Шок
Голубовато-жёлтая вспышка магии с тихим хлопком разрезала воздух, и посреди комнаты Санса соткались два силуэта. Пыль еще кружилась в косых лучах полуденного солнца, а Стик уже устало потягивалась, разминая затекшие после перехода плечи.
"Ну и денёк."выдохнула она, поправляя золотое ожерелье на шее. Её карие волосы-каре слегка растрепались.
Санс ничего не ответил. Он лишь привычно засунул кисти рук, скрытые мягкими, похожими на варежки фалангами, в карманы синей толстовки и повёл плечами. Но стоило им сделать шаг к двери, как до их обоняния донёсся до боли знакомый, ни с чем не сравнимый аромат. Воздух в квартире был буквально пропитан запахом подгоревшей овсяной каши с фруктовыми мармеладками - теми самыми «яйцами динозавров», которые Папайрус считал венцом кулинарного творения.
Санс непринуждённо ухмыльнулся, хотя внутри у него на секунду потеплело. С тех пор как сбросы прекратились целых два года назад, такие приземлённые моменты домашнего уюта стали для него особенно ценными, пусть он и скрывал своё беспокойство.
"хей, стик."-лениво протянул старший скелет, подмигнув девушке левым белым зрачком.
"похоже, великий папайрус снова превзошёл сам себя. идём, покажемся, а то он решит, что мы растворились в текстурах. да и... надо мне у него кое-что разузнать."
Стик хихикнула, её янтарные глаза на мгновение приоткрылись, отражая мягкую решимость. Она уже привыкла к этому странному, но ставшему родным дому.
Когда они вышли на кухню, Папайрус стоял у плиты в своём неизменном «боевом теле» - белом нагруднике и развевающемся красном плаще, который он, кажется, не снимал даже в душе. Обернувшись на шаги, высокий скелет замер с поварёшкой в руке. Его глазницы-щели удивлённо расширились. Санса не было дома уже несколько дней - Папс знал, что исчезновения брата стали вещью постоянной , и к внезапным появлениям старшего уже почти привык.
"САНС!"-громогласно объявил Папайрус, и от его харизматичного голоса чуть зазвенели стёкла.
"И ЧЕЛОВЕК-СТИК! ВЫ ВЕРНУЛИСЬ! ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС РАД ВИДЕТЬ ВАС!"
В душе младшего брата бушевала буря эмоций. С одной стороны, он всё ещё отходил от недавнего разговора с Юри и тяжелых мыслей об их загадочном отце Гастере и таинственных байкерах. С другой - он был искренне счастлив. Стик, так удивительно похожая на Фриск, кажется, окончательно прописалась у них. Папайрус тайно надеялся, что присутствие этой девушки сделает его ленивого брата хоть чуточку собраннее.
«Возможно даже...»-промелькнуло в его наивном черепе.
«... Санс наконец-то заведёт себе девушку! Ньех-хе-хе!»
Больше ртов для его кулинарных шедевров - это всегда плюс.
"привет, бро."-Санс примирительно поднял руку.
"как сам? не скучал тут без моих потрясных каламбуров?"
"Я ВСЕГДА ВЕЛИКОЛЕПЕН, САНС!"-Папайрус гордо скрестил руки на груди, проигнорировав выпад про шутки.
"И У МЕНЯ ЕСТЬ ПОТРЯСАЮЩИЕ НОВОСТИ! Я РАСКРЫЛ СВОИ СТИХИИ! ТЕПЕРЬ Я НЕ ПРОСТОСТРАЖ, Я - ОГНЕННЫЙ ГЕРОЙ!"
Санс на секунду замер. Белые зрачки в его чёрных глазницах слегка сузились, выдавая секундное замешательство. Его гениальный аналитический ум тут же начал просчитывать варианты.
"стихии?.."-переспросил он, приподняв невидимую бровь.
"это тебе герсон подкинул пищу для размышлений?"
"ИМЕННО!"-Папайрус забавно почесал затылок, отчего его плащ колыхнулся.
