Глава 2 «Всё, что мы любим – секс»
Дэбби была девственницей – той самой, кого в фильмах ужасов обычно убивают уже в первом сезоне. Слово «секс» одновременно манило и угнетало её: она очень этого хотела, но панически боялась самого процесса. В глубине души она представляла его чем‑то грандиозным и пугающим одновременно – как прыжок в ледяную воду: сначала ужас, а потом, может быть, восторг. Но пока что‑то внутри неё сопротивлялось.
В разговорах с друзьями Дэбби уверенно заявляла, что давно «королева секса» и равных ей нет. Секрет её бравады был прост: она обожала эротическую литературу и знала теорию в совершенстве. Камасутру она перечитала трижды, если не больше, – так что рассказывать «что» и «как» умела блестяще. В компании она могла с умным видом рассуждать о позах и техниках, пересыпая речь умными терминами, которые вычитала в книгах. Но вот с практикой всё обстояло куда сложнее: стоило представить реальный контакт, как ладони тут же становились влажными, а сердце начинало стучать где‑то в горле.
Внешне Дэбби была непримечательной, но отнюдь не некрасивой: невысокая, обычного телосложения, с небольшой грудью и чуть пухлыми бёдрами. Чёрные волосы, ниже плеч, обрамляли миловидное лицо с большими карими глазами и слегка вздёрнутым носом. Единственное, что её по‑настоящему смущало, – небольшая родинка возле носа. В детстве мальчишки дразнили её «пятнышком», и с тех пор она порой ловила себя на том, что перед зеркалом пытается прикрыть эту родинку рукой или прячет её за прядями волос.
Парни не выстраивались в очередь: изредка кто‑то брал её за руку, иногда случались поцелуи – но не более. Не то чтобы Дэбби этого не хотела: просто подходящих поводов и партнёров не находилось, да и окружающих всё устраивало. Она замечала, как подруги хвастаются новыми романами, а она всё ещё оставалась на обочине этой игры. Иногда она даже фантазировала, как однажды проснётся другой – уверенной, соблазнительной, желанной. Но утром всё возвращалось на круги своя.
Порой Дэбби думала, что так и останется вечной девственницей, и даже начала с этим смиряться. Она привыкла к роли «подружки», которая даёт советы, но сама в игру не вступает. Привыкла к тому, что её воспринимают как милую, но не слишком интересную девушку. Привыкла прятать свои желания за шутками и книжными знаниями.
Но всё изменилось, когда она встретила ЕГО.
***
Пятница, последний рабочий день – в больнице.
Стрелки часов будто застыли, а минуты тянулись, как резина. Дэбби дорабатывала свою смену в KFC, механически выполняя привычные действия: принимала заказы, выдавала подносы, улыбалась через силу. Мыслями она уже была дома – представляла, как сбросит с себя одежду, примет долгий горячий душ и завалится в кровать с чашкой какао и любимым сериалом.
Её мечты прервал резкий толчок в бок. Дэбби вздрогнула и медленно подняла голову. Перед ней стоял парень – и это было словно вспышка яркого света в сером калейдоскопе будней.
Зеленоглазый блондин, худощавого телосложения, с лёгкой небритостью на щеках. На губах – улыбка, в глазах – нотки неловкости. Высокие скулы подчёркивали лицо, пухлые губы придавали ему какое‑то мальчишеское обаяние, а россыпь мелких веснушек на носу и щеках была почти незаметной, но только не для Дэбби, которая вдруг начала подмечать всё до мельчайших деталей: как чуть подрагивают его ресницы, как на шее пульсирует тонкая вена, как пальцы нервно сжимают что-то в руке.
Он смотрел на неё щенячьим взглядом и что‑то говорил, но Дэбби его не слышала. Она улетела в мир своих грёз: вот они знакомятся ближе, идут в кино, смеются над одной шуткой, потом первое свидание в маленьком уютном кафе, первый робкий поцелуй под фонарём, потом – больше близости, больше доверия… Она уже представляла их свадьбу, выбирала платье, а когда начала думать о детях и именах для них, её резко вернули на землю.
Парень осторожно постучал пальцами по её руке:
— Эй, ты в порядке?
