Глава 10. Рождество удалось.
Портал открылся неохотно, с каким-то скрипом. Компания в вразвалочку перелезла с одной Близнецовой вселенной в другую и, придерживая вещи, чуть не рухнула в снег.
-Снег! – восхитилась Агата, восторженными глазами озираясь на лес вокруг них. – Последний раз такой снег видела только в Сибрии. Вот это Рождество будет! Целая неделя в раю.
-Я уже хочу домой… - скромно заныл Бонд, прижимая к себе несколько сумок.
-Обязательно было именно в лесу? Почему не сразу у дома? – тихо проворчала Джу, поправляя недавно довязанную шапку Агаты на самой девушке. Это была лилового цвета голова кошечки, чьи лапы служили шарфом.
-Глупый вопрос. – Фил хотел продолжить, направившись по дороге, но в затылок прилетел снежок. – Кхм, так вот, чтоб ты знала, странные разломы между вселенными очень заметны глазу. Так что не бубни, а наслаждайся морозной природой. Прогулка по лесу будет тебе полезна, Джу.
Она вся нахохлилась, но молча пошла за Филом, буравя его затылок взглядом. Рядом поскакала Агата с Ванессой под руку – та была по нос закутана в вязаный шарфик, и это положение дел ей приходилось не по сердцу! –, а следом потянулся Бонд, разглядывая громадные еловые деревья. Пахло хвоей, теплой древесиной и шишками.
Фил впервые за, наверное, всю жизнь, напялил на себя обычную мирскую куртку. В первую очередь потому, что теплый плащ, попрощавшись с ним, сгорел в сугробе. А еще лишние внимание было бы ни к месту. Они – молодые люди, собирающиеся простенько отметить Рождество на опушке снежного леса в кругу близких друзей. Ничего необычного, а главное – по закону.
Поначалу скорее плелись, чем гуляли, да молчали. Но Агата, замучившись пытать Джу и брата, вспомнила про Фила. Припрыгала к нему, поравнявшись.
-Ты обещал дорассказать мне про Вождей и все такое. Мне скучно, расскажи-и-и все-все, пока время есть!
Фил вздохнул, а затем усмехнулся.
-Не помню, на чем остановился. Что именно тебе интересно?
-Ну, не знаю. Все! О вашей истории, каких-нибудь традициях. Удиви меня!
-Удивить? Что ж, ну… Знаешь, будь это ваша вселенная, я в целом мог доставить нас всех в любую точку мира без всяких перелетов, не потратив ни копейки.
-Но это было бы незаконно, - резонно ввернул Бонд.
-И не безопасно, - спокойно отозвался Фил, прикрыв глаза на пару секунд. Пошел легкий снег. – Если разрешите, я продолжу. В общем, так у нас в Сибрии заведено, что благодаря высокоразвитому иномирцу, который пришел несколько тысяч лет назад и попытался склеить племена, наш народ сильно развит. Но при этом наша культура не отличается чем-то таким. Мы люди, глубоко уважающие свои обычаи. Но при этом способные пользоваться техникой, близкой к технологиям ЕСВ. В общем, у нас на Родине очень любят один способ передвижения – полет на досках. Это обычная железка, как скейтборд, только способная унести в даль неба. Я очень хорошо летаю и люблю это делать. Меня можно назвать любителем, я, понимаете, далек от чемпионатов по этому виду спорта, которые когда-то проводились в Сибрии. Короче, летать на доске – круто, я часто катал Ванессу.
Девочка закивала и явно оживилась.
-Но пароль от «Ноуры» мне не давал! Я тоже летать хочу!
-Рано. – Он беззаботно потрепал ее по макушке, и шапка сползла набок. – Моя Ноура для тебя слишком быстрая.
-Но ведь если это доска, значит, там вряд ли поместятся… скажем, человека три? – Джу выгнула бровь.
-Верно, конфетка моя. – Он не сдержался и прыснул, увернувшись от нового снежка. Но затем получил в висок. Утирая снег, продолжил: - Поэтому и не повез нас. Максимум двое, в очень сложных ситуациях – трое. Проще подделать личности и метнуться в другую вселенную, чем пытаться уместить вас всех и вещи на моей бедняжке-Ноуре. Но я ее с собой прихватил, может, еще прокачу кого-нибудь.
-Ладно, зачту тебе. Летающие доски – это прикольно. Мне больше интересно узнать про того иномирца. Это что, получается, первым правителем был не сибриец?
-Ой, сложная эта история. Когда наши предки только стали делать оружия из металлов, в наш мир пришло «божество». На самом деле он был обычным драконом из продвинутой, очень древней вселенной, но людям это не было известно. Он быстро обрел власть, поскольку знал намного, намного больше, чем мы. Он-то и помог ускорить эволюцию. Впрочем, правил он долго. Больше тысячи лет. Не знаю, обладал ли долголетием с рождения или знал какой-то секрет, но так вышло. Мы крайне не любим его вспоминать, потому что он был излишне жесток. Пользовался своей властью, умом и силой. Его со скрипом на зубах упоминают только на страницах учебника, и то самое основное. Хотя остальных правителей у нас ценят, сравнивают с полубогами.
-А потом что? Как он умер? – Агата затаила дыхание, а Ванесса скучающе пнула сугроб, словно слушала урок истории.
-Народ медленно, но верно выходил из себя. Уж очень много бед это «божество» принесло в наш мир. Даже представить страшно, но наше население уменьшилось почти вдвое за эти годы по его вине. Наказывали палачом даже за мелкую кражу. А потом-то? Потом было одно из крупнейших побоищ в истории. «Сибрийский бунт». Нашелся смельчак, любимец народа. Обычный юноша. Его звали Миррен. Он проник во время боя в замок и убил дракона. Миррен взошел на престол, стал именно Вождем, а не Главарем. После него были еще двое – Линдина и Саламин, последний тоже жил долго. А умер глупо, от рук Генри…
Фил едва махнул рукой, погрустнев. Вождя он уважал не меньше остальных.
-Устроил восстание. «Переворот веры». Перебил преемников Саламина и его самого. Долго правил. И, будучи помешанным на первом правителе, снова поменял название. Главарем себя величал, шут гребаный. Даже больше! Он сына своего, этого принца-белоручку, в честь него назвал. Так вот в Сибрии и жили два Дерена.
Джу вздохнула глубоко, глядя себе под ноги, а Агата свела брови.
-Не знаю, ходил ли этот урод в сад или школу, но, надеюсь, его травили.
-Травили, да еще как. Это имя страшное, запрещенное.
Агата, заметив, что и Фил, и Ванесса нахмурились, решила кардинально сменить тему.