"НУ... СТАРЫЙ ГЕРСОН ДАЛ МНЕ ПОДСКАЗКУ. ОН СПРОСИЛ, ПОЧЕМУ ВСЯ СЕМЬЯ ДРИММУРРОВ ВЛАДЕЕТ МАГИЕЙ ОГНЯ. И ТУТ МОЙ ВЕЛИКИЙ РАЗУМ ВСЁ ПОНЯЛ! МОНСТРЫ - ЭТО МАГИЯ, А НАШИ ТЕЛА СТАЛИ ПЛОТНЕЕ НА ПОВЕРХНОСТИ. ЗНАЧИТ, МАГИЯ - ОТРАЖЕНИЕ ДУШИ! В КАЖДОМ ИЗ НАС ЕСТЬ СУТЬ. МОЯ СУТЬ - ХРАБРОСТЬ И ОГОНЬ! ХОТЯ ЗЕМЛЁЙ Я ТОЖЕ СКОРО ОВЛАДЕЮ!"
Стик, стоявшая чуть позади, искренне и звонко рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.
"Стоило ожидать от Великого Папайруса."-подмигнула она высокому скелету.
"Ты ведь у нас не только сильный и невероятно харизматичный, но ещё и чертовски умный, верно?"
Оранжевый румянец густо залил скулы Папайруса. Он завертелся от смущения, гордо выпятив грудь:
"Д-ДА! ИМЕННО ТАК! ЧЕЛОВЕК-СТИК ЗРИТ В САМЫЙ КОРЕНЬ!"
Санс мягко ухмыльнулся, глядя на брата с нескрываемой теплотой. Выносливость у него самого была низкой, а статы - хуже некуда, но ради этого долговязого оптимиста он был готов перевернуть мультивселенную.
"ну да, не зря мой бро - самый крутой монстр в мире."-подтвердил старший.
Однако шутки шутками, а цель визита Санса была вполне конкретной. Он помнил своё обещание Сторишифт!Чаре - своей «Шифт», к которой питал тёплые чувства. Она так сильно переживала, что его хрупкое тело с 1 ОЗ не выдержит спонтанных магических «Пробуждений», что взяла с него клятву начать тренироваться. И ради неё ленивый скелет решил переступить через себя.
Санс сделал шаг вперёд, его голос прозвучал буднично, но в кухонной тишине это имело эффект разорвавшейся бомбы:
"слушай, папс... а где у нас лежат твои... ну, эти... гантели?"
Мир вокруг Папайруса на мгновение остановился. Шестерёнки в его черепушке со скрипом провернулись раз, другой, третий. Мозг Великого Папайруса отчаянно пытался обработать входящие данные. Гантели. Санс. Слова «Санс» и «физический труд» в его личной вселенной никогда не стояли в одном предложении. Санс, который левитировал пульт от телевизора, чтобы не вставать с дивана, просит спортивный инвентарь?!
"мне они... это... для тренировок нужны, в общем."-добавил Санс, неловко почесав череп.
Папайруса буквально вынесло из реальности. Он подскочил на месте, едва не выронив поварёшку. Его лицо - если бы у скелетов были мышцы - выражало бы дикую смесь космического шока, праведного негодования и самого настоящего, первобытного страха. Глазницы округлились до предела.
«ЭТО НЕ МОЙ БРАТ!»-в панике закричал его внутренний голос.
«МОЙ БРАТ СКОРЕЕ ПРЕВРАТИТСЯ В ПЫЛЬ, ЧЕМ ДОБРОВОЛЬНО ПОДНИМЕТ ЧТО-ТО ТЯЖЕЛЕЕ БУТЫЛКИ КЕТЧУПА!»
Магия Храбрости внутри Папайруса среагировала мгновенно. С громким треском прямо в его руке соткалась длинная, острая кость. Взмахнув ей, как боевым шестом, высокий скелет в один прыжок перемахнул через кухонный стол и выставил оружие прямо перед лицом Санса. Воздух вокруг Папса даже слегка потеплел от закипающей магии.