— Ой, прости, что ты сказал? — срывающимся голосом протянула Дэбби, чувствуя, как краснеют уши.
— Я просто извинился за то, что случайно толкнул тебя. А ты вдруг уставилась на меня и никак не реагировала. Я подумал, у тебя ступор или что‑то в этом роде, — с лёгкой улыбкой вымолвил он.
Воцарилось неловкое молчание. Дэбби лихорадочно искала, что сказать, но в голове крутились только нелепые фразы. Наконец, она выдавила:
— А, ой, прости… То есть не прости, а я просто задумалась. Всё в порядке, я осталась жива, аха‑ха… — истерично рассмеялась она, тут же мысленно ударив себя по лбу за эту глупость.
Парень мягко улыбнулся, чуть склонив голову набок:
— Ты так часто извиняешься, хотя ничего не сделала. Это мило. Ладно, я пойду. До встречи?
— Да, конечно… до встречи, — прошептала Дэбби, глядя, как он разворачивается и уходит.
Она ещё долго смотрела ему вслед, пока сердце колотилось где‑то в горле, а в груди разливалось странное, новое чувство.
***
После смены у неё из головы никак не выходил тот парень – такой милый, нежный, вежливый и невероятно красивый. Дэбби невольно вспоминала каждую деталь: как свет играл в его светлых волосах, как чуть подрагивали губы, когда он улыбался, как веснушки словно рассыпались по переносице… Постепенно эти воспоминания уводили её всё дальше – в водоворот эротических фантазий, ярких и волнующих. Она ловила себя на том, что улыбается в пустоту, а щёки предательски теплеют.
Засыпая, Дэбби думала, что очень хочет увидеть его снова. В этот раз она будет говорить увереннее, не станет глупо хихикать и запинаться. Она представит себя такой, какой всегда мечтала быть: лёгкой, остроумной, притягательной. С этими мечтами, полными надежд, она и уснула, уткнувшись носом в подушку.
***
В субботнее утро Дэбби проснулась бодрее и позитивнее обычного. Любовь с первого взгляда? Самоубеждение? Она пока не могла разобраться – да и не хотела. Ей просто нравилось это состояние: лёгкость в теле, бабочки в животе, ощущение, будто мир стал ярче и добрее.
Она включила свой «жизнерадостный» плейлист – песни одна за другой, громкие, ритмичные, заряжающие энергией. Дэбби подпевала, пританцовывала, пока собирала сумку, и даже на улице не убавила звук в наушниках. Прохожие невольно оборачивались, а кто‑то даже улыбался в ответ – её настроение будто передавалось окружающим, как невидимая волна позитива. Дэбби шла, погружённая в свои мысли, и чувствовала себя по‑настоящему счастливой.
Но реальность вернула её на землю внезапно, когда она шла пробиваться на смену – резким толчком и коротким «Ой!». Она так увлеклась музыкой и мечтами, что не заметила силуэт впереди. Столкнувшись, Дэбби машинально схватилась за плечо незнакомца, чтобы не потерять равновесие, и подняла глаза.
Она опешила.
Перед ней стоял ОН. Тот самый – милый парень, который занимал все её мысли последние сутки. Сердце подскочило к горлу, дыхание сбилось, а все заготовленные слова вмиг испарились, будто их и не было. В голове пронеслось: «Ну вот, сейчас я скажу что‑то умное, наконец‑то…» — но вместо этого она просто замерла, глядя на него во все глаза.
Несколько секунд они стояли друг напротив друга. Он, кажется, узнал её. Но прежде чем Дэбби успела хоть что‑то произнести, он коротко кивнул, пробормотал что‑то вроде «извините» и пошёл дальше, растворяясь в глубине ресторана.
***
Дэбби было так неприятно, так обидно. Да, она сама придумала у себя в голове любовный роман, но он и правда был с ней мил, когда они встретились вчера. Или ей показалось? Возможно, она приукрасила тот разговор – и он получился таким тёплым и душевным лишь в её воображении? А на самом деле он сухо отвечал, был отстранён, может, даже слегка груб? Нет! Она не хотела этого принимать.
