Таракааан

Коко никогда не был хорошим отцом.

Это даже не самокритика.

Это факт.

Он забывал важные даты.

Мог исчезнуть на несколько дней.

Не умел нормально говорить о чувствах.

И решал половину проблем по принципу: "если сделать вид, что проблемы нет, может, она сама обидится и уйдёт".

Не уходила.

Ни одна.

Но любил он тебя всегда.

Просто показывал это примерно с тем же талантом, с каким кирпич показывает балет.

В тот вечер в особняк пришёл человек с ножом.

Очень неприятный человек.

Из тех, кому явно стоило выбрать хобби поспокойнее.

Коко понял всё почти сразу.

Увидел чужую тень в коридоре.

Услышал шаги.

И мгновенно посерьёзнел.

Что уже было плохим знаком.

Потому что обычно он шутил даже тогда, когда не стоило.

- Пап?

- Тсс.

Он достал шпагу со стены.

Ту самую, которую раньше запрещал тебе трогать.

- Почему?

- Потому что некоторые люди не умеют вести себя в гостях.

За дверью раздались шаги.

Коко медленно выдохнул.

- Сейчас пойдёшь в свою комнату.

- Но-

- Без "но".

В коридоре появилась фигура.

Человек с ножом.

Человек явно пришёл не чай пить.

Коко сделал шаг вперёд и заслонил проход.

- Не туда смотришь, урод.

Мужчина усмехнулся.

- Отойди.

- Не люблю выполнять просьбы незнакомцев.

- Тогда умрёшь.

- Какая жалость.

Коко даже улыбнулся.

Как человек, который только что получил максимально неинтересную новость.

А потом началась драка.

Ты успела только вскрикнуть.

- БЕГИ!

И побежала.

Потому что когда взрослый орёт таким голосом, дети обычно не спорят.

Впервые в жизни.

Ты спряталась.

Сидела в шкафу.

Слышала шум.

Удары.

Грохот.

Крики.

Потом тишину.

Самую страшную тишину на свете.

Прошло много времени.

Или мало.

Когда страшно, часы начинают работать по принципу "а угадай".

Наконец ты осторожно вышла.

Дом был пуст.

Чужака уже не было.

- Пап?..

Ответа не было.

- Пап?

Тишина.

Ты пошла искать.

И нашла.

Он лежал на полу.

Неподвижно.

Слишком неподвижно.

Шпага валялась рядом.

- Пап?

Ничего.

- Папа, хватит.

Тишина.

- Папа, вставай...

Ничего.

Ты опустилась рядом.

Потрясла его за плечо.

Снова.

И снова.

И снова.

Будто если делать это достаточно долго, всё станет нормально.

Спойлер: мир так не работает.

И тогда пришло понимание.

Страшное.

Тяжёлое.

Взрослое.

Совершенно не подходящее ребёнку.

Папа больше не проснётся.

Никогда.

Ты осталась одна.

В огромном доме.

Рядом с телом.

И разрыдалась.

Потому что была ребёнком.

Потому что было страшно.

Потому что любой человек на твоём месте заплакал бы.

Даже тот идиот с ножом, если бы у него осталось хоть немного совести.

- Папа...

Голос дрожал.

Руки дрожали.

Всё дрожало.

А потом кто-то крепко обнял тебя со спины.

Ты вздрогнула.

Обернулась.

И увидела Коко.

Живого.

Не живого.

Какого-то между.

Полупрозрачного.

Растерянного.

С красными глазами.

Он смотрел то на тебя.

То на собственное тело.

То снова на тебя.

Будто сам ещё не понимал, что произошло.

- Пап?..

И тут Коко расплакался.

Сразу.

Без героизма.

Без красивых речей.

Без попыток казаться сильным.

Просто прижал тебя к себе так крепко, словно боялся, что ты исчезнешь.

- Эй...

Голос у него сорвался.

- Эй, малыш...

Ты ничего не понимала.

Абсолютно ничего.

Но обняла его в ответ.

Потому что это был папа.

Даже если он теперь светился подозрительнее ночника.

Коко зажмурился.

И понял одну очень простую вещь.

Ему больше некуда идти.

Никаких загробных миров.

Никаких вечных покоев.

Никаких высших сил.

Потом.

Когда-нибудь.

Не сейчас.

Потому что здесь оставалась ты.

Маленькая.

Напуганная.

Совсем одна.

Он уткнулся лицом в твои волосы и тихо пробормотал:

- Прости. За всё. За все годы. За все ошибки. За то, что не успел стать лучше при жизни.

А потом поднял голову.

Посмотрел на дверь.

На особняк.

На мир.

С выражением человека, который только что принял самое упрямое решение в своей жизни.

И смерти.

- Нет.

Он крепче обнял тебя.

- Я никуда не уйду.

Смерть уже забрала его.

Но тебя она не получит.

По крайней мере, не одну.

Якира.
Альтернативный Якира как отец - это буквально ситуация:

"Кто вообще доверил этому существу ребёнка?"

Ответ:

Никто.

Просто так получилось.

И самое страшное - каким-то образом это сработало.

Когда ты родилась, Якира посмотрел на тебя очень внимательно.

Очень долго.