"КТО ТЫ ТАКОЙ?!"-грозно, со всей своей берсеркской решимостью выкрикнул Папайрус, его правый глаз на долю секунды мазнул оранжевой искрой.
"ЧТО ТЫ СДЕЛАТЬ С МОИМ ЛЕНИВЫМ БРАТОМ?! НАСТОЯЩИЙ САНС НИКОГДА БЫ ТАК НЕ СКАЗАЛ! ОТВЕЧАЙ, ПОДЛЫЙ САМОЗВАНЕЦ, ИЛИ ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС ЗАДАСТ ТЕБЕ ХУДОЕ ВРЕМЯ!"
Санс от такой прыти аж оторопел. Он поднял руки в примирительном жесте, его белые зрачки испуганно заметались. Ну, сказать, что он совсем не ожидал шока от брата, было бы ложью... Но боевой шест, направленный прямо в череп при 1 ОЗ - это был явный перебор даже для его запредельной скорости реакции.
"воу, воу, бро, полегче с костями!"-поспешно затараторил Санс, а его щёки медленно окрасились в нежно-голубой цвет от неловкости ситуации.
"это правда я! клянусь своей левой пяткой и запасом кетчупа у гриллби! просто... я решил немного размять старые кости, честно! стик, ну скажи ему!"
Стик, которая до этого момента с интересом наблюдала за комедийным боевиком, разыгравшимся на кухне, поспешно подняла руки в примирительном жесте. В её глазах, обычно спокойных и даже чуть отстранённых, вспыхнул искренний испуг - она знала, насколько непредсказуемым может быть Папайрус в порыве «Храбрости».
"Папс, стой!"-воскликнула она, делая шаг вперёд, но не приближаясь слишком близко к кончику боевого шеста.
"Это правда он! Санс! Это всё ещё тот самый ленивый шутник, просто... просто у нас состоялся серьёзный разговор."
Папайрус не опустил оружие. Его дыхание (насколько оно было возможно для скелета) стало тяжелым, а воздух вокруг кончика кости начал неприятно подрагивать от жара - явный признак того, что стихия огня реагирует на его возбуждённое состояние.
"ЭТО ОЧЕНЬ ПОДОЗРИТЕЛЬНО, СТИК!"-прогремел он, подозрительно прищурившись.
"САНС? ТРЕНИРОВКИ? ГАНТЕЛИ? ОН ДАЖЕ ХОТ-ДОГИ В ПАРКЕ ЕСТ, ЛЕЖА НА КОРОБКЕ, ПОТОМУ ЧТО ЕМУ ЛЕНЬ СТОЯТЬ!"
Санс стоял неподвижно, сложив руки за головой. Его вечная ухмылка никуда не делась, но в глубине глазниц читалась усталость - не физическая, а та самая, глубокая, пришедшая из тысяч таймлайнов, где он видел всё. Он знал, что сейчас Папайрус - это не просто «глуповатый младший брат», а грозная сила, которая в порыве защиты готова разнести полквартиры.
"бро."-мягко начал Санс, его голос прозвучал тише, без привычных комических интонаций.
"я знаю, это звучит безумно. но... я обещал."
Папайрус замер. Его шест слегка дрогнул.
"Обещал?"-эхом отозвался он
"КОМУ ТЫ МОГ ТАКОЕ ПООБЕЩАТЬ?! ТЫ ЖЕ НЕНАВИДИШЬ ОБЕЩАНИЯ! ТЫ ГОВОРИЛ, ЧТО ЭТО КАК КЛЯТВА НА ВСЮ ЖИЗНЬ!"
Санс на секунду отвел взгляд в сторону, туда, где Стик стояла, скрестив пальцы. Он вспомнил, как Шифт - Сторишифт!Чара - смотрела на него тогда, с этой своей смесью тревоги и надежды. Как она просила его заботиться о себе. Санс, который привык быть тем, кто всё контролирует из тени, вдруг осознал, что хочет быть лучше. Не только ради неё, но и чтобы в следующий раз, когда придут «байкеры» или кто-то похуже, он не оказался тем, кто просто падает в изнеможении после первого же призыва бластеров.