Мысли крутились в голове, накрывали с головой – их невозможно было остановить. Она мысленно прокручивала каждое слово, каждую интонацию, пыталась вспомнить, как он смотрел, что именно говорил. Сомнения грызли изнутри: а вдруг она просто увидела то, что хотела увидеть?
***
Дэбби работала за прилавком.
— Привет, — внезапно послышалось рядом.
Она обернулась, но никого не обнаружила. «У меня уже галлюцинации», — мелькнуло в голове.
— Я здесь, — снова прозвучал тот же голос.
Она подняла глаза и увидела его – буквально в метре от неё стоял тот самый виновник её переживаний. Он стоял в рабочей форме с жёлтым бейджиком на груди, и только теперь Дэбби поняла: он новенький.
Её накрыла волна смешанных чувств. С одной стороны – радость и облегчение: он здесь, он существует не только в её фантазиях. С другой – недоумение и даже обида: почему в коридоре он просто прошёл мимо, делая вид, что даже не знает её? По существу, они и правда не были знакомы – всего пара фраз вчера, и всё. Но Дэбби уже успела придумать целую драматическую историю любви с собой в главной роли.
Она глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от этих мыслей и вернуться к реальности. Рассмотрев имя на бейджике, она заставила себя улыбнуться и произнесла:
— Привет, Уильям.
***
Дэбби посмотрела на него снизу вверх, примечая каждую деталь: его чёрные кроссовки с едва заметными царапинами, штаны, которые ему явно велики и слегка собираются складками у ботинок, пульсирующие вены на руках, татуировку в виде геометрического узора на предплечье – раньше она её не замечала. Слегка мятая футболка сидела на нём неожиданно гармонично, подчёркивая лёгкую небрежность образа. Взгляд скользнул выше – к шее с едва заметной щетиной, к лицу: слегка небритое, но это ему шло, придавало какой‑то взрослой харизмы. Глаза – тёмные, внимательные. Пухлые губы чуть дрогнули в намёке улыбки. Кепка, сдвинутая чуть набок, скрывала лоб, из‑под неё свисала белоснежная чёлка – будто специально уложенная природой.
Но тут она поняла, что слишком долго молчит и неприлично пялится. Дэбби кидало и в жар, и в холод — глупая способность испытывать такие эмоции к почти первому встречному. Щеки предательски заалели, и она поспешно опустила глаза, делая вид, что разглядывает свои ботинки. Но спустя мгновение, собравшись с силами, она смогла продолжить разговор:
— Ты что‑то хотел? — довольно сухо спросила она, стараясь скрыть волнение.
— А‑а, ну это… Мне сказали подойти к тебе, чтобы ты мне провела тут экскурсию и показала, что и как… Вот, — довольно неловко мямлил Уильям, поправляя кепку.
— Интересно! Мне об этом никто не сказал… Ладно, пошли, — уже мягче произнесла Дэбби, махнув рукой в сторону коридора.
После небольшой перепалки с начальством – оказалось, что её забыли предупредить о новеньком – Дэбби всё же начала экскурсию. Она показывала подсобные помещения, объясняла, где что находится, рассказывала про график и особенности работы. Уильям слушал внимательно, не задавая лишних вопросов, лишь изредка кивал и бросал короткие «понятно» или «ага». Ей это нравилось: он не перебивал, не пытался показаться умнее, а просто впитывал информацию. Он казался таким… загадочным. Дэбби невольно гадала, какие мысли сейчас таятся в его голове.
В один миг они встретились взглядами – и сердце у Дэбби заколотилось как бешеное. На секунду ей показалось, что он видит её насквозь: все её страхи, надежды, глупые мечты о чём‑то большем. Она резко отвела глаза, сделав вид, что заметила что‑то важное на стене.
Дальше всё шло довольно спокойно – как будто она разговаривала со своим давним приятелем. Дэбби даже расслабилась, начала шутить, рассказывать забавные случаи из жизни ресторана. Уильям смеялся в нужных местах, подхватывал шутки, и постепенно неловкость исчезла.
Время близилось к концу смены, и Дэбби вздохнула с облегчением – завтра у неё был полноценный выходной, и она была этому безумно рада. Она уже мысленно представляла, как проснётся в обед, вяло потянется, выпьет чашку кофе, включит любимый сериал… Но томные размышления снова прервал ОН:
— Я хотел спросить… — выпалил Уильям, вдруг остановившись и повернувшись к ней.
— М? — Дэбби замерла, чувствуя, как снова начинает биться сердце быстрее.
— Есть планы на завтра? — уже увереннее произнёс парень, глядя прямо на неё. В его глазах мелькнуло что‑то новое – не просто вежливость новичка, а живой, искренний интерес.
***
У неё не было грандиозных планов на завтрашний день – единственное, чего она хотела, — целый день нежиться в своей уютной постели, листать соцсети, смотреть сериалы.... Но если бы Уильям составил ей компанию в этом блаженном безделье, она была бы только за.
Пришло время отвечать на поставленный вопрос. Дэбби не хотела выглядеть слишком доступной, поэтому решила немного пококетничать – как в тех фильмах, которые она обожала:
— Смотря для чего ты спрашиваешь, — ехидно улыбнулась она, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя внутри всё трепетало.
— Хотел пригласить тебя в кино, — продолжил парень, слегка улыбнувшись.
Фантазия Дэбби разыгралась не на шутку. Она тут же представила этот поход: тёмный зал, драматический фильм, они в последнем ряду, его рука случайно касается её ладони, потом – осторожное движение ближе, тёплый взгляд, нежный поцелуй на прощание у её подъезда… Мысли незаметно унеслись дальше, к чему‑то более интимному, но её резко вернули в реальность:
— Так что, свободна завтра? — повторил Уильям, глядя ей прямо в глаза.
— Хм, надо подумать… — слегка покраснев, выдала она, нарочито медленно поправляя прядь волос.
— Думай быстрее, предложение ограничено, — поддержал её кокетство он, и в его глазах мелькнула искра веселья.
— Хорошо, — решительно ответила Дэбби, стараясь скрыть ликование. — Думаю, я смогу выделить тебе время и составить компанию.
— Отлично! Завтра в 12, не опаздывай. Я не привык ждать, — произнёс он с лёгкой улыбкой, но в голосе звучала мягкая настойчивость.
Эта его уверенность и чуть властный тон почему‑то умиляли её. Дэбби кивнула, стараясь сохранить серьёзное лицо, но губы сами растягивались в улыбке.
Она по‑быстрому переоделась, попрощалась с коллегами и почти вприпрыжку побежала к метро, улыбаясь, как 12‑летняя школьница, которую мальчик пригласил в кино после уроков. В груди разливалась такая лёгкость, будто она вот‑вот взлетит.
В этот вечер её мысли были заняты только завтрашним днём. Она перебирала в голове варианты нарядов: джинсы и худи – слишком просто, платье – может быть слишком официально… Остановилась на светлых джинсах и свободном свитере с высоким воротом – удобно и стильно. Что сказать при встрече? Как себя вести, чтобы не выглядеть слишком напористой или, наоборот, зажатой? Какой макияж сделать? Хотя Дэбби не очень любила краситься, ради него она решила добавить немного туши и блеска для губ — совсем чуть‑чуть, чтобы выглядеть свежей и естественной.
Перед сном она долго листала плейлист, пока не остановилась на «La di die» Нэссы Барретт – песня идеально передавала её настроение. Под эти звуки она и уснула, укутавшись в одеяло, с улыбкой на губах и мыслями о завтрашнем дне.
***
Утро Дэбби началось со слов «Чёрт, я проспала!» — и сердце тут же ухнуло вниз. Вчера, погрузившись в мечты о завтрашнем дне, она напрочь забыла поставить будильник. Время на экране телефона безжалостно показывало 11:25.
Она вскочила с кровати, едва не запутавшись в одеяле, и заметалась по комнате. Паника накатывала волнами: волосы растрёпаны, футболка задралась набок, а в голове – хаос. Дэбби резко полезла в телефон, чтобы написать Уильяму, но тут же осознала: у неё нет ни его номера, ни ссылок на соцсети. И, ещё один удар, место встречи они тоже не обговаривали.
