Часть 9: Вкус запретного плода
Металлический звон золотой цепи всё ещё эхом отдавался в ушах, когда массивная дубовая дверь спальни плавно приоткрылась. В комнату вошёл Ли Минхо. Он уже сменил тюремную робу на дорогую чёрную шелковую рубашку, верхние пуговицы которой были небрежно расстёгнуты. В руках мафиози держал изящную фарфоровую тарелку, наполненную спелыми, сочными фруктами.
На его лице блуждала спокойная, даже мягкая улыбка, словно они находились не в логове криминального авторитета, а на свидании.
- Доброе утро, доктор Хан. Надеюсь, снотворное Чонина не вызвало головную боль, - непринуждённо произнёс Минхо, делая шаг к кровати. - Я принёс тебе завтрак.
Вид этого абсолютного, издевательского спокойствия сорвал у Джисона последнюю чеку. Вся паника, злость и унижение от похищения и этой цепи на ноге выплеснулись наружу. Хан резко вскочил с постели. Золотые звенья натянулись, ограничивая движение, но Джисону хватило расстояния, чтобы со всей силы взмахнуть рукой.
Он наотмашь ударил по фарфоровой тарелке.
С оглушительным звоном фарфор разлетелся на мелкие осколки по дорогому паркету, а спелая клубника и дольки ананаса покатились по полу.
- Ты сумасшедший! Псих! - сорвавшись на крик, тяжело дыша, выдавил Джисон. Глаза Хана блестели от подступающих слёз ярости. - Какого чёрта здесь происходит?! Сними с меня это! Живо отпусти меня домой, урод, у меня работа, у меня жизнь! Ты не имеешь права!
Улыбка мгновенно исчезла с лица Минхо. Его взгляд за долю секунды превратился в ледяную, обжигающую пустыню. Бывший глава синдиката не привык, чтобы перед ним швырялись вещами и уж тем более повышали на него голос.
- Права? - тихо, с опасной хрипотой переспросил Минхо.
Джисон даже не успел отступить. Минхо сделал молниеносный выпад вперед, хватая Хана за ворот шёлковой рубашки. Одним мощным, неоспоримым движением он толкнул Джисона обратно на кровать. Хан навзничь упал на мягкие подушки, а в следующую секунду Минхо навис сверху, намертво прижимая его своими бедрами к матрасу и перехватывая обе запястья доктора одной рукой над его головой.
- Ты, кажется, забыл, где находишься, бабочка, - прорычал Минхо прямо в губы Джисону, тяжело дыша от ярости и внезапно вспыхнувшего возбуждения. - Здесь все права принадлежат мне. Из этой комнаты ты выйдешь только тогда, когда я сам этого захочу.
Джисон попытался что-то крикнуть, открыв рот, но Минхо безжалостно оборвал его, впиваясь в губы младшего диким, собственническим и невероятно страстным поцелуем.
Это не было похоже на тот аккуратный поцелуй в шею в больнице. Сейчас Минхо брал свое силой, глубоко и властно сминая губы Джисона, подчиняя его себе до самого остатка. Хан отчаянно пытался брыкаться, крутить головой, но хватка мафиози была железной. Минхо кусал его губы до сладости и привкуса железа, заставляя Джисона тихо, беспомощно промычать в поцелуй, пока по телу психиатра против его воли разливался парализующий, горячий и порочный жар.