Очень подозрительно.

- Мда.

Это было первое, что ты услышала от собственного отца.

- Ну и что мне с этим делать?

Ты немедленно заревела.

Громко.

От души.

Как положено любому новорождённому.

Якира дёрнул ухом.

- Нет! Только не ори!

Ты продолжила.

- Я тебя сейчас обратно положу!

Ты заорала ещё громче.

- Да понял я!

Через пять минут он уже лазил по кустам.

Через десять ругался на птиц.

Через пятнадцать пытался поймать хоть что-нибудь съедобное.

Потому что ребёнок продолжал реветь.

- Кто вообще придумал младенцев?!

Ты не ответила.

Продолжала плакать.

В тот день Якира впервые проиграл спор существу, который даже говорить не умел.

И с этого всё началось.

Честно говоря, никто до сих пор не понимает, как ты вообще выросла.

Потому что методы воспитания Якиры были...

Специфическими.

- Пап.

- Что?

- Мне холодно.

Якира посмотрел на тебя.

Потом на солнце.

Потом снова на тебя.

- Подвинься ближе к солнцу.

- Это не работает так.

- А я думаю работает.

- Папа!

- Что?!

- Ты ужасный родитель!

- Ты сама пришла ко мне. Не жалуйся.

Зато он учил действительно полезным вещам.

По его мнению.

Как услышать опасность.
Как убегать.
Как лазить по деревьям.
Как кусаться.

- Кусаться обязательно?

- Особенно обязательно.

- Почему?

- Потому что иногда люди заслуживают.

Самое страшное было то, что ты внимательно слушала.

Очень внимательно.

Поэтому проблемы начались быстро.

Однажды ты пришла домой вся грязная.

В листьях.

В пыли.

И с разбитой губой.

Якира посмотрел на тебя.

- Что случилось?

- Я подралась!

- С кем? С мусором? Пакетом?

- С собакой!

- С собакой? Уличной?

- Да.

- Большой?

- Очень.

Якира медленно сел.

Потому что разговор становился всё хуже и хуже.

- И кто победил?

Ты задумалась.

- Не знаю.

- Что значит не знаешь?

- Она убежала.

- А ты?

- Тоже убежала.

- Тогда ты проиграла.

Это была самая якировская логика в мире.

Потом ты откинула волосы.

И показала царапину возле глаза.

- Смотри.

Якира посмеялся.

Потому что шрам находился почти там же, где и его собственный.

- Видел?

Ты сияла от гордости.

Будто получила медаль.

- Теперь у меня такой же.

Якира ещё несколько секунд смотрел на тебя.

Потом на шрам.

Потом снова на тебя.

И опять рассмеялся.

По-настоящему.

Громко.

- Ты совсем ненормальная?!

- В тебя пошла!

- К сожалению.

- К счастью.

Он снова засмеялся.

И неожиданно потрепал тебя по голове.

- Хвастаешься шрамом?

- Конечно.

- Дура.

- Эй!

- Моя.

Это прозвучало почти случайно.

Почти.

Но ты всё равно услышала.

И улыбнулась.

Потому что Якира никогда не говорил красивых вещей.

Никогда не рассказывал про любовь.

Никогда не обнимал без причины.

Зато смеялся, когда видел тебя счастливой.

Делился едой.

Следил, чтобы ты вернулась домой.

И каждый вечер проверял, спишь ли ты.

По-кошачьи.

Молча.

Делая вид, что ему вообще всё равно.

Хотя вы оба прекрасно знали, что это самая большая ложь в его жизни.

Самое забавное, что такой Якира воспитывал тебя не как человека, а как маленького котёнка. И когда ты выросла драчливой, вредной и гордой своим первым шрамом, он посмотрел на результат и подумал: "Ну... вроде всё правильно сделал."

А потом ещё неделю смеялся, вспоминая, как его дочь пошла драться с собакой и посчитала это достижением.

Хару был для тебя человеком, который мог победить всё.

Дракона.

Монстра.

Конец света.

Или, например, аиста.

- Пап, а как я родилась?

Хару сразу понял, что это ловушка.

- Тебя аист принёс.

- Нет.

- Почему нет?

- Потому что аисты уносят зайчиков.

- Кто тебе это сказал?

- Я сама придумала.

Хару посмотрел в потолок. Потолок поддержки не оказал.

- Ладно. Тогда ты была зайчиком.

- Погоди...

Ты замерла.

- Получается, ты меня у аиста отобрал?!

- Нет, я не...

- ПАПА!!!

Через секунду ты уже висела на нём.

- ТЫ СПАС МЕНЯ!

- Я никого не спасал!

- СПАСАЛ!

- Это не так работает!

- ДЛЯ МЕНЯ ТАК!

Хару тяжело вздохнул.

Спорить было бесполезно.

Особенно с ребёнком, который уже назначил тебя героем своей собственной легенды.

- Пап?

- Что ещё?

- А если аист вернётся?

- Не вернётся.

- Почему?

- Потому что я большой.

Ты серьёзно кивнула.

Аргумент был железный.

И Хару вдруг понял, что если бы действительно пришлось спасать тебя хоть от аиста, хоть от дракона, он бы даже не задумался.