"я... я пообещал кое-кому, кто мне дорог, папс."-Санс наконец встретился с братом взглядом. Его зрачки на долю секунды стали более узкими, серьезными, какими они бывают в зале суда.
"я не хочу, чтобы моё тело подвело меня в самый важный момент. то есть... как можно жить с 1 ОЗ, когда тебя любой столб убить может?"
Папайрус медленно, сантиметр за сантиметром, опустил костяной шест. Жар, исходивший от него, начал рассеиваться, превращаясь в лёгкий дымок. Он посмотрел на своего старшего брата - на этого низкого, «ширококостного» скелета в потрёпанной толстовке, который выглядел сейчас почти... уязвимым.
"САНС..."-голос Папайруса потерял свою громогласность, став почти обиженно-тихим.
"ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ СКАЗАТЬ МНЕ. Я - ВЕЛИКИЙ ТРЕНЕР! Я МОГ БЫ ПОМОЧЬ ТЕБЕ! А НЕ ЭТИ... ГАНТЕЛИ! ОНИ СКУЧНЫЕ!"
Папайрус с громким стуком развеял кость, превратив её в облачко магической пыли. Он тяжело вздохнул, подбоченившись.
"ЕСЛИ ТЫ СОБРАЛСЯ ТРЕНИРОВАТЬСЯ, ТО ТЫ БУДЕШЬ ДЕЛАТЬ ЭТО ПРАВИЛЬНО! НИКАКОЙ ЛЕНИ, НИКАКИХ КЕТЧУПНЫХ ПЕРЕРЫВОВ КАЖДЫЕ ПЯТЬ МИНУТ! ТЫ ПОНЯЛ?!"
Санс издал короткий, облегчённый смешок и снова расплылся в своей обычной улыбке.
"понял, шеф. никаких поблажек."
Он повернулся к Стик и подмигнул. Та выдохнула, чувствуя, как адреналин потихоньку отступает.
"ну что, бро."-Санс снова стал самим собой,
"так где там твой арсенал «железа»? или мне придётся самому его телепортировать из пыльного угла?"
Папайрус уже был на пути к подсобке, его красный плащ гордо развевался.
"ОНИ В КЛАДОВКЕ, ЗА МОИМИ ЗАПАСАМИ ПОЛИРОЛИ ДЛЯ ЧЕРЕПА! И НЕ ДУМАЙ, ЧТО ТЫ ОТДЕЛАЕШЬСЯ МАЛЫМ, САНС! МЫ НАЧНЕМ С РАЗМИНКИ... ПОСЛЕ КОТОРОЙ ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ВООБЩЕ РОДИЛСЯ С ЛЕНИВЫМ ХАРАКТЕРОМ!"
Стик подошла к Сансу и тихо прошептала, когда Папайрус скрылся в недрах квартиры:
"Ты уверен, что готов к «Великим тренировкам» Папса? Ты же знаешь, он не умеет сдерживаться, даже когда «сдерживается»."
Санс ухмыльнулся, но в его глазах блеснула искра того самого ленивого, но абсолютно уверенного в себе Судьи.
"знаю, стик. но, эй... если он хочет сделать из меня героя, то я, пожалуй, не против быть его первым проектом. к тому же... это будет неплохой способ сжечь лишний кетчуп."
В этот момент из кладовки донёсся грохот падающих коробок, голос Папайруса:
"АГА! ВОТ ОНИ! ГОТОВЬСЯ К ВЕЛИЧИЮ, БРАТ!"
Санс, вздохнув, направился туда, зная, что спокойный вечер официально отменяется.
...
Спустя ровно семь минут и сорок две секунды Санс пришёл к однозначному выводу: физические нагрузки - это худшее изобретение человечества, монстров и всех промежуточных альтернативных вселенных вместе взятых.
"ох, звёзды..."-прохрипел он, чувствуя, как его левая рука буквально отваливается.
