
— Я тоже, — сказал он.
Они стояли молча, и их дыхание сливалось с ветром.
— Знаешь, что я понял? — сказал он.
— Что?
— Что прошлое — это не цепь, которую нужно тащить за собой. Это урок. И я наконец готов его принять.
— Я тоже, — сказала она.
Он повернулся к ней, заглянул в глаза, и улыбнулся.
— Тогда мы сделаем это вместе.
— Вместе, — повторила она.
Они обнялись, и в этом объятии было всё — прошлое, настоящее и будущее.