Сердце забилось ещё чаще, дыхание сбилось. Всё, о чём она вчера думала и мечтала, могло рухнуть, как карточный домик. Яркие картинки свидания в кино, его улыбка, их первый настоящий разговор – всё это вдруг оказалось под угрозой из‑за её собственной оплошности.
Немного придя в себя, Дэбби глубоко вдохнула, провела ладонями по лицу и решительно схватила телефон. Она написала менеджеру с просьбой дать номер Уильяма. Начался долгий и мучительный диалог: менеджер упирался, ссылаясь на политику конфиденциальности и запрет распространять личные данные сотрудников. Дэбби уговаривала, объясняла ситуацию, чуть ли не умоляла – и после десяти минут полемики всё же получила желаемое.
Время уже близилось к 12. Руки дрожали, пальцы скользили по экрану, но она всё же набрала сообщение:
— Привет, это Дэбби, с работы. Я немного проспала… Надеюсь, ты ещё не приехал? И, кстати, где мы должны были встретиться? Мы вроде бы этого не обговаривали :)
Ответ пришёл почти мгновенно:
— Привет. Откуда у тебя мой номер? У меня уже другие планы. Увидимся на работе.
Дэбби замерла. Экран телефона будто обжёг глаза. Она ожидала какой‑то негативной реакции за свой промах – раздражения, упрёка, даже лёгкого сарказма, – но не такого холодного, категоричного отказа. В груди что‑то сжалось, а к горлу подступил комок.
Спустя долгих пять минут, перечитав переписку ещё раз и так и не найдя подходящих слов, она смогла ответить лишь:
– Ок.
Экран погас, а Дэбби так и осталась стоять посреди комнаты, сжимая в руке телефон. Радость утра сменилась горьким разочарованием, а предвкушение – ощущением пустоты. Она медленно опустилась на край кровати, глядя в окно, за которым светило яркое солнце, будто ничего не случилось. Но для неё этот день уже перестал быть особенным.
***
«Понедельник — день тяжёлый», — подумала Дэбби, поднимая голову с подушки. Сегодня она проснулась вовремя, даже раньше обычного. На удивление, не ощущалось ни капли сонливости – только бодрое предвкушение нового дня и слабая, но ощутимая неуверенность в том, что он принесёт.
Пока она принимала ванну, вдыхая аромат лавандовой пены, завтракала тостами с авокадо и собиралась, мысли снова и снова возвращались к Уильяму. Его вчерашнее сообщение до сих пор саднило где‑то внутри — оно не просто огорчило, а по‑настоящему шокировало. Дэбби не понимала такой реакции. Да, она допустила оплошность, проспала, но отвечать так холодно и резко… Это казалось перебором.
Она несколько раз брала в руки телефон, собираясь написать ему: спросить, всё ли в порядке, ещё раз извиниться. Тем более что в ближайшие дни они не увидятся на работе – у них не совпадали графики. Но каждый раз она откладывала телефон. Переписка не передаст всех эмоций, не поможет разобраться в ситуации по‑настоящему. «Лучше подождать выходных, — решила она. — Тогда можно будет поговорить лично, посмотреть ему в глаза, понять, что на самом деле происходит».
Но не прошло и полдня, как экран телефона вспыхнул уведомлением. Сердце ёкнуло: сообщение было от Уильяма.
— Привет, как ты?
Чувства нахлынули волной: радость от того, что он всё‑таки написал, недоумение – почему именно сейчас, и даже лёгкая злость за вчерашний тон. Дэбби застыла, глядя на экран. Что ответить? Послать смайлик? Ответить сразу или выдержать паузу? Может, позвонить? Но последняя мысль показалась самой нелепой – она тут же её отбросила.
Пальцы замерли над клавиатурой. Она перечитала сообщение раз, другой, третий. Внутри всё смешалось: надежда и обида, любопытство и гордость. В голове крутились десятки вариантов ответа – от короткого «Нормально» до длинного объяснения своих чувств. Но в итоге она просто заблокировала экран и отложила телефон в сторону.
«Пусть подождёт, — подумала она, пытаясь унять дрожь в руках. — Если ему действительно важно, напишет ещё».
Дэбби глубоко вздохнула, встала из‑за стола и подошла к окну. За стеклом шёл мелкий дождь, капли стекали по стеклу, словно слёзы. Она провела пальцем по прохладному стеклу, пытаясь собраться с мыслями. Внутри всё ещё бурлило, но где‑то на краю сознания теплилась надежда.
***
Он не сдавался и решил позвонить. Дэбби так опешила, что на мгновение замерла, словно время вокруг остановилось. Она сжала в руках телефон, неотрывно смотрела на экран с входящим вызовом – имя Уильяма светилось так ярко, будто пыталось что‑то ей сказать. Сердце застучало быстрее, ладони слегка вспотели, а мысли заметались: «Отвечать? Не отвечать? Что сказать, если отвечу?»
Уильям был настойчив: после первого звонка последовал второй, затем третий – пока она, наконец, не набралась смелости и не взяла трубку.
— А‑а… алло? — промямлила Дэбби, стараясь унять дрожь в голосе.
— Привет, почему не ответила на смс? — довольно спокойно начал Уильям.
— Ну я… это… просто на работе, — так же неуверенно продолжила она, нервно теребя край рукава.
— Ой, прости, не хотел тебя отвлекать. Просто хотел узнать, что ты сегодня делаешь после работы? Может, сходим куда‑нибудь? — в его тоне не было ни капли раздражения – только искренний интерес.
Дэбби на мгновение растерялась. В голове крутились противоречивые мысли: с одной стороны, она очень хотела согласиться, с другой – злилась из-за вчерашнего..
— Я не… не знаю, давай я тебе чуть позже напишу? — наконец выдавила она, пытаясь выиграть время.
— Хорош… — начал было Уильям, но она, поддавшись панике, не дослушала и резко сбросила звонок.
Минут тридцать она просто сидела, уставившись в пол. В голове одновременно роилось огромное количество мыслей – и в то же время ощущалась полная пустота. Она перебирала в уме разные сценарии: что сказала не так, как можно было ответить иначе, почему он вообще снова пишет …
«Доработать спокойно я точно не смогу, — подумала Дэбби, проводя ладонью по лицу. — Надо что‑то решать». Она глубоко вздохнула, закрыла глаза на несколько секунд, пытаясь собраться с силами, а затем решительно разблокировала телефон. Пальцы дрожали, но она всё же набрала сообщение.
***
Пройдя долгий и полемичный путь у себя в сознании, Дэбби всё же решила согласиться на прогулку с тем самым непостоянным молодым человеком, от которого, как она уже поняла, можно ожидать чего угодно. Сомнения ещё крутились в голове – вчера он отказал, сегодня зовёт гулять, – но внутри теплилась надежда: может, это шанс его понять?
Она написала ему смс: «Буду свободна после 7 вечера, готова прогуляться с тобой». Пальцы чуть дрожали над клавиатурой, пока она нажимала «Отправить».
Парень не заставил себя ждать — ответил моментально: «Отлично! Тогда в 7:30 в парке у озера. Знаешь такой?» Он даже добавил смайлик с подмигиванием, отчего у Дэбби ёкнуло сердце. Она быстро подтвердила: «Да, буду там», — и тут же почувствовала, как по телу разливается приятное волнение.
Весь оставшийся рабочий день, а также дорогу от работы до дома Дэбби моделировала эту встречу у себя в голове. Она представляла, как они идут рядом, смеются над какой‑то шуткой, останавливаются у фонарного столба, чтобы передохнуть… А потом – разговор по душам, искренние слова, возможно, даже робкое прикосновение. Но как же всё пройдёт на самом деле? Этот вопрос оставался открытым, и от него внутри всё слегка подрагивало.
***
Дэбби добралась до дома около 6 вечера. Времени на сборы было не так много, и она решила не усложнять – выбрала первые попавшиеся вещи из гардероба: тёмные классические джинсы, светлую рубашку цвета хаки, белые кеды. Перед зеркалом остановилась на пару секунд, оценивая образ. «Просто, но аккуратно», — подумала она, и это её устроило.
