Айгиптос

Всё время пока мы летели, Лина ни разу не проснулась, она не ела, не ходила в туалет. Я более чем уверен, это стресс. Да и волноваться об этой девчонке зачем. Мне всего лишь сделать дело и отпустить её. Убедить её не обращаться в полицию, если она вздумает посадить меня. В телефоне ей звонила мать, какая-то девушка, видимо когда я забрал её, она переезжала на съемную квартиру. Пришлось играть игру, что она заехала в квартиру, всё хорошо и ничего ей не надо.
Самолёт жёстко приземлился, нас прилично начало трясти. Только после этого Лина открыла глаза и начала оглядываться по сторонам.

— Мы падаем? Мы умрём?

От такого я отвернулся и засмеялся в себя. Она была смешная, растрёпанная, сонная, испуганная. Тысяча эмоции на её лице. Быстро взял себя в руки и повернулся.

— Просто неудачная посадка. Расслабься. Пойдём.

И ей ничего не остаётся как идти за мной, потому что, она в другой стране, одна и у неё мои вещи. Я рад, что она смирилась. Если смирилась конечно.
Мы забрали наши вещи и вышли из аэропорта. Лина оглядывается по сторонам, с интересом рассматривая, что стоит в окружении. Думает как сбежать? Около аэропорта, Аид пообещал оставить мне внедорожник. Пока мы шли до него, моя совесть продолжала мучать меня. Что будет с её мамой, которая наверняка уже ищет Лину? Или у неё, парень, муж, который переживает, а она без связи? Женщина которая доверила ей свою квартиру, что с ней делать?
Как только установлю с ней контакт и мы начнём доверять друг другу, я обязательно дам ей позвонить родным. Хотя связь и пустыня это две невообразимые вместе вещи.
Машина оказывается открыта, ключи лежат в бардочке, я сажаю девушку на переднее сидение и загружаю все вещи в багажник, всё оружие я перекладываю на заднее сидение, вооружаюсь пистолетом на всякий случай. Ну и так, чтобы спутница не видела. Не хочется быть застреленным посреди пустыни.
Мы едем сразу в сторону пустыни. Около въезда в неё, я помню одинокий стоящий магазинчик с кучей дешёвой еды.

Едем в тишине, так как связи уже нет. Я только вижу краем глаза, как Лина смотрит в окно и не прекращая грызёт кончики волос, перебирает их руками и гладит себя по волосам. Усмехаюсь внутри себя.
Сейчас главное доехать до пирамиды и всё закончить. Моя надежда, что дядя ничего не знает и я сделаю это без проблем. Он бы явно не хотел, чтобы племянник испортил такой грандиозный план.
Как только всё это закончится, я лично убью родного дядю. Ибо ради своих целей, он уничтожил мою семью, превратив её в безутешный комок скорби. Мир остановился и без отца ничего в нём не имеет значения.

Мы заехали в магазинчик, Лина пошла со мной. Надеюсь, она понимает, что помощи ждать не откуда и не устроит цирк. Я хочу думать только о своём плане, а не о том, как спасать несчастных жителей от сумасшедшей девушки. Продавец, который кажется уже лет пять не видел людей, улыбался, хлопал в ладоши и даже пытался понянчиться с Линой, как с маленькой. Её брезгливый взгляд оттолкнул несчастного продавца. Но она явно не из таких девушек, которые ведут себя как высокомерные твари.

— Бери с полок только то, что не испортится. — я оглянулся на Лину. Она слабо кивнула головой и двинулась вдоль прилавков. В её взгляде читалась грусть. Я ничего с этим не могу поделать. Только извинится, да и то, у себя в голове.

Через пол часа мы обогатили несчастного продавца. Закинули еду в багажник и я выезжая с парковки, вижу как мужчина разговаривает с кем-то по телефону, улыбается, прыгает и закрывает магазин. Возможно у него семья и маленький ребёнок, а мои вложения несказанно обрадовали его.

— Итак, ты уже подумала над моим рассказом? — я решил разбавить тишину в машине.

— Ты несёшь бред, это очевидно. Ты сумасшедший. — она не смотрит на меня, только в окно. В её голосе никаких эмоций. Мне это не нравится.

— Ты должна поверить, от этого зависит цель моей миссии. — я продолжаю смотреть на дорогу.

— Какая миссия? Глеб, давай по-честному. Ты болен! Ты просто украл меня из страны и тащишь куда-то без цели, втирая мне что-то про наших отцов! И какие бы планы для побега я не придумывала, ты всё продумал на несколько шагов вперёд. Поэтому, я уже не пытаюсь сбежать, я просто сдалась. Ты сумасшедший, а может ты чей-то сын, который решил через меня отомстить покойному отцу!

— Если ты знаешь, что я продумал всё, значит я не такой сумасшедший? — всё ещё пытаюсь достучаться до неё.

Но она замолчала. И не произнесла ни слова. Когда стемнело, мы наконец-то достигли начало дороги, она вела в пустыню. И это наша первая остановка, чтобы перекусить и поехать дальше, бензина в багажнике достаточно, я и это продумал. Ужинали в молчании и оба разглядывали песочные дали. А потом поехали дальше. Неужели она даже не спросит, зачем мы едем в пустыню? Сломалась? Смирилась? Боится? Если честно, меня это пугает. А может увидела оружие и уже думает как убить меня?