«Смирись, гриффиндорка»

Когда вы спускались по крутой винтовой лестнице из кабинета директора, эхо ваших шагов мягко отдавалось от каменных стен. Напряжение наконец-то полностью спало, уступая место какому-то невероятному облегчению. Драко всё еще крепко держал твою ладонь в своей, ведя тебя по коридору, но его лицо всё еще было немного напряженным после тяжелого разговора с отцом.

Ты мягко потянула его за руку, заставляя притормозить у одного из больших готических окон, за которым догорали вечерние огни Хогвартса.

— Драко, подожди, — тихо произнесла ты, заглядывая в его серые глаза. — Нам нужно кое-что обсудить перед тем, как мы зайдем в Большой зал. Дамблдор прав: мальчики и Гермиона примут тебя после того, что ты сделал. Но и ты должен сделать шаг навстречу. Пожалуйста, веди себя с Гарри, Роном и Гермионой как с друзьями, а не как с врагами. Хватит этой пятилетней войны. И... называй их, пожалуйста, по имени. Никаких больше «Поттер», «Уизли» или «Грейнджер».

Драко на секунду замер. Его слизеринские брови привычно взлетели вверх, а на губах дернулась привычная маска скептицизма. Назвать Поттера «Гарри», а Уизли «Роном» для чистокровного наследника Малфоев казалось чем-то из разряда фантастики. Он открыл было рот, чтобы привычно съязвить, но, посмотрев в твои умоляющие и полные любви глаза, его спесь мгновенно испарилась.

Он тяжело, но смиренно вздохнул, и на его губах появилась мягкая, слегка виноватая ухмылка.

— Ладно, гриффиндорка, твоя взяла, — хрипло прошептал он, наклоняясь и нежно целуя тебя в лоб, а затем скользя губами по твоей щеке. — Пойти против отца было проще, чем обещать не называть Уизли нищебродом, но ради тебя я попробую. Обещаю вести себя прилично и не портить твою идеальную гриффиндорскую идиллию. Пойдем, пока твой... Рон не съел весь ужин из-за стресса.

Он лукаво улыбнулся, снова переплел свои пальцы с твоими, и вы вместе уверенно направились к тяжелым дубовыми дверям Большого зала, готовые открыть совершенно новую главу вашей истории.

Тяжелые дубовые двери Большого зала Хогвартса со скрипом распахнулись. Когда вы с Драко вошли внутрь, крепко держась за руки, гул голосов за столами мгновенно затих. Все взгляды устремились на вас. Пэнси Паркинсон за слизеринским столом победно выпрямилась, ожидая увидеть твои слезы после визита к Люциусу, но её лицо мгновенно позеленело от злости, когда она заметила твою уверенную улыбку и то, как собственнически Малфой сжимает твою ладонь.

Вы целенаправленно направились к гриффиндорскому столу. Гарри, Рон и Гермиона сидели рядом. При вашем приближении мальчики синхронно переглянулись и напряглись, но в их глазах больше не было утренней ярости — только сильное смущение и вина.

Драко остановился прямо напротив них. Ты слегка сжала его пальцы, подбадривая и напоминая о данном обещании. Слизеринский принц судорожно сглотнул, его бледные щеки тронул едва заметный румянец, а аристократическая уверенность на секунду полностью его покинула. Для парня, которого пять лет учили презирать этих людей, произнести их имена было настоящим испытанием.

— Привет... — тихо начал Драко, и его привычный ленивый голос вдруг предательски дрогнул. Он прочистил горло, переводя взгляд на твоего лучшего друга. — Привет, Р... Рон. Извини за утреннюю выходку моих... парней с шарфом.

Рон от неожиданности едва не выронил вилку из рук. Услышать собственное имя из уст Малфоя, да еще и в паре с извинениями, было для него культурным шоком. Уизли круглыми глазами посмотрел на Драко, а затем на тебя.

Драко перевел взгляд на Поттера, всё еще заметно нервничая и слегка заикаясь от непривычки:

— Г... Гарри, Гермиона... В кабинете всё уладилось. Дамблдор помог. Надеюсь, вы не против, если я... присоединюсь к вам?

В Большом зале, казалось, перестали звенеть даже тарелки. Гриффиндорцы за соседними партами вытягивали шеи, не веря собственным ушам.

Первым из ступора вышел Гарри. На его лице появилась мягкая, искренняя улыбка. Он подвинулся на скамье, освобождая просторное место рядом с собой.

— Садись, Драко, — спокойно и дружелюбно ответил Гарри, намеренно выделив его имя в знак ответного примирения. — Рады, что всё обошлось. Черничный пирог будешь?

Рон, всё еще пунцовый от смущения после ночной Сыворотки Правды, согласно закивал и поспешно придвинул к Малфою тарелку с пирожками, а Гермиона с восторгом и гордостью посмотрела на тебя, одними губами шепча: «Ты сотворила настоящее чудо».

Драко облегченно выдохнул, его плечи наконец расслабились. Он сел рядом с тобой, под столом снова крепко переплетая свои пальцы с твоими. Пятилетняя война Хогвартса была официально и окончательно окончена.