Нанесла лёгкий макияж: чуть подкрасила ресницы тушью, слегка припудрилась, чтобы скрыть лёгкий румянец волнения, и нанесла на губы светлый блеск. Взгляд задержался на родинке у носа – обычно она её стеснялась, но сегодня почему‑то решила, что это не так уж и плохо выглядит.
Перекусить времени не оставалось – желудок недовольно заурчал, но Дэбби решила, что лучше перекусить после прогулки. «Может, зайдём куда‑нибудь?» — мелькнула мысль, и она улыбнулась своим мечтам.
Уильям назначил встречу в парке, в котором она раньше не бывала. Пришлось немного повозиться с картой в телефоне, уточнить маршрут, вызвать такси – но в итоге она справилась.
На удивление, Дэбби приехала вовремя. Уильям уже ждал её – стоял у входа в парк, засунув руки в карманы, и оглядывался по сторонам. Когда он заметил её, лицо его озарилось улыбкой. Он сделал шаг навстречу, и Дэбби почувствовала, как волнение отступает.
***
Пульсирующая головная боль разбудила Дэбби. Она с трудом разомкнула веки, и первое, что она увидела перед собой, – обнажённый торс спящего Уильяма. Его грудь мерно поднималась и опускалась в ритме спокойного дыхания, а солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь большое окно, играли на мышцах его плеч.
Дэбби почти хотела закричать, но сдержалась – крик застрял где‑то в горле, оставив лишь сдавленный вздох. Она резко прикрыла рот ладонью, пытаясь унять дрожь. Взгляд заметался по комнате: огромное окно, из которого лился яркий утренний свет, плазменный телевизор на стене, пара минималистичных стульев у небольшого столика, гигантское незаполненное пространство между мебелью – квартира напоминала сцену из фильма про мальчика‑мажора. Но она тут же отогнала эти мысли: сейчас это было совершенно не важно.
«Что это? Где я? Почему он голый? Интересно, под одеялом тоже?.. Почему голая я?» — вопросы крутились в голове, сталкиваясь друг с другом, как бильярдные шары. Она ничего не понимала и ничего не помнила о событиях вчерашнего вечера. Мозг словно стёр всю информацию, оставив лишь пустоту и пульсирующую боль.
На прикроватной тумбочке часы показывали около 7 утра. И тут Дэбби вдруг осознала: смена в больнице начинается через час. Паника ударила в виски с новой силой.
Она замерла на мгновение, прислушиваясь к дыханию Уильяма — он всё ещё крепко спал, слегка приоткрыв рот. Осторожно, почти не дыша, Дэбби начала действовать. Медленно, дюйм за дюймом, она выскользнула из‑под одеяла, стараясь не издать ни звука. Каждое движение давалось с трудом – тело казалось чужим, неповоротливым, а голова кружилась.
Быстро, но аккуратно, чтобы не разбудить это красивое обнажённое тело, она собрала свою одежду, разбросанную по полу. В ванной, стоя перед зеркалом, Дэбби на мгновение замерла, разглядывая своё отражение: растрёпанные волосы, следы туши под глазами, лёгкая ссадина на плече, которую она раньше не замечала. «Что же произошло вчера?» — снова пронеслось в голове.
Она быстро приняла душ, стараясь не шуметь, вытерлась полотенцем, оделась и, бросив последний взгляд на спящего Уильяма, бесшумно выскользнула из квартиры. Дверь захлопнулась за ней с тихим щелчком.
В лифте, пока кабина медленно спускалась вниз, Дэбби прислонилась к стене и глубоко вздохнула. В груди клубились противоречивые чувства: облегчение от того, что удалось уйти незаметно, стыд за своё состояние, растерянность из‑за провала в памяти и, где‑то глубоко, странное, неуместное любопытство: что Уильям подумает, когда проснётся и обнаружит, что она исчезла?
Выйдя на улицу, она вдохнула свежий утренний воздух и ускорила шаг. До больницы было ехать двадцать минут, а времени оставалось всё меньше. «Сначала на работу, — твёрдо сказала она себе. — А с остальным разберусь потом».