Гантель весом всего в каких-то несчастных пять килограммов сейчас казалась ему тяжелее, чем Омега-Флауи в его лучшие годы. Кости предплечья ныли так, словно по ним прошлись Гастер-бластером, а по «широкой кости» катился фантомный пот. Санс сделал ещё одно мучительное движение вверх-вниз, и в его суставе что-то подозрительно и очень громко хрустнуло.
Со стороны дивана донёсся короткий, приглушённый звук. Санс скосил правый зрачок и наткнулся на взгляд Стик. Девушка изо всех сил вжимала ладонь в лицо, пытаясь скрыть широкую улыбку, но её плечи предательски подрагивали от беззвучного смеха. Янтарные глаза блестели от искреннего веселья. Смотреть на то, как величайший ленивец мультивселенной страдает над пятитысячным граммом железа, было зрелищем на миллион.
"очень смешно, малая."-пропыхтел Санс, швыряя снаряд на ковёр. Гантель глухо ухнула, а скелет обессиленно повалился рядом, раскинув руки в стороны.
"всё. время смерти - 10 часов вечера. похороните меня за «у гриллби»."
"НЕТ, САНС! ЭТО НЕ КОНЕЦ! ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО ТВОЕГО ПЕРЕРОЖДЕНИЯ!"-Папайрус, стоявший над ним в позе супергероя, буквально светился от счастья. На его скулах горел яркий оранжевый румянец гордости.
"ПОСМОТРИ НА СЕБЯ! ТЫ ПРОДЕРЖАЛСЯ ПОЧТИ ВОСЕМЬ МИНУТ! МОЙ КУЛИНАРНО-СПОРТИВНЫЙ ГЕНИЙ НАКОНЕЦ-ТО НАСТАВИЛ ТЕБЯ НА ПУТЬ ИСТИННЫЙ! ТРУД ЕЩЁ НИКОМУ НЕ ПРИЧИНИЛ ВРЕДА! ДАЖЕ ТЕБЕ!"
Высокий скелет победно взмахнул своим красным плащом, искренне веря, что сотворил чудо. Его ленивый брат, который годами игнорировал даже просьбу поднять носок, наконец-то понял важность работы над собой! Для Папса это был монументальный триумф.
Однако, когда первая волна эйфории утихла, Папайрус вдруг замер. Щелчок шестерёнок в его голове на этот раз был почти осязаемым. Взгляд его глазниц из восторженного плавно превратился в сосредоточенный и серьёзный. Эмоциональный шторм последних часов - от магии огня до шока от тренировок Санса - наконец улегся, и на поверхность всплыло то, ради чего он вообще ждал брата.
Папайрус подошёл ближе, сложил руки на груди и посмотрел на лежащего на полу Санса сверху вниз.
"КСТАТИ, БРАТ..."-его громогласный тон сменился на непривычно низкий, почти тихий для него регистр.
"РАЗ УЖ МЫ ЗАГОВОРИЛИ О ВАЖНЫХ ВЕЩАХ... ПОКА ТЕБЯ НЕ БЫЛО, Я МНОГО ДУМАЛ. И ВСПОМНИЛ КОЕ-ЧТО, ЧТО ТЫ ОБЯЗАН МНЕ ОБЪЯСНИТЬ."
Санс, всё ещё тяжело дыша, приоткрыл один зрачок. Внутри у него неприятно кольнуло. Он слишком хорошо знал этот тон брата - Папс включал его только тогда, когда его невозможно было отвлечь глупой шуткой или обещанием приготовить спагетти.
"о чём ты, бро?"-как можно непринуждённее спросил старший, хотя его магия внутри инстинктивно подобралась.
"ГАСТЕР."-чётко, по слогам произнёс Папайрус, и от этого имени в комнате будто на градус упала температура.
