7
Утро было мерзким.
Не потому что что-то изменилось.
А потому что всё осталось тем же.
Просто теперь Аня это чувствовала сильнее.
Она стояла перед зеркалом дольше обычного.
Смотрела на себя.
Как будто пыталась понять, можно ли сегодня вообще выходить из дома.
Белый лонгслив.
Чистый.
Слишком чистый.
И именно это раздражало.
Потому что он выглядел как попытка быть "нормальной".
Аня поправила рукава.
Опустила их ниже.
Сильно ниже.
До запястий.
— Только бы не сегодня... — тихо сказала она.
И сама не поняла, что имела в виду.
⸻
Школа встретила её как обычно.
Шум.
Крики.
Смех.
И это странное ощущение, что ты заходишь не в здание, а в место, где тебя уже заранее не любят.
Аня прошла по коридору.
Никто не обратил внимания.
Пока.
Она зашла в класс.
Села на последнюю парту.
Белый рукав аккуратно лёг на стол.
И всё казалось почти нормальным.
Почти.
⸻
Коля уже был там.
Как всегда.
Громкий.
Живой.
Слишком живой для человека, у которого дома всё по сути разваливается.
— О, теперь мы седня на свадьбу, а не на похороны, ну это уже получше— бросил он, не глядя.
Кто-то засмеялся.
Аня не ответила.
Просто села.
Открыла тетрадь.
И сделала вид, что не существует.
Коля на секунду посмотрел в её сторону.
Но быстро отвернулся.
Как будто это не важно.
Как будто ему реально всё равно.
⸻
Первый урок прошёл относительно спокойно.
Почти.
Пока их не оставили в классе на перемене.
Дверь закрыли.
Учитель куда-то вышел.
И класс мгновенно ожил.
Слишком быстро.
Слишком резко.
Как будто кто-то снял тормоза.
— Ну что, чем займёмся?
— Давайте угадайку.
— Или кого-нибудь подколем.
И, конечно, выбор всегда падает на одного и того же человека.
Аня почувствовала это сразу.
Ещё до слов.
Просто по тону.
По взглядам.
По этой мерзкой коллективной энергии.
— Слушай, — начал кто-то, — а ты чё сегодня в белом? Типо попытка быть нормальной?
Смех.
Аня не подняла голову.
— Или маскировка?
— Может, у неё сегодня "день нормального человека"?
Смех стал громче.
Коля сидел рядом, лениво крутил ручку.
Не вмешивался.
Пока.
— Да ладно, — добавил другой голос, — она же у нас...
И тут кто-то заметил.
Не сразу.
Сначала тишина на полсекунды.
Потом:
— Эй, а у тя чо рукав красный, в крови что ли? Кого уже убила?
Аня резко напряглась.
Слишком поздно.
Кто-то уже смотрел.
Слишком внимательно.
— Это чё...
— Бля.
— Ты видела?
— Охуеть...
Шум пошёл по классу как волна.
Сначала шёпот.
Потом громче.
Потом уже не шёпот вообще.
— О, у нас в классе "суицидник", что ли?
— Да ну, жесть...
— Она типа из этих?
Кто-то из парней демонстративно наклонился, изобразил гримасу:
— Смотрите, я страдаю, меня никто не любит...
Смех.
Грубый.
Глупый.
Быстрый.
Аня замерла.
Просто замерла.
Пальцы вцепились в край стола.
Белый рукав стал слишком ярким.
Слишком заметным.
Как предательство ткани.
— Боже, внимание пытается привлечь, — бросил кто-то.
— Да нытик просто.
— Лол, драма-квин.
Аня резко повернулась к стене.
Будто если не смотреть — этого нет.
Но оно было.
И это было хуже всего.
Потому что не исчезало.
⸻
Глаза начали жечь.
Сначала просто сухо.
Потом сильнее.
И одна слеза всё-таки сорвалась.
Быстро.
Тихо.
Предательски.
Кто-то заметил.
— О, смотри, щас заплачет.
Смех снова вспыхнул.
Аня резко вытерла лицо.
— Да вы заебали... — вырвалось у неё тихо.
Но голос утонул.
Потому что никто не слушал.
⸻
И тут Коля встал.
— Боже...
Он сказал это громко.
Слишком громко.
Класс сразу затих.
— Нытик, — продолжил он лениво, — я, короче, пошёл ссать после такого события.
Смех взорвался.
Учитель не было.
Контроля не было.
И всем стало только веселее.
Коля взял рюкзак.
И вышел.
Хлопнула дверь.
⸻
Все решили, что он реально пошёл в туалет.
Или курить.
Или просто свалил.
Как обычно.
Но он не пошёл никуда из этого списка.
⸻
Аня сидела одна на пару минут.
Потом резко встала.
Собрала вещи.
Слишком быстро.
Стул заскрипел.
— О, истерика пошла!
— Да пусть катится.
— Драма закончилась.
Дверь хлопнула за ней.
⸻
Коля не пошёл в туалет.
Он просто стоял за углом.
Секунду.
Две.
Слушал, как класс продолжает ржать.
И вдруг:
— Да ну нахуй...
Он выдохнул.
И пошёл следом.
⸻
Он не знал зачем.
Серьёзно.
Он бы сам не смог объяснить.
Просто...
Это было уже не смешно.
И не потому что стало жалко.
Нет.
Он вообще не любил это слово.
Просто...
что-то не совпало.
⸻
Он нашёл её не сразу.
Последний этаж.
Тот самый, где почти никто не ходит.
Она сидела в углу.
Сжавшись.
Тихо.
Так тихо, что казалось, её там нет.
Но была.
Коля остановился.
— Эй... Нестеренкооо.
Она дёрнулась.
Резко.
Отодвинулась.
Сразу.
Как от удара.
— Не бойся, — сказал он, криво усмехнувшись, — не убью я тебя.
Пауза.
Он сел рядом.
Прямо на пол.
Будто ему вообще всё равно, где сидеть.
— Руку дай, депрессивная ты наша.
— Отвали, — тихо сказала Аня.
Голос был хриплый.
Злой.
Но слабый.
Коля хмыкнул.
— Да не трясись ты.
Он аккуратно взял её запястье.
Без резких движений.
Повернул рукав.
Аня резко дёрнулась.
— Не надо...
— Надо.
Он достал салфетки из кармана.
— Блять... — тихо выдохнул.
И начал аккуратно перевязывать.
Неловко.
Без опыта.
Но аккуратно.
Слишком аккуратно для него.
— Ты совсем ебанулась? — бросил он тихо.
Не злость.
Скорее... непонимание.
— Не делай так больше.
— Не тебе решать, — отрезала Аня.
Коротко.
Холодно.
Коля замолчал.
Потом:
— Это вообще не выглядит... "клево", если ты об этом.
Аня резко повернулась к нему.
— Ты думаешь, я это делаю ради крутости?
Смех.
Короткий.
Без радости.
— Смешно.
Тишина.
Коля посмотрел на неё.
И впервые не нашёл шутку.
Вообще.
— Те реально было обидно вчера? — спросил он тише.
Аня отвернулась.
Но слеза всё равно сорвалась.
— Нет, просто скучно стала и решила суету навести.
Коля сжал салфетки.
— Ладно...
Пауза.
— Прости.
Это слово прозвучало странно.
Как будто не его.
Аня повернулась резко.
— Чего?
— Я сказал... прости.
Она смотрела на него так, будто не поняла, на каком языке он говорит.
— Ты...
— Да.
Он отвёл взгляд.
— Я понял, что перегнул.
Тишина.
Долгая.
Странная.
Неловкая.
Потом он встал.
— Всё.
— Всё? — переспросила Аня.
— Ну да.
— И всё?
— А ты чё хотела, чтоб я тут с тобой философию читал?
— Иди ты.
— Уже иду.
Он остановился на секунду.
— Только... реально не делай больше такой хуйни.
И ушёл.
Аня осталась одна.
Салфетки на руке.
Тишина вокруг.
И странное чувство внутри.
Не облегчение.
Не дружба.
Не тепло.
Просто...
пауза.
как будто кто-то впервые не добил.
А Коля шёл обратно по коридору.
С лицом, как обычно.
Но внутри было неприятно.
Потому что он впервые понял:
его шутки иногда не просто шутки.
И это ощущалось как дерьмо.
⸻