Угроза из тьмы
Следующие дни прошли спокойно, но Сигма чувствовал, что тишина — лишь затишье перед бурей. Гоголь тоже стал более настороженным: он реже шутил, чаще проверял замки на дверях и подолгу смотрел в окно.
— Что-то не так, — сказал Сигма однажды вечером, когда они пили чай. — Ты какой-то нервный.
Гоголь отставил кружку и вздохнул — тем глубоким вздохом, который выдавал его истинное беспокойство.
— У меня есть информаторы, — признался он. — Вчера один из них прислал сообщение. Фёдор вышел на наш след. Он знает, что мы в городе, и ищет нас. Он не успокоится, пока не уничтожит всё, что нам дорого.
Сигма почувствовал, как холод пробежал по спине. Он знал, что это неизбежно, но надеялся, что у них будет больше времени. Он сжал кружку, чтобы скрыть дрожь.
— Что будем делать? — спросил он.
Гоголь встал, подошёл к окну и уставился на городские огни.
— У нас есть два варианта, — сказал он, не оборачиваясь. — Бежать. Спрятаться в другом городе, изменить имена, начать новую жизнь. Но Фёдор найдёт нас — он всегда находит.
— А второй вариант?
Гоголь повернулся, и его глаза блеснули в темноте.
— Ударить первыми. Я знаю, где он планирует следующую операцию. Заброшенный склад в порту. Если мы доберёмся до него и уничтожим его планы, он потеряет силу. Возможно, даже сбежит. Но это опасно, Сигма. Он ждёт нас.
Сигма встал и подошёл к нему. Он взял Гоголя за руку, переплетая их пальцы.
— Мы пойдём вместе, — сказал Сигма. — Я не позволю тебе идти одному. Мы команда. Или мы уходим вместе, или я иду сам — и ты меня не остановишь.
Гоголь посмотрел на него — долгим, изучающим взглядом. Затем усмехнулся.
— Упрямый. Как я люблю. Ладно, договорились. Завтра ночью выступаем. Но, Сигма… — он прикоснулся к щеке Сигмы, — если что-то пойдёт не так, обещай, что ты сбежишь. Спасай себя. Потому что если я потеряю тебя, я не переживу.
— Не говори так, — Сигма прижался лбом к его лбу. — Мы оба выживем. Мы справимся. Я верю.
Они стояли так долго, слушая биение сердец. А затем Гоголь отступил и улыбнулся — той улыбкой, которая предназначалась только Сигме.
— Тогда готовься, пташка. Завтра мы устроим спектакль, который запомнит весь город.