глава 17. След
Тем временем в лаборатории криминалисты закончили экспертизу. Женя держал в руках бумаги и чувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Отпечатки пальцев Живого на пистолете, из которого стреляли в Сашу, совпали с отпечатками на кольце, найденном на пальце Лены Ефимовой. Идеально. Чисто. Слишком чисто.
- Он не мог оставить такие чёткие отпечатки, если бы был в перчатках, - сказал эксперт, стоя рядом. - Но они есть. И они его.
Женя кивнул, сжимая бумаги в руке.
- Это всё, что нам нужно для ордера на арест, - ответил он. - Но я хочу докопаться до сути. Слишком всё гладко.
Он вышел из лаборатории и набрал номер Островского. Тот всё ещё сидел в камере, но был готов на сотрудничество, если это поможет снять с него часть вины.
- Островский, - сказал Женя в трубку. - У меня к тебе просьба. Ты говорил, что у тебя есть друг - психотерапевт из Москвы. Мы хотим, чтобы он приехал и поработал с Ефимовой. Ей нужно восстановить память. Она видела убийцу, но блокирует воспоминания.
В трубке повисла тишина. Потом Островский вздохнул.
- Хорошо, Боков. Я позвоню ему. Но учти - он не из дешёвых. И он не работает с милицией.
- Мне посрать, сколько он просит, - ответил Женя. - Лишь бы он помог.
Он сбросил вызов и посмотрел на небо. Дождь кончился, и тучи начинали расходиться.
Часом ранее Ваня стоял в ресторане, где по сведениям, Вера, одна из убитых девушек, провела свой последний вечер. Он показывал фотографию девушки официанту, и тот нервно теребил салфетку.
- Да, я помню её, - сказал он. - Она была с молодым человеком. Они сидели в углу, пили вино. Он заплатил за ужин, это был главный в городе - Витя Кочерга. Он оставил щедрые чаевые.
Ваня нахмурился.
- Витя Кочерга, - повторил он. - Ты знаешь, где он живёт?
- Где-то на окраине, - официант пожал плечами. - Мы не спрашиваем у клиентов адреса, тем более у таких как он
Ваня вышел из ресторана и сразу набрал Райкину.
- Надя, - сказал он. - Витя Кочерга. Он был с Верой в ресторане в день её смерти. Я думаю, нам нужно съездить к нему домой.
- Едем, - коротко ответила она. - Я беру машину.
Дом Кочерги был пуст. Дверь была приоткрыта, и внутри пахло чем-то металлическим и тяжёлым. Райкина вошла первой, держа руку на кобуре. Гостиная была разгромлена. Мебель перевёрнута, на полу тёмные пятна, которые уже начали подсыхать.
- Следы пыток, - сказала она, приседая и осматривая пол. - Кровь. Много крови. Его пытали.
- Или он пытал кого-то, - добавил Ваня, осматривая комнату.
Они обыскали дом, но ничего не нашли. Только следы борьбы и пустоту.
- Его нет, - сказала Райкина, заходя на кухню. - И мы не знаем, жив ли он.
Ваня сжал челюсть.
- Мы найдём его. Или он найдёт нас.
В больнице Живой очнулся через несколько часов после операции. Он лежал на койке с перевязанным плечом, бледный, но с ясными глазами. Женя сидел напротив, положив перед ним бумаги.
- Отпечатки твоих пальцев на оружии и на кольце, - сказал он, перечисляя улики. - Ты знал, что в мёде опиум. Ты имел доступ ко всем уликам. Ты подставил Островского, а сам продолжал убивать.
Живой слабо усмехнулся.
- Косвенные улики, - ответил он. — Это всё косвенное, Боков. Отпечатки могли быть там, потому что я работал с уликами. Мёд я исследовал по просьбе Боковой. А пистолет... ну, ты сам знаешь, оружие могло быть у кого угодно.
Женя сжал кулаки.
- Ты улыбаешься, - сказал он тихо. - Ты сидишь в камере, у тебя пуля в плече, а ты улыбаешься. Почему?
- Потому что ты не докажешь, что это я, - ответил Живой. - У тебя ничего нет, кроме косвенных улик. А в нашей системе это ничто.
Женя встал, чувствуя, как внутри закипает ярость.
- Я докажу, - сказал он. - Я тебе это лично обещаю.
Он вышел из палаты и столкнулся с Ваней.
- Злобин, - сказал он. - Что ты нашёл?
Ваня выдохнул.
- Я нашёл мотоцикл в гараже Кочерги. Его одолжил у соседа по палате Антон, парень Веры. Антон попал в больницу после избиения бандитами, а потом взял мотоцикл и следил за обидчиком. Он подозревал, что тот причастен к исчезновению Веры.
- И где он сейчас?
- У того соседа. Я поговорил с ним. Антон рассказал, что тна оставила BMW, забрала деньги и уехала. Антон пытался найти её, но не успел, - Ваня помолчал. - В день её смерти его задержали в милиции по ошибке. Отпустили за выкуп. А когда он вышел - её уже убили.
- Кто её убил?
- Маньяк. Но мы не знаем, кто. Живой говорит, что невиновен. Но улики говорят обратное, - Ваня покачал головой. - Я расспросил администратора гостиницы. Антон и Вера часто там останавливались.
Женя сжал переносицу.
- Все запутано. Слишком запутано.
В аэропорту было шумно и людно. Женя стоял у выхода, держа в руке табличку с именем «Дмитрий Орлов». Через десять минут к нему подошёл высокий мужчина в очках и пальто. У него было доброе лицо и внимательные глаза.
- Евгений? - спросил он, пожимая руку. - Я Дмитрий. Островский рассказал мне о деле. Ефимова - ключевой свидетель. Мы должны помочь ей вспомнить.
- Да, - ответил Женя, чувствуя, как впервые за долгое время внутри появляется надежда. - Она видела убийцу. Но её разум блокирует воспоминания.
- Я помогу, - сказал психотерапевт. - Но учтите: иногда память возвращает не то, что вы хотите услышать. Она может вспомнить то, что изменит всё дело.
- Я готов к этому, - ответил Женя. - Поехали.
Они вышли из аэропорта, и Женя смотрел на небо, которое начало светлеть. Где-то там, в больнице, лежала Лена. И в её голове были ответы на все вопросы. Оставалось только их достать.