-Забудем об этом придурке! Ты скажи лучше, у вас Рождество есть?
Ванесса шагала равнодушно. Ее не волновало это слово так, как Агату, у которой глаза искрились лишь от одного упоминания. Что вообще такое это «Рождество»?
И Фил правда оживился. Глядя в небо, нырнул в какие-то свои мысли.
-Что-то подобное есть, но все совсем не так, как у вас. Сибрийцы очень ценят свою общепринятую религию – анираизм. У нас она специфична. По древним священным писаниям, есть богиня по имени Анира. Она же – звезда в нашей системе.
-Как солнце? – вдруг ввернул Бонд, а Агата испуганно повернула голову, словно забыла, что он тут.
Фил посмотрел на друга и с улыбкой кивнул.
-Да, как солнце. Только название другое. Так вот, считается, что когда-то мы совершили страшный грех. Многие уверены, что дело как раз в Дерене, который дракон, если что. Он не из нашего мира и нарушил естественный ход эволюции, рассказав про неведомые ранее технологии. С того дня земли покрылись толстым слоем снега, а Анира скрылась в облаках. Так и появился самый ожидаемый праздник в нашей стране, который должен призвать Аниру, чтобы она улыбнулась нам, отогрела планету теплом. Фестиваль красной звезды... Старики готовят пироги в форме звезд, взрослые украшают цветами улицы, а детишки плетут венки и лепят из снега зверей, надеясь, что его – снега – станет меньше, и тогда Анира явится…
Фил мечтательно улыбнулся, но в следующий миг опечаленно вздохнул, поправив на плече сумку и сунув руки в карманы толстой куртки.
-Давно уже не празднуем. В этот день ключеров на улице больше, и они становятся жестче, патрулируя город и следя, чтобы никто «не портил столицу глупыми цветами».
-Ты тоже патрулировал? – ужаснулась Агата.
Фил помолчал. На лицо налегла тень.
-Приходилось. Я видел, что многие семьи все же скромно веселятся в своих домах и под землей, в подпольных клубах, стараясь не шуметь и не привлекать внимания. Это радовало и печалило меня. В те времена сибрицы и сплотились, и отдалились одновременно.
-Мне хотелось бы побывать на этом фестивале. Представляю, какой там веселый настрой… - жалобно протянула девушка, а Ванесса печально вздохнула. Джу и сама не сдержалась – уголки губ смотрели вниз.
-Я надеюсь, что после смерти семьи Главаря все наладиться. Никогда не пожалею о том, что убил Генри и, хоть и случайно, сжег его сынка и женушку. Они были ничуть не лучше него.
Джу вдруг остановилась.
-Не говори так об этой женщине.
Все обернулись. Девушка держала руки в карманах, плечи напряглись. Она возмутилась ни на шутку.
-Ты знал ее? Разве можно так говорить о матери. Может, сынок у нее и гадкий, но она сама разве не жертва с таким-то мужем?
Фил ошарашенно хлопнул глазами. Затем осел и, согласившись, кивнул.
-Ты права, я что-то разошелся. Насколько я знаю, Розанна… была неплохим человеком. Она и взяла меня на работу ключером.
Они снова медленно поплелись по дорожке.
-Работа тяжелая, гадкая, но вынужденная. Не нравилось мне людей ловить, плясать под дудку Генри и Родину свою каждым вздохом придавать. В общем, забудьте. Это в прошлом. Все будет хорошо – я знаю это.
Фил взаправду знал, что так будет. Потому что хотел помочь своей Родине, потому что хотел исправить свою ошибку, потому что помнил об уговоре с Катариной. Прошло больше месяца, а ему так и не удалось придумать что-либо, только на брата наткнулся! Пришлось на время забыть обо всем, кроме него. А встреча с братом не дает покоя, не оставляет времени на то, чтобы хотя бы взглянуть на записи отца и матери, которые удалось ухватить. Хотя, он боялся читать их.
Страх. Как же Фил его ненавидит. Это чувство преследует его уже около пятнадцати лет, заставляет ощущать себя крохотной мышью. Он постоянно портит все, вот только не находит в себе смелости исправить. Пока что он может только бесконечно сбегать и прятаться от своего прошлого, но предчувствие, что вот-вот он столкнется с ним лицом к лицу, не покидает Фила.
Он старался унять тревогу, усмирить мысли о брате, но вся дальнейшая прогулка прошла мимо него. У мужчины было стойкое ощущение, что он выпал из этого мира. Не было твердой опоры под ногами, дорога превратилась в сплошную снежную полосу, а Агате, с возбуждением рассказывающей истории, будто выключили звук. Она все открывала и открывала рот, смеялась, слушала комментарии Бонда, Ванессы и Джу, а Фил всего этого не слышал. Шел мертвецом впереди всех.
Как в тумане, мужчина наконец вышел к заснеженному холму. На верхушке маячил деревянный домик.
-Что с тобой? – раздался чей-то голос впервые за долгое время.
С испуга Фил схватил бластер за поясом и резко обернулся к Джу, ошарашенно приподнявшей руки, словно пойманный вор. Она смотрела исподлобья не то хитро, не то невинно.
Агата ничего не заметила, нагнувшись над деревом в нескольких десятках метрах. Кажется, что-то обронила и теперь искала в снегу. Ванесса маячила рядом – ей и Бонду помогать запретили. Бонд же, стоя с сумками наперевес, метнул подозрительный взгляд в сторону друзей. На секунду он почувствовал настоящую опасность, но вовремя увидел испуг и растерянность Фила, а еще – легкий мах рукой, посланный Джу, мол: я разберусь.
-Каждый раз, стоило мне заговорить, ты лишь клал руку на бластер… Сейчас уже схватился. А дальше что? Пристрелишь? – усмехнулась девушка, когда Бонд отвернулся. – И как ты его так незаметно пронес под курткой, а?
-У меня свои методы, - он прочистил горло и убрал оружие, виновато глянув на Джу. Постарался проморгаться и прийти в себя. Как он так неожиданно растерял весь контроль? Вот только что шел, весело болтал…
-Знаю… Пришельцы с других миров явно и не такое умеют. – Она вложила руки в карманы куртки, оглядев густой лес с высокими елями на другой стороне опушки. Вдохнув запах смолы полной грудью, Джу сказала: - Агата долго будет капаться, а Бонд без сестры не уйдет, мало ли что. Пойдем пока к домику?
Девушка указала пальцем на небольшое деревянное строение, находящиеся на вершине некрутой горки.