"И ТЕ СТРАННЫЕ ЛЮДИ... НА МОТОЦИКЛАХ. БАЙКЕРЫ. КОГДА ОНИ ПОЯВИЛИСЬ НА ОКРАИНЕ ГОРОДА, ОНИ ИСКАЛИ РУКУ, САНС. И ОНИ ГОВОРИЛИ О НЁМ. ОНИ ЗНАЛИ НАШЕГО... ОНИ ЗНАЛИ ЕГО. И ОНИ ЗНАЛИ ТЕБЯ."
Стик на диване мгновенно перестала улыбаться. Она подобралась, переводя встревоженный взгляд с одного брата на другого. Атмосфера весёлой домашней тренировки испарилась за долю секунды.
Папайрус сделал шаг вперёд, его глазницы сузились:
"Я ХОЧУ ЗНАТЬ ПРАВДУ, САНС. КТО ОНИ ТАКИЕ? ОТКУДА ОНИ ЗНАЮТ ГАСТЕРА? И ПОЧЕМУ ОНИ СМОТРЕЛИ НА МЕНЯ ТАК, СЛОВНО Я... СЛОВНО Я ДОЛЖЕН БЫЛ ИХ ПОМНИТЬ? САНС, НЕ МОЛЧИ. ХВАТИТ СКРЫВАТЬ ЭТО ОТ МЕНЯ."
Санс замер на полу, так и не поднявшись. Его вечная, намертво въевшаяся в череп улыбка на мгновение показалась натянутой маской. Белые зрачки в чёрных глазницах сузились до крошечных, едва заметных точек, а затем и вовсе исчезли.
Внутри у него всё похолодело.
«кого... они... откуда?!»-паническая мысль пронеслась в его гениальном тактическом уме, заставляя магические потоки испуганно сжаться.
Санс, конечно, знал, что Папайрус ввязался в заварушку у обсерватории. Он знал, что брата там знатно потрепала Андайн, подставив под удар свою карьеру, лишь бы уберечь этого долговязого дуралея от большой политики и косых взглядов людей. Но Санс никак, абсолютно никак не ожидал, что Папс... услышит то, чего ему слышать не следовало. Что он столкнётся с ними. С последователями.
Стик на диване перевела взгляд на Санса. Её янтарные глаза полностью открылись, в них мгновенно отразился холодный, аналитический блеск Судьи. Она, в отличие от Санса, не привыкла пускать всё на самотёк и сразу поняла: старший скелет сейчас судорожно пытается построить стену лжи.
Санс прикрыл глазницы, возвращая зрачки на место, и лениво, с напускным кряхтением поднялся с ковра. Он демонстративно отряхнул свои чёрные шорты, словно его сейчас волновала только налипшая шерсть или пыль.
"хей, бро... ты чего так раззадорился?"-Санс попытался включить своего фирменного дурака, выдав самую непринуждённую ухмылку, на которую только был способен. Он сунул руки в карманы толстовки и слегка качнулся с пятки на носок.
"какие байкеры на мотоциклах? я без понятия, о ком ты говоришь. может, это просто кучка фанатов безумного макса перепутала адрес? на поверхности полно странных ребят, ты же знаешь."
Он беззаботно махнул рукой, переводя тему, но Папайрус не шелохнулся. Он продолжал смотреть на брата сверху вниз - серьёзно, прямо, без единой попытки поддаться на каламбур.
"а насчёт гастера..."-Санс сделал короткую паузу, и его голос на долю секунды стал чуть глуше.
"ну... да. я знаю, что нашего отца так звали. На старых документах у мамы в детстве проскакивало это имя. но я не знал его лично, папс. ты же сам прекрасно помнишь: мы с самого детства были только вдвоём. самый крутой дуэт подземелья, а? а до того, как всё завертелось с войной, нас воспитывала мама ариал. вот и вся история."
Мысленно Санс издал тяжелейший, полный ментальной усталости вздох.
«Как же это было удобно...»-подумал он, чувствуя, как депрессивный осадок от знания таймлайнов снова давит на плечи.
То, что Папайрус вообще не помнил Гастера, всегда было для Санса своеобразным спасательным кругом. Пустота забрала бывшего королевского учёного так чисто, что его существование стёