Сталкер

Антон открыл глаза, и первое, что всплыло в голове, — сообщение Арсения.

«Нет. Не шутка»

Он лежал, глядя в потолок, слушая, как за окном шуршат шины проезжающих машин. Где-то в соседней квартире зазвенел будильник, потом смолк. На кухне тикали часы — он слышал их даже через закрытую дверь.

Он сел, провёл рукой по лицу и спустил ноги с кровати. Пол был холодным, и Антон поёжился.

На кухне он налил воду в чайник, достал хлеб из хлебницы, но не стал его есть — просто поставил на стол. Смотрел, как закипает вода, как пар поднимается к потолку, и снова прокручивал в голове те три слова.

«Нет. Не шутка».

Он провёл пальцем по экрану телефона, открыл чат, закрыл. Снова открыл. Ничего нового не появилось.

Душ помог, но не до конца. Тёплая вода стекала по спине, он закрыл глаза и снова услышал голос Арсения — тот самый, который сказал ему эти слова. Антон знал, что больше не может ждать. Ему нужно было увидеть его. Услышать его голос. Понять, что скрывается за этой короткой фразой.

Он выключил воду, вытерся и начал одеваться. Мокрые волосы торчали в разные стороны, но он не стал их приглаживать — времени не было. Он натянул тёмную футболку, джинсы, сунул ноги в кеды, схватил рюкзак и вышел из дома, даже не допив чай.

***

Он поймал Арсения в коридоре через два дня после того, как отправил сообщение.

Было утро, 9:15. В коридоре второго этажа толпились студенты, пахло дешёвым кофе из автомата и духами. Антон стоял у окна, делая вид, что проверяет телефон, хотя на самом деле следил за дверью аудитории, из которой должен был выйти Арсений. Он ждал почти сорок минут, переминаясь с ноги на ногу, поправляя рюкзак, вглядываясь в лица выходящих студентов. Сердце билось где-то в горле.

Арсений вышел, не торопясь, перекинув рюкзак через одно плечо. Он был без куртки, в тёмно-синем свитере, с лёгкой усталостью в глазах и чуть растрёпанными волосами — видимо, провёл рукой, пока слушал лекцию. Увидев Антона, он слегка замедлил шаг.

Антон оттолкнулся от подоконника и шагнул прямо перед ним, перекрывая дорогу.

— Можно поговорить? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё дрожало.

Арсений остановился, посмотрел на Антона и, помедлив секунду, кивнул:

— Да, конечно.

Они отошли к окну в конце коридора, где никого не было. За стеклом виднелся серый двор с мокрым асфальтом и голыми деревьями. Антон перевёл дыхание, чувствуя, как в горле пересыхает. Он сжал пальцы в кулак, потом разжал и выдавил:

— Я нравлюсь тебе?

Арсений встретил его взгляд. На мгновение в его глазах мелькнула тень удивления, но голос остался ровным:

— Ну нравишься.

Антон почувствовал, как внутри что-то ёкнуло — тепло, смешанное с болью. Он сглотнул и продолжил:

— Я же вроде как тоже говорил, что ты мне нравишься.

Арсений опустил взгляд на пол, потом поднял обратно. Его голос стал чуть жёстче, почти сухим:

— Это было не признание симпатии. Это был пьяный бред. Это не считается.

Он шагнул в сторону, собираясь уйти, но Антон схватил его за запястье.

— Подожди.

Арсений остановился. Антон посмотрел ему прямо в глаза. Голос дрогнул, но он сдержал его:

— Ты мне нравишься, Арс. Правда. Не пьяный бред, не фантазия. Ты мне нравишься. С самого начала.

Арсений замер. В его глазах на мгновение мелькнула растерянность, потом тепло, а затем — едва заметная боль. Он мягко освободил руку и тихо сказал:

— Я не могу сейчас принять твоё признание.

Антон смотрел на него, чувствуя, как внутри разливается холод.

— Почему?

— Я не готов, — ответил Арсений. — Может быть, когда-нибудь. Но не сейчас. Не так.

Антон открыл рот, чтобы возразить, но Арсений уже повернулся и пошёл по коридору, не оборачиваясь. Антон остался стоять у окна, глядя в пустоту, и чувствуя, как дрожит рука, в которой ещё сохранилось тепло его запястья.

***

Разговор с Арсением выбил его из колеи. Антон перестал есть — завтракал на ходу, не чувствуя вкуса, а к обеду просто забывал о еде. Он ложился поздно, ворочался до двух ночи, а просыпался затемно, с тяжёлой головой и пустым желудком.

В университете он больше не искал встреч с друзьями. Он искал Арсения.

Каждый перерыв он выходил в коридор, где мог появиться тот. Стоял у окна, делая вид, что смотрит в телефон, и ждал. Иногда он видел его издалека — и внутри всё сжималось. Иногда проходил мимо — и Антон смотрел ему вслед.

Вечерами он сидел в соцсетях и листал страницу Арсения: старые фото, комментарии друзей, подписки, геолокации. Он запоминал, где тот бывал, кто с ним общался, что он слушал. Он находил его друзей, его одногруппников, его прошлое. Он знал уже почти всё, но ему было мало. Ему нужно было больше. Ему нужно было быть ближе.

«Ты всё равно будешь моим», — повторял он про себя.

Ночи проходили в этих поисках. Он не мог уснуть, пока не находил что-то новое. Пока не чувствовал, что ещё на шаг ближе к нему.

Наступил четверг. Антон стоял в коридоре третьего этажа — знал, что у Арсения сейчас перерыв. Через пять минут он увидел его: Арсений вышел из аудитории, остановился у окна, достал телефон. Антон смотрел на него из-за угла, не дыша.

Арсений поднял голову, посмотрел в его сторону — на мгновение их взгляды встретились. Антон не отвёл глаз. Арсений задержался на нём взглядом, потом медленно отвернулся и пошёл дальше.

Антон выдохнул и прислонился к стене.

— Я не отступлю, — прошептал он.

И знал, что это правда.

***

Прошло две недели.

Антон перестал считать дни. Они слились в одну серую полосу: утро, университет, коридоры, соцсети, бессонница, снова утро. Он почти не разговаривал с друзьями, отвечал односложно, если спрашивали. Его мир сузился до одной точки — до человека, который не хотел его принимать.

Он знал расписание Арсения лучше, чем своё. Знал, когда у того пары, когда перерывы, когда он ходит в столовую, а когда — в «Кофеин». Он перестал скрывать это от себя. Он просто делал. И не мог остановиться.

В тот день он снова сидел в «Кофеине» за своим обычным столиком у окна. Перед ним стояла чашка давно остывшего американо. Он смотрел в телефон, краем глаза следя за входной дверью.

Арсений появился через пятнадцать минут. Он был не один.

С ним был парень — чуть ниже, с тёмными волосами и лёгкой щетиной. Они о чём-то говорили, улыбались, сели за столик в углу. Антон узнал его сразу. Это был Серёжа. Тот, о ком Дима говорил с болью в голосе.

Антон замер.

Он смотрел, как они заказывают кофе, как Серёжа что-то говорит, а Арсений смеётся. Как они касаются друг друга локтями, когда смеются над какой-то шуткой. Как их взгляды встречаются и задерживаются на мгновение дольше, чем у обычных знакомых.

Антон не слышал их разговора. Он видел только движения, улыбки, жесты. И внутри него разрасталось что-то тёмное и липкое.

Он не знал, что они говорят.

***

— Ты выглядишь так же, как в школе, — сказал Серёжа, откидываясь на спинку стула. — Только выше.

— А ты изменился, — ответил Арсений, улыбаясь. — Возмужал.

— Это всё Канада, — усмехнулся Серёжа. — Там воздух другой. И еда.

— Скучал по дому?

— Скучал. Но не так сильно, как думал. А ты? Как твоя актёрская жизнь?

— Нормально, — Арсений пожал плечами. — Третий курс, скоро диплом. Всё как у всех.

— И ты не влюблён? — Серёжа посмотрел на него с лёгкой усмешкой.

Арсений на мгновение задержал взгляд на столике у окна. На Антоне, который смотрел на них. Потом перевёл глаза обратно на Серёжу и сказал:

— Есть кое-кто. Но это сложно.

— Сложно — это скучно, — улыбнулся Серёжа. — А я вернулся из-за семейных проблем. Мама заболела, пришлось бросить всё и приехать. Но, может быть, это и к лучшему.

— Ты поэтому уехал в Канаду?

— Нет, мы уехали ещё до этого, — сказал Серёжа. — А сейчас я просто хочу побыть с ней. И заодно понять, что делать дальше.

Арсений смотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое и понимающее.

— Я знаю это чувство, — сказал он тихо.

Они ещё немного поговорили о старых школьных временах, о том, как изменились их жизни, о друзьях, которых уже не видели годами. Арсений рассказал про универ, про спектакли, про то, как иногда хочется просто сбежать от всего. Серёжа слушал, улыбался и пил кофе.

Между ними не было ничего, кроме старой, проверенной временем дружбы. Они просто радовались встрече.

***

Они допили кофе, обменялись ещё парой фраз, оставили чаевые и вышли из кафе. Антон смотрел им вслед, чувствуя, как внутри всё кипит.

Через минуту его телефон завибрировал.

Сообщение от Арсения:

«Хватит преследовать меня»

Антон прочитал, выдохнул и быстро напечатал:

«Кто этот парень? Вы близки?»

Ответа не было.

Антон встал, вышел из кафе и оглядел пустую улицу. Арсения и Серёжи уже не было. Они ушли. Исчезли. Антон почувствовал, как внутри нарастает паника.

Он достал телефон и позвонил Диме.

— Алло? — голос Димы звучал удивлённо.

— Дима, — выдохнул Антон. — Я только что видел Арсения. Он был с Серёжей. С тем парнем. Они вместе.

В трубке повисла тишина.

— Ты уверен? — спросил Дима после паузы.

— Да, я видел их. В «Кофеине». Они смеялись, разговаривали. Я не слышал, о чём, но они выглядели близко.

Дима молчал несколько секунд. Потом сказал:

— Встретимся у меня. Сейчас.

— Хорошо, — ответил Антон. — Буду через полчаса.

Он нажал отбой и пошёл по мокрой улице, чувствуя, как ветер холодит лицо, а внутри всё кипит.

***

Антон вышел из кафе и почти побежал к дому Димы. Ветер дул в лицо, в ушах шумело, а в голове пульсировала одна мысль: «Они вместе. Они ушли вместе».

Он нажал на звонок, и дверь открылась почти сразу. Дима стоял на пороге в растянутой футболке и домашних штанах, с сигаретой в руке. Его лицо было хмурым.

— Проходи, — сказал он, отступая в сторону.

Антон скинул кеды, прошёл на кухню и сел за стол. Дима последовал за ним, сел напротив и затушил сигарету о пепельницу.

— Рассказывай, — сказал Дима.

— Я видел их, — начал Антон, чувствуя, как голос дрожит. — Арсения и Серёжу. Они были в «Кофеине». Смеялись, разговаривали. Выглядели так, будто знают друг друга сто лет.

Дима замер. Он смотрел на Антона, не понимая.

— Серёжу? — переспросил он. — Того самого?

— Да, — сказал Антон. — Твоего Серёжу. Они сидели вместе. Улыбались. Выглядели близко.

Дима молчал. Он опустил взгляд в стол, и Антон видел, как его лицо стало напряжённым.

— Я не знал, что он вернулся, — сказал Дима глухо. — Он мне не писал.

— Я тоже не знал, — ответил Антон. — Но они были вместе. И ушли вместе.

Дима поднял голову:

— Ты уверен, что это был он?

— Абсолютно, — сказал Антон. — Я узнал бы его где угодно. Это был Серёжа. И он был с Арсением.

Дима сжал пальцами край стола, но ничего не сказал. Антон видел, как внутри друга всё сжалось — он не ожидал, что Серёжа вернётся, тем более будет сидеть в кафе с Арсением.

— Дима, — тихо позвал Антон. — Ты как?

— Не знаю, — ответил Дима, не поднимая глаз. — Я думал, он уехал. Я думал, я больше никогда его не увижу.

Антон хотел что-то сказать, но не нашёл слов. Он просто сидел напротив, глядя на друга, и чувствовал, что они оба оказались в одном положении.

Дима поднял голову, и его голос прозвучал ровнее:

— Ты спросил Арсения, кто он ему?

— Да, — ответил Антон. — Он не ответил. Выключил телефон.

Дима кивнул, медленно выдыхая:

— Значит, не хочет говорить.

Они замолчали. На кухне тикали часы, за окном шумел ветер, и оба смотрели в пустоту.

— Слушай, — сказал Дима, вставая. — Давай просто посидим. Я сделаю чай.

— Давай, — кивнул Антон.

Дима поставил чайник. Пока вода закипала, он достал две кружки, насыпал заварку и поставил на стол печенье, которое нашёл в шкафу. Антон смотрел на его руки — они слегка дрожали.

— Ты как? — спросил Антон тихо.

— Не знаю, — ответил Дима, садясь напротив. — Я думал, он уехал. Я смирился с тем, что больше никогда его не увижу. А теперь ты говоришь, что он здесь. И он сидел в кафе с Арсением.

— Я знаю, как это, — сказал Антон.

Дима усмехнулся и покачал головой:

— Два дебила.

— Два дебила, — повторил Антон с лёгкой улыбкой.

Чайник закипел. Дима залил кипяток, и они сидели, глядя на кружки, из которых поднимался пар. Тишина была тяжёлой, но не давящей — они оба знали, что не обязаны говорить.

— Думаешь, они вместе? — спросил Дима через несколько минут.

— Я не знаю, — ответил Антон. — Арсений сказал, что не готов. А Серёжа… ты же сам говорил, что он не ищет отношений.

— Он так сказал, — тихо ответил Дима. — Но люди иногда меняют мнение.

Антон поднял на него глаза:

— Ты боишься, что они могут быть вместе?

Дима помедлил и выдохнул:

— Да. Боюсь. Потому что тогда я потеряю его окончательно. И Арсений… он ведь не отвечает тебе. Если он выберет Серёжу — ты потеряешь его тоже.

Антон сжал кружку пальцами:

— Я не хочу об этом думать.

— Я тоже, — сказал Дима.

Они помолчали, а потом Антон встал:

— Пойдём покурим.

— Пойдём.

Они вышли на маленький балкон — там было холодно, но ветер уже утих. Антон достал сигареты, протянул одну Диме. Они закурили, глядя на ночной двор. Где-то вдалеке светились окна, где-то лаяла собака.

— Ты знаешь, что самое ужасное? — спросил Дима, выпуская дым.

— Что?

— Мы сидим здесь, переживаем за людей, которые даже не знают, что мы о них думаем. Мы любим их, боимся потерять их, а они… они просто живут своей жизнью. Им всё равно.

Антон затянулся и медленно выдохнул:

— Мне иногда кажется, что я схожу с ума. Я слежу за ним, знаю его расписание, его привычки… Я понимаю, что это ненормально. Но не могу остановиться.

— Ты просто хочешь быть рядом с ним, — сказал Дима. — Это не ненормально. Это больно.

— А если он никогда не будет рядом?

Дима обернулся к нему:

— Тогда мы будем курить и пить чай. Как сегодня.

Антон улыбнулся:

— Звучит как план.

Они докурили, зашли обратно и долго сидели на кухне в тишине. Иногда перекидывались короткими фразами, иногда просто смотрели в одну точку.

К двум часам ночи глаза слипались. Дима ушёл в свою комнату и вернулся с пледом и подушкой.

— Ложись на диване, — сказал он. — Не возвращайся домой в такую темень.

— Спасибо, — сказал Антон.

Он стянул джинсы, лёг на диван и укрылся пледом. Дима выключил свет и уже взялся за ручку двери, когда остановился.

— Шаст.

— М? — отозвался Антон из темноты.

— Ты не один.

Пауза. Тишина.

— Я знаю, — сказал Антон.

Дима закрыл дверь. Антон слышал, как он прошёл в свою комнату, как скрипнула кровать, как всё стихло.

Антон лежал в темноте, глядя в одну точку. В голове больше не было мыслей — только шум усталости и странное, почти теплое чувство от того, что Дима сказал перед уходом.

Он повернулся на бок, подтянул колени к груди и закрыл глаза.

Сон пришёл через несколько минут — тихий, без снов, без образов Арсения и Серёжи, без вопросов, на которые не было ответов.