Фил загляделся на него и очнулся только тогда, когда Джу уже прошла мимо и не спеша побрела по скрипучему снегу. Красная вязаная шапка прятала ее непослушные волосы, а помпон игрался, качаясь и прыгая от каждого движения. Наверное, Агата связала. Почему вдруг Джу решила с ним поболтать? Как посмотрит на него – мурашки, будто убить хочет! Им редко удавалось даже оставаться наедине, а тут и разговор…
-Ты почти всю прогулку, как на иголках, - утвердила она, когда мужчине удалось ее догнать, - неужели принял близко к сердцу мои слова о той женщине? Розанна, верно же?
-Что ты, брось… - Он натянул привычную лисью улыбку. – Очень переживаю из-за… в общем, недавней ссоры с Ванессой. Даже не знаю, как подступиться после всего, что успел наговорить. Но все постепенно пошло на лад с того вечера у, ха-ха, горы рыб.
Он горько усмехнулся, а Джу поняла, что продолжать вытягивать из него что-то – мертвое дело.
-Ясно.
Фил медленно кивнул. Он ведь и не врал, ссора с дочерью волновала его с того самого дня, однако Фин…
-Знаешь, а ведь никто никогда не интересовался, все ли у меня в порядке, - вдруг прервала его мысли девушка. Это было не просто неожиданно, это…
Что?..
Фил вдруг остановился и, вопросительно сведя брови, уставился на Джу.
-Ты был первым, - повернув только голову, добавила она, продолжая идти. Уголки губ едва заметно приподнялись.
И она отвернулась.
-Надеюсь, ты никогда не помиришься со своей тенью.
Девушка не закончила свою мысль, лишь ускорила шаг и вскоре исчезла из поля зрения Фила, оставшегося позади.
Тенью? О чем она?
Мурашки невольно забегали по всему телу. Джу и так казалась жутковатой, а этот странный диалог… К чему он?
-Дикая… - промямлил он, смотря ей в спину. Затем, растерявшись, решил прикрикнуть: - Вообще не смешно!
Кто-то положил теплую и увесистую руку на плечо Фила, сжимая.
-Чего застыл, истукан? Что это у вас? – Бонд хмыкнул, а после стал завязывать белый шарф на недовольной Ванессе. Посмотрел на Джу, что умиротворенно шагала в горку. Сзади уже подходила Агата.
-Да ничего… ничего, - отрешенно отозвался Фил, сглотнув.
Ощущение, будто все на него давит.
Дом оказался довольно стареньким и пустым, но низкая цена, отдаленность и вид на дикий заснеженный лес позволили проигнорировать небольшие неудобства. Тут уж кому как: Фила привлекла пустота дома, она говорила о том, что в этом месте бывают редко, и зря – запах сосны в доме успокаивает, пьянит разум; Агата и Бонд же чувствовали себя как дома, ведь их жилище не славилось новизной.
Первый этаж почти полностью достался просторной гостиной с большими окнами, рамы которых были сделаны вручную. Справа находилась крохотная ванная комната, а прямо перед входом – винтажная лестница из сосны, успевшая покрыться небольшими зазубринами и потемнеть от времени. Бонд не мог не отметить, что выбор дерева для лестницы хоть и неудачен мягкостью породы, но оправдан дешевизной дома.
На втором этаже было три спальни. Самую большую успели занять девушки вместе с Ванессой, а в остальных же скромно разместились Фил и Бонд.
В коридоре второго этажа плохо горел свет. Так тускло, что компания еле разглядела лесенку на чердак.
-Хозяин говорил, что оставил нам небольшой подарок на чердаке… - говорил Фил, складывая руку над сощуренными глазами козырьком и стараясь хоть что-то разглядеть во мраке.
-Надеюсь, это не труп, - кисло усмехнулся Бонд, словно для него это в порядке вещей, стоя внизу и придерживая с виду не очень надежную лестницу.
-Тут елка! Живая, представляешь?
-Да ладно! – парень с интересом вытянулся в шее, будто мог рассмотреть поближе.
-Отвечаю, - прохрипел Фил, стараясь утащить тяжелое дерево вниз, - уже и в горшке… Владелец, если не ошибаюсь, настоящий лесоруб. Думаю, ему такой «подарок» срубить не составит труда.
-А чего дом сдал?
-Как я понял, сезонно сюда приезжает. А на праздники всегда сдает, многим, видите ли, хочется побыть в таком уединенном месте.
-Так осуждающе говоришь, будто мы не такие же, - Бонд улыбнулся, и, когда Фил с елкой почти спустился, помог и придержал находку за горшок. – Потащим на первый этаж?
-Без вопросов – тащи!
Елочка красиво вписалась в угол гостиной, смущенно распахнув свои лапы. Агата сразу принялась украшать ее, утянув с собой и Ванессу, пока Джу старалась разобраться с огромным складным столом. Она все чесала затылок и пыталась его правильно разобрать, игнорируя предложения о помощи от парней. Фил решил украсить дом снаружи, а Бонд взялся за обед.
-Ванесса! Подай, пожалуйста, тот желтый шарик… - не отвлекаясь от дела, попросила Агата, пошатываясь на стуле, ножка которого была чуть короче остальных. Видимо, хозяин сам делал…
Девочка наблюдала за творчеством подруги, задрав голову так, что шея уже заболела. Услышав просьбу, она нагнулась к слегка помятой коробке, найденной на том же чердаке, и потянулась за игрушкой, покрытой блестками.
Шарик, выскользнув из рук, весело покатился в коридор, поблескивая на прощание.
-Ой, я сейчас… - Девочка поспешила догнать шарик, хмурясь от того, что сбежавший никак не хотел останавливаться.
Вдруг игрушка врезалась в чей-то мысок, а Ванесса еле успела остановиться, вскинув голову. Фил аккуратно поднял шарик, вручив его дочери. На кончиках пальцев остались желтые блестки, переливающиеся от света за окном.
-Спасибо, - буркнула она, от неловкости опуская глаза.
Мужчина улыбнулся тепло, даже нежно. Потрепал дочь по макушке, а затем обнял. От него веяло морозом, а щеки порозовели. Видимо, только вернулся с улицы.
-Ну все, все! – Ванесса попыталась отстраниться, смущенно заметив через проем веселые глаза Джу, наблюдающие за ними. Ей даже понравилось ставить Ванессу в неловкое положение.
-Хочешь? – раздался голос позади Джу. Она обернулась и заметила Бонда с горячим кексом в руке, что возвышался над ней и неразобранным до конца столом. Сзади маячила до жути довольная Агата, пихая в рот такой же кекс.
-Бонд, ты мне обязательно расскажи, как ты такое чудо сделал! – с набитым ртом пробубнила та, и крошки посыпались на свитер и пол.
-Хочу. – Девушка слабо улыбнулась и приняла угощение.
Вкусила жадно, а затем слизала с губ сахарную пудру. Кекс был горячим, жег язык, но тут же таял из-за своей пышности… Джу удовлетворенно выдохнула и закрыла глаза, чувствуя настоящее блаженство. Вот прямо сейчас она дома, со своей настоящей семьей… В кругу любви и заботы. А то воспоминание, когда она попробовала почти такой же яблочный кекс впервые, осталось далеко-далеко позади…
Когда ранее неприметный домик засверкал от гирлянд и запестрил от новизны украшений, ребята вновь почувствовали прилив усталости. Тяжело далась длинная прогулка по сугробам, а работа по дому окончательно вытрясла из них души. Компания ближе к одиннадцати часам расползлась по комнатам, не в силах пожелать друг другу добрых снов, как делали это обычно, или порадоваться тому, как стал красив дом в своем новом виде. Зато теперь все готово к Рождеству. И целая неделя свободна для отдыха и подготовки подарков.
За неделю ребята обжились. Дружно расчистили снег вокруг дома, слепили гигантского снеговика и приклеили ему на шею элегантный розовый бантик. Но они не бездельничали – каждый за это время успел скататься в ближайшую деревушку под разным предлогом и накупить друг другу много подарков и сувениров. Повезло, что большая часть деревни говорила по-английски хотя бы чуть-чуть. И еще больше свезло, что Фил знал норвежский. Но тяжелее всего было как раз Ванессе и ее отцу – в магазин они наведались вместе, и пришлось скрывать друг от друга подарки, как только можно.
В канун Рождества, 24 декабря, Бонд весь день крутился юлой на кухне. Агата кошкой подворовывала еду и делилась с Ванессой, а Джу с Филом раскладывали упакованные подарки под елку. Хорошо, что в гостиной был камин – мужчина вешал носки с некой гордостью, явно занимаясь этим впервые.
С наступлением ночи перед Рождеством все стихло. Дом расслабился в тишине и замолк, впустив внутрь небольшой холодок. Все уже заснули, и даже, казалось, лес уснул вместе с ними. Погода стояла приятная: снег не сыпался с неба, а за окном тепло. Не было слышно воя лесных жителей, шума насекомых или громкого пения хора где-то за лесом, в деревне. Здесь – покой, который тревожил лишь приятный свист ветра, слоняющийся между деревьями-гигантами, и редкое ворошение лап елок, которые будто сбрасывали с себя порядком надоевший тяжелый снег.
Филу казалось, что ему одному неспокойно спиться в эту тихую ночь. Уже несколько часов он ворочался с боку на бок, просыпался, бредил в полусне и видел какие-то силуэты в углах комнаты. В неглубоком сне ему мерещились крики, от которых голова гудела и трещала. Он вновь видел брата:
-Я убью тебя, Фил Фониас! – Он вопил, как не в себя. – И ты поплатишься! Поплатишься за все, что отнял у меня, тварь!!! Ты убил всех, уничтожил все! Ты монстр…
Монстр! Монстр! Монстр! Ты – и есть убийца.
Невидимые руки впились в горло, а в желудок будто кинули большую острую гальку. Фил подскочил, хватаясь за собственную шею и ощущая прилив тошноты. Глотку свело так, будто еще секунда – и внутренности выльются изо рта. Но его, как на зло, не вырывало. Горло немело так, что слюна еле протискивалась, желудок крутило, но никак не отпускало…
Он, тяжело дыша, мучился. И больше не от своего состояния, а скорее от самого себя. Тошнота к себе вызывала крупные капли пота и бледность лица.
Руки стали щупать свое же тело, а отдышка тщетно пыталась привести организм в норму. На удивление, его стало отпускать. Комок в горле растворился, прохлада от приоткрытого окошка врезалась в лицо, словно стараясь привести Фила в чувства. Ресницы едва трепетали, как перед обмороком.
Он так и не заснул до утра. Как вскочил, так и просидел до восхода, бесцельно пялясь на ели за окном. Сейчас внешне он – статуя. Спокойная, непоколебимая, высеченная из мягкого камня с любовью. Однако внутри все разъедало от ненависти к себе и страха. Он вспоминал слова брата, корил себя, обзывал самыми ужасными словами, которые когда-либо придумывали люди.
Чего же он хотел? Фил не знал.
Ощущение, что его жизнь проходит на двойной скорости, в последнее время усилилось. Все было слишком быстро. Он сначала делал, убегал, а потом думал о последствиях. И так всю жизнь.
Когда только жизнь привела его к такому? Ниже падать было некуда, но он продолжал топтать и отравлять своей грязной душой земли.
Убийца, преступник без семьи – вот, кем он себя считал, и был таковым на самом деле. Он хотел бы изменить свою жизнь, но боялся. Чего-то ему не хватало.
Брат. Его имя вызывало мурашки и тянущуюся тоску. Фил думал, что их отношения невозможно ухудшить еще больше. Некогда спокойный Фин, смотрящий на него с восхищением, любовью, иногда беспокойством… Этого мальчишки уже нет. Теперь в его глазах читается чистая ненависть, слепая ярость… Фил и подумать не мог, что брат способен на такие чувства.
И ведь все, наверное, можно исправить простыми словами. Но что ему сказать? Фил и рта раскрыть не успеет, как получит клинок в шею. Безусловно, он хотел мира с братом, хотел снова увидеть в глубине карих глаз трепетность и надежду, но перед своей смертью он увидит пляшущие от радости огоньки в его зрачках…
Никогда его не простят, он с этим давно смирился. Никто не простит его. Даже ребята, когда узнают всю правду.
Наверное, Бонд разозлится… Он часто недовольно сводил брови из-за Фила, но, когда все узнает… это будет не злость, а нешуточная ярость, заставившая бы Фила навсегда их покинуть. Джу, наверное, повеселела бы, почувствовав свою правоту. Она еще давно говорила, что Филу не стоит доверять, и была права. А вот Агата… Фил успел увидеть в ней вторую дочь, племянницу или младшую сестру. Больше всего он боялся увидеть на лице молодой девушки разочарование. В нем.
Мужчина устало вздохнул и ткнулся лбом в свои колени, сжимая волосы на затылке. Он чувствовал, что Фин вот-вот нагонит его и отомстит. Лучше уж умереть от его рук, чем увидеть реакцию своих новых близких на его запятнанное прошлое. А что будет с Ванессой? Когда-то придется ей все рассказать… А сейчас нельзя позволить себе умереть, чтобы не оставить девочку одну.
И пусть Фил увидит разочарование друзей, пусть увидит смерть брата, но он не позволит умереть себе, пока жива Ванесса.
А ведь хотелось хорошего конца… Найти силы помириться с братом, услышать принятие от друзей, помочь своей Родине. Хотелось жить, как смелый герой, а не как дворовый надоедливый пес.
Найдет ли он силы все исправить? Когда этот момент уже настанет?
Неужели все и правда пойдет по «плохому сценарию»?
…
Наступило 25 декабря. С восходом заспанного солнца мягкие облака сгустились, лениво растягиваясь и сбрасывая на землю крупный снег. Волшебная атмосфера: сегодня тепло, легкий мороз, а лес закутался в белое одеяло, встречая Рождество.
Под пышной елкой компанию уже ждали упакованные с любовью и аккуратностью подарки. Лишь Фил и Ванесса отличались: их подарки хранили в себе ту же любовь, но уж точно не аккуратность.
Фил с горящими глазами прижал к себе новенький черный плащ. На нем не было заплаток, цвет ткани не выцвел, блестел на свету, а мех и вышивка хвастались новизной. Мужчина крепко обнял Бонда, обсыпав благодарностями, а тот лишь скромно улыбнулся, в ответ от Фила получив «модные» очки в виде звезд (впрочем, всем от Фила досталось что-то в этом же духе) и кофейный набор с корицей в придачу – его любимой добавкой. Агата связала каждому что-то свое: кому игрушку, кому домашний свитер, кому перчатки. Но всем сплела стильные браслеты. Ванесса накупила для всех сладостей. В свою очередь от Бонда она получила дорогую куклу, а от отца – домик для подаренной красавицы.
-С Рождеством, принцесса. – Бонд поправил ей косу, а после чмокнул в лоб. Девочка, смутившись, зажмурилась.
Джу же обошлась списком, в котором было любезно прописано, чего ребята хотят больше всего.
-Охренеть, кружка без дна и чесалка для спины! Еще и пакет с лимонами. Джу, это почти переплюнуло новый плащ! – Фил засветился, а девушка закатила глаза.
-Когда он уже дышать перестанет? – Она сокрушенно покачала головой, а Агата вежливо похлопала ее по плечу, улыбнувшись.
Завтрак выдался сладким. Бонд обжарил оставшееся с предпраздничного ужина тесто и сделал причудливые кривые печенья. Пусть они без глазури, пусть неровные и суховатые, но такие же вкусные и аппетитные. Агата старалась помочь как могла, упорно пыталась научиться печь такие же незамысловатые сладости.
Прямо за завтраком, не успевая как следует прожевать угощение и запить молоком, Ванесса без умолку расспрашивала Агату о традициях на Рождество. Близнецовые вселенные ей полюбились: было интересно узнать что-то новое. Джу внимательно слушала разговор, иногда добавляя свои полусонные комментарии, а Бонд был не прочь рассказать о забавных историях с прошлых лет. Он мелил откровенные вымыслы, а Ванесса внимала и верила каждому слову. И как она злилась, узнавая, что Бонд снова шутит!
Сели играть в любимую, почему-то еще не приевшуюся настольную игру. Фил, бесцельно держа карты, вновь растерял все веселие. Дарение подарков создало иллюзию того, что все нормально, как у всех. Но брови сошлись серьезно, не то решительно, не то боязливо.
Видеть улыбки близких, слышать их смех – его счастье. Но опасность дышит шумно. Если не сегодня, так завтра мужчина потеряет все это. И ведь мало ему проблем с братом! Со встречи с Катариной прошло почти два месяца, а он не успел даже разглядеть записи родителей как следует, не то что прочитать их. Так и валялись где-то в жилетке.
Пальцы сначала размеренно постукивали о подлокотник дивана, но вскоре Фил неосознанно принялся царапать собственную руку, позабыв о картах. Будет ли он бороться за свое счастье? Как? Победит ли?..
Скоро.
День прошел размеренно. Ребята успели посмотреть фильм, слепить у дома новых снеговиков, и мистер Боу – снеговик с розовым бантом – обзавелся семьей.
Уже вечером стол был накрыт. В нос один за другим врезались разные запахи: жареная индейка, картофельное пюре, густой и крепкий какао, пряные печенья с глазурью и запеченная брюссельская капуста с сыром. Приходилось каждый раз сглатывать тяжелую слюну, ведь по семейной традиции перед праздничным ужином было принято сказать речь, оставив и хорошие, и плохие чувства в стенах дома.
-Я бы хотела начать первой! – Агата встала, для пущего вида стуча чайной ложечкой по бокалу.
Все вскинули головы и отвлеклись от любования едой и разговоров.
-Полгода назад случилось самое странное событие в моей жизни. Правда, это топ один по странности. Прямо из-под носа меня похитил мужчина из другого мира и грозился убить. И так вот сложилась судьба, не иначе! Меня смущает то, что я сейчас скажу, но это не обходимо. Фил, Ванесса, вы стали для меня… Не знаю, глотком свежего воздуха! Чувством свободы! За это время вы стали для меня, не постесняюсь сказать, семьей. А в нашей культуре это не пустые слова. Я готова помогать вам столько, сколько это понадобиться, потому что вы, я вновь повторю, – часть моей семьи. Надеюсь, нас свяжет еще ни одно приключение, ведь я буду готова идти рядом с вами. Спасибо за то, что вы просто появились в моей жизни. Хочу поблагодарить Бонда и Джу за то, что вы рядом со мной с детства. За то, что всегда меня оберегаете. В общем, спасибо вам всем! За то, что вы есть!
Агата улыбнулась так широко, как только могла. Стол взорвался одобрительными аплодисментами. Фил расплылся в смущении и чуть съехал вниз на стуле, чувствуя, как сердце кольнуло несколько раз. Он и поверить не мог, что приносит кому-то настоящее счастье…
Фил встал следом, даже не успев понять этого. Руки мелко задрожали от нервов, а по виску скатилась капелька пота. Ему не было привычным говорить тосты, особенно настолько слезливые.
-У Сибрии непростая судьба. – Он помолчал, подумав, что выбрал не лучшее начало, но останавливаться было поздно. Речь шла сама по себе. – Последние шестнадцать лет были тяжелыми для всех, и я не стал исключением.
Рука невольно сжала бокал.
-Когда… моего единственного близкого человека забрали, - Взгляд скользнул по Ванессе, - что-то изменилось. Я жил три года в каком-то тумане. Странное чувство. Каждый день был ровно таким же, как и предыдущий. Агата была последней каплей. В хорошем смысле! Она помогла мне посмотреть трезво, вспомнить что-то… Ванесса улыбалась редко, но именно так, как делает это Агата. В общем, для меня Агата стала толчком. – Он смочил губы нервно, чуть пошатываясь. – Вы все вдохновили меня тогда. Для меня вы по сей день – движение. Те, кто помогают еще идти, понимаете, а?
Он посмеялся и как бы невзначай прошелся ладонью по груди, словно поправлял рубашку, а не успокаивал взволнованное откровениями сердце.
-У меня… давно не было близких. Кроме Ванессы, конечно же. – Потрепал дочь за косу, заставив растрепаться. Девочка недовольно поправила прическу, которую заплела Джу. – Мы вам благодарны за всю помощь.
Он сделал глубокий вдох, чтобы на одном дыхании протараторить все, что осталось:
-Спасибо тебе, Агата, что первой поверила в меня и захотела помочь. Тебе, Бонд, за то, что простил и всему научил. Если простил, конечно, ха-ха. Ну а Джу я признателен не меньше. – Мужчина посмотрел ей в глаза, приподнимая бокал. – Ты всех нас терпишь, это многого стоит. Даешь полезные советы. Знаю, ты готова встать на нашу защиту. За это и благодарю.
Фил чуть склонил голову, будто поклонившись.
-Вы тоже стали для меня чем-то ближе, чем просто друзья. Агата подобрала хорошее слово – семья.
-Семья… - сама себе повторила Джу, привычно кусая губы от нервов. В душе столкнулись две большие волны. Затем еще две. Любовь и неприязнь. Страх и ярость.
-Все… в порядке? – протянул Фил, заметив, что девушка болезненно побледнела, обратившись призраком.
Джу резко выпрямилась, оставшись сидеть дугой. Ровно оглядела всех глазами, в которых застыли непролитые слезы. На дне зрачков что-то искрилось.
-Все хорошо. Я не ожидала, что Фил скажет обо мне. Спасибо.
Она сказала это механически. Затем протерла лицо и усмехнулась.
-Вот уж простите, растрогалась. Может, оставим эти слова, если все все сказали?
Компания переглянулась и из вежливости пожала плечами. Все решили уловить свои слова благодарности молча.
Фил, помедлив, продолжил:
-Что ж… Тогда я бы хотел преподнести вам еще один подарок до того, как мы возьмем ножи и вилки. Это небольшой сюрприз. Попрошу всех выйти на улицу.
-Сюрприз? – с интересом и легким недоверием переспросила Ванесса.
Агата легонько потрясла Джу за локоть.
-Пойдем! Пойдем посмотрим!
Девушка уже встала и потянула за собой обеих подруг, взяв за руки ее и Ванессу. На лице Джу мелькнула тень улыбки.
-Ну что ты меня хватаешь сразу! Больно, пусти! – Ванесса вырвала руку и потерла кисть, а затем засеменила на крыльцо. – Подождите!
Фил с довольным видом надевал кожаные сапоги, шнуруя их.
-Не устал каждый раз обуваться? – вздохнул Бонд, оперевшись о стену.
-Ой, даже не говори об этом! Вы дикари. Как можно тащить всю грязь с улицы в дом? Ты же чистюля.
-Дороги чистые. И мы не тащим грязь. Если на улице грязно, просто носим дома другую обувь. Для меня дикость – это каждый раз шнуровать таких гигантов.
Фил отмахнулся от него, выпрямившись.
-И откуда у тебя деньги на «сюрпризы»? – устало сменил тему Бонд и подал мужчине подаренный плащ.
-Как это? Я ведь у тебя кошелек взял, - невинно пропел он, накидывая на себя неношеную обновку и примеряя ее.
Бонд вскинул брови, не ожидая такого прямого, наглого откровения. Он и сказать ничего не успел, как мужчина подошел настолько близко, насколько мог.
-А ты против? – с хитрой улыбкой спросил Фил, щуря глаза и пряча руки за спиной.
Парень не стал отвечать, лишь выдохнул и показательно обошел мужчину, как бы невзначай пихнув его плечом, что вызвало у друга только смех.
Выйдя на улицу и махнув остальным рукой, Фил как можно быстрее помчался по небольшому снежному полю ближе к лесу. Холодный ветер приятно бил по щекам, крупные снежинки оседали на волосах и ресницах. На секунду можно было ощутить легкость, покой и свободу. Ему хотелось порадовать друзей настоящим представлением с фейерверком, и мысль об этом лишь поднимала дух. Еще немного – и он подожжет подготовленные хлопушки и взмоет в звездное небо на летающей доске! Поистине волшебное представление! Да, это будет очень, очень красиво…
-Фил!!! – вдруг во всю глотку крикнул Бонд, ступив одной ногой с крыльца в нетронутый снег.
Сейчас время встало. Замедлилось так, словно вовсе исчезло. Было ли все это на самом деле? Очередной кошмар? Галлюцинация? Начало «плохого сценария»?
Тревога пустила извилистые, мелкие и острые корни из самой груди. Каждое движение давалось тяжело, будто что-то старалось придавить мужчину к земле и прихлопнуть. Фил с трудом стал поворачивать голову в сторону крика и почти увидел Бонда, как обзор перекрыла чья-то рука в кожаной перчатке.
Слева от Фила открылся портал, сверкнув холодным зеленым блеском. Кто-то одним ударом в висок отбросил мужчину далеко в снег.
Тяжелый ботинок оставил на пушистом снегу видный след. Мужчина не спеша показался полностью, уверенно выпрямив спину. Острые, полуприкрытые от усталости глаза смотрели холодно, равнодушно. Пышный мех удобно лежал на его плечах, украшая такой же черный плащ. Кожаная жилетка-броня со шнуровкой трепетно, но спешно завязана. Несколько ремней обволакивали тело, позволяя вешать на них ножны, кобуру и небольшие мешочки.
Фил истошно закашлялся. Алые капли упали с виска, а в ушах заревел гул. Снег расплывался, к горлу подступила тошнота. Он опомнился и испуганно перевернулся с бока на спину, а затем – на живот, удачно избежав несколько выстрелов. Попытался встать, да только ноги путались, а ноющий висок отдавался пульсацией.
Фин с нескрываемой злостью хмыкнул, скривился, сжал рукоять бластера и неожиданно свистнул. Да так звонко, так переливисто и непрерывно, что дух перехватило.
Раздался птичий визг – когти впились в затылок Фила. Ему пришлось откинуть голову назад и закричать от боли.
-Все в дом! – хрипло проорал мужчина, хватая птицу за шею и отбрасывая в снег. – Бегом!!! Запритесь на… втором этаже!
Агата испуганно закрыла рот руками, окаменев от неожиданности, а Ванесса сжала кулаки до белизны маленьких костяшек.
Зрачки Бонда вдруг сузились. Ему захотелось рвануть на помощь, но крепкая рука Джу оттащила его назад.
Девушка схватила всех и затолкнула в дом, хлопнув дверью напоследок. Но побежать наверх они не успели, девочка не сдержалась и вывалила неутешительную правду:
-Это мой дядя!!! Помогите папе, его же убьют сейчас, убьют! – От страха она говорила злобно. На уголках глаз выступили слезы.
-Дядя? – шепотом повторил Бонд и присел, прижимая девочку к себе.
-Так это брат Фила?! Почему он нападает?.. – затараторила Агата в беспокойстве.
В домик ворвался и сам мужчина. Он закрыл дверь с грохотом и облокотился на нее спиной, опираясь всем весом, чтобы Фин не зашел внутрь.
Тяжелое дыхание било по сердцу, кончик нового плаща слабо дымился, а на пол капала кровь.
В дверь что-то врезалось, и Фил дернулся. Когти стали бешено скрестись о дерево, а следом послышались визги.
-Какого хрена?! – взвился Бонд и грубо, резко прижал мужчину к двери за шею. Тот смог лишь выдавить сдавленный стон. – Ты обманул нас! Опять! Какого черта ты не рассказал о брате? Неужели случайно забыл упомянуть о его желании тебя грохнуть?!
Фил едва приоткрыл иссохшие губы, чтобы объясниться, но в дверь с ноги ударили с такой силой, что заставили ее слететь с петель.
Агата испуганно взвизгнула и отскочила назад вместе с не менее взволнованными Джу и Ванессой. Бонд успел отстраниться и прикрыть собой девушек, а вот Филу повезло меньше – он остался лежать под выбитой дверью. Раздался хрип, мужчина с дрожью постарался привстать, да только черный ботинок надавил сверху неумолимо, мешая планам.
Ленивый, но настороженный и решительный взгляд обвел комнату, остановившись сначала на аппетитном столе, от которого шел приятный аромат, а следом – на Бонде, который тут же нахмурился и раскинул руки шире, прикрывая беззащитных.
Теперь Фина можно было хорошо разглядеть. Он – вылитая копия Фила. Не зная всей правды, можно было подумать, что этот мужчина его версия из другой вселенной. Фин имел примерно такой же рост, однако его телосложение более тощее, что было плохо заметно под внушительной кожаной одеждой. Прическа отличалась значительно: каре под углом, где передние пряди доставали почти до подбородка, а затылок практически выбрит. Но глаза все те же. Только у Фила пестрили огнем и весельем, а у брата они оледенели, образовав вокруг небольшие морщинки из-за частого прищура.
Фин принялся медленно идти к Бонду, все еще не издав ни единого слова. Фил вдохнул так, словно не дышал, пока брат стоял на нем и придавливал дверью.
-Надо же… - драматично протянул ворвавшийся, не сводя цепких глаз с цели. – Ответь-ка, братец, твой новый друг?
-Уйди из этого дома, - зашипел парень. – И если хоть пальцем тронешь кого-то из нас, я своими же руками задушу тебя.
Мужчина бесстрастно осмотрел Бонда и одним быстрым выпадом ранил его руку крохотным лезвием, которое успел вытащить из ножен.
Бонд перевел взгляд на тыльную сторону ладони и отвлекся, а в следующую секунду уже лишился чувств, получив крепкий удар по голове.
-Нет!!! – завопил Фил и вскочил с криком то ли от боли, то ли от страха и злости.
Фин, словно дикая птица, тенью взметнулся по лестнице вместе с телом парня. Он извивался, как ядовитая фурия, забегая в одну из комнат на втором этаже. Плащ струился следом.
-Запритесь в ванной! Джу, я доверяю тебе. – Еще никто не видел Фила таким разъяренным и решительным. Его было не узнать. Словно открыв второе дыхание, он стал сильнее, излучал жар, несмотря на раны.
Мужчина схватил с крючка бластер и кинул девушке тот самый нож, который уже когда-то давал. Та мигом опомнилась и затянула подруг в ванную комнату. Послышался вскрик испуганной за жизнь брата Агаты, но быстро приглушился за дверью.
Фил понял мгновенно, в какую именно комнату забежал брат, и последовал за ним так быстро, как только мог.
В комнате девушек слабо горел небольшой настольный светильник. Окно раскрыто нараспашку, а у рамы виднелся кровавый след. Занавески взметнулись от ветра, пропуская в комнату глубоко синий свет от луны. Фин уже собирался выйти с телом Бонда в окно, но в дверях вовремя появился Фил.
Мужчина поднял на брата бластер, хмурясь и тяжело, озлобленно дыша.
-Отпусти его. Сейчас же. И уходи прочь, пока не поздно, - спустя несколько секунд молчания выдохнул Фил.
Фин смотрел свысока, подняв подбородок с вызовом. Левой рукой он придерживал Бонда на плече, а другой направлял бластер на брата в ответ.
Они оба целились друг в друга, вот только Фил с неуверенностью, пошатываясь, а Фин – решительно, без колебаний. Его рука незаметно дрожала, он выдохся, а придерживать крупного парня на плече – задача нелегкая.
-Он дорог тебе? – раздался металлический голос.
Фил рвано выдохнул и, не в силах держать родного брата на мушке, опустил оружие, мирно приподнимая руки.
Его взгляд смягчился и стал совсем жалостливым, как у дворового, несчастного пса. На вопрос брата он кивнул.
-Да, Фин… - прошептал тот.
Лампа на столе будто стала светить чуть ярче, освещая сторону Фила. Занавески дернулись. В комнату ворвался резкий порыв ледяного ветра. Фин со злостью стиснул бластер, взгляд стал строже, но что-то заставило его проморгаться.
-Я прошу тебя… отпусти. Бонд тут совсем ни при чем, он не виноват в наших отношениях… Ты можешь убить меня, но не трогай их, - шепотом молил Фил.
Фин потерялся, на секунду приспустив оружие. Он посмотрел на брата немного по-другому, по-новому. Эти глаза напоминали испуг, детскую растерянность, но они тут же охолодели вновь. Мужчина нахмурился и тряхнул головой, отгоняя какие-то свои мысли.
-Теперь ты потеряешь всех, кто тебе дорог, - отрезал он.
-Нет!
-По одному. Ровно четырех. Как и я когда-то.
Фин мгновенно скрылся за окном, унося с собой Бонда и углубляясь в лес.
Фил метнулся к подоконнику и принялся стрелять наобум, яростно стараясь попасть в брата. Руки стали дергаться от каждого выстрела, а глаза залились пеленой злых слез.
Нет! Нельзя их упустить.
Он быстро смахнул надоедливые капли, стреляя с большим усилием, но все выстрелы попадали в снег и тухли.
Тщетно. Скрылись.
Тело задрожало от истощения, усталости и бессилия. Он уперся руками в подоконник и склонил голову.
И Фил завопил так громко, так сильно, что горло вдруг онемело и охрипло. Птицы взмыли ввысь и закаркали, разлетаясь от тревожного крика.
Голова кружилась, гудела от боли. Глаза открывать не хотелось, они слипались при любой попытке, уговаривая поспать и восстановить силы.
Бонд почти поддался этому искушению, как вдруг вспомнил абсолютно все. Он распахнул глаза и увидел непроглядную глубь жуткого хвойного леса. Рука неприятно пульсировала. Парень постарался шевельнуться, но обнаружил, что туго привязан к стволу дерева. Выдох отозвался паром: холодно, а на нем один лишь праздничный свитер с глупым оленем, связанный сестрой.
Справа послышался треск костра. Бонд испуганно повернул голову в сторону шума и увидел на удивление спокойную картину:
Костер разгорался серьезный, чтобы тепло доходило даже до Бонда. Густой дым поднимался высоко, уходя далеко в небо. Фин сидел рядом на корточках, едва сгорбившись. Он кормил пламя сухими ветками, предварительно разламывая их пополам, а огонь с аппетитом принимал угощение.
Мужчина наконец уселся на снег и устало выдохнул сквозь стиснутые зубы, рукой придерживая раненный бок. Второй рукой он полез в мешочек, подвешенный ремешком на груди, доставая чей-то желтый язык с розовыми полосками. И снова заливистый свист.
Вдали раздалось улюлюканье птицы. Она приземлилась четко на плечо хозяина и потерлась о его щеку клювом, урча и ластясь, чтобы получить угощение. Когти цеплялись за ткань на локте, и выглядела она как кот, готовящий лежанку ко сну.
-Проголодался, Аскер? – ласково спросил он.
Птица замахала крыльями, задергав правой лапой быстрее.
-Ты хорошо поработал сегодня, умница.
Мужчина пальцем погладил клюв питомца, после разрывая угощение голыми руками на несколько кусочков. Он подбрасывал их в небо, целясь в разные направления, а Аскер, играючи, ловил каждый кусок клювом и проглатывал с довольным видом.
Бонд завороженно наблюдал за чудо-птицей. По размеру она была чуть больше ястреба, но темно-зеленое оперение пышное, как у совы, хотя все же острое и гладкое. Гребешок темно-желтый, едва заостренный, а сейчас, ночью, и вовсе светится, как налобный фонарик. Крылья широкие, мощные, а когти острые, как кинжалы. Из хвоста торчат тонкие кисточки с пышными кончиками, украшающие птичку. Глаза у так называемого Аскера большие, как два янтаря.
-Это луминера, - вдруг подал голос Фин, подбрасывая над собой последний кусочек питомцу. Аскер из шутки не поймал его, и кусок языка упал Фину на макушку. Тот ни капли не смутился, лишь подождал, пока птица нагоготается и наконец доест свой ужин. – Они живут в южной части наших лесов. Сильные союзники. Его имя переводится как «верный» с нашего языка.
Мужчина встал и обернулся к собеседнику. Его лицо было умиротворенным, совсем спокойным. Костер освещал правую часть его лица, играясь, а на левую падала тень леса, но совсем не пугающая.
Бонд едва приоткрыл рот от такого контраста. В доме он был таким яростным, пугающим, а сейчас…
Парень замотал головой. Он нахмурился и рявкнул:
-Ну что, убить собрался?! Давай, убийца!
Пауза затянулась, стала вдруг напряженной и какой-то неприятной. Ее разрезал смешок.
-А Фил убивал? – буднично спросил мужчина, отчего Бонд осекся. – Веришь или нет, а я – ни разу. Да, мог жестоко побить, но никогда не добивал, не отнимал жизнь. Ни у животных, ни у людей.
Парень недоверчиво покосился, но спорить не стал, лишь фыркнул. Он старался незаметно пошевелить хотя бы кистями рук, но веревка сковывала все движения.
Фин поднял локоть, на котором сидел Аскер, и птица скрылась в темном небе, громко каркнув. Мужчина стал подходить ближе, отчего Бонд даже запаниковал, но не подал виду, научившись этому в полиции.
Но тот лишь сел рядом, бесстыдно разглядывая свою жертву.
-Фил хоть что-то рассказывал тебе о своем прошлом? Обо мне? О встрече со мной, которая была чуть больше недели назад…
Бонд уставился в снег. Он вспомнил побитого друга, вспомнил его слова…
-Когда мы встретились, - продолжил мужчина, - мне удалось прикрепить на его бластер крохотную робо-букашку. Сам сделал.
Из мешочка он достал похожую вещицу. Робот потрещал механическими крылышками и взлетел, облетев удивленного Бонда несколько раз.
-Я знал, что этот идиот не расстанется со своей игрушкой. Даже в «отпуске». Знал, что он сбежит, осталось лишь выждать каких-то несколько дней. Это мелочь, если сравнивать с годами, в течение которых мы играли в прятки. Нужно было лишь дождаться правильного момента. Такого, когда он отделиться от вас и уж точно не сбежит от меня в очередной раз. И, признаюсь, это появление я репетировал.
На его лице отразилась тень слабой улыбки. Он в этот миг напомнил Бонду Фила.
-И этот костер… Примерно через полчаса он сможет найти нас по дыму. Так что времени у нас мало.
Звучало это угрожающе, потому Бонд насупился и сжал кулаки.
-Я хочу лишь поговорить с тобой, не более. Мне не нужна твоя смерть, я этому лишь пургу в глаза пустил, чтобы побесить. Хочу, чтобы ты сам сделал выводы о своем «друге», с которым знаком не так много, о котором ничего не знаешь… и который уже не раз врал тебе, так?
Бонд вновь уставился в снег.
-Хочешь услышать всю правду? – Фин склонил голову к плечу, поймав в ладонь все еще кружащуюся вокруг дерева букашку.
-Он сам расскажет мне.
-Правду ли?
Парень поджал губы. Он вновь сжал кулаки и медленно перевел взгляд на мужчину.
-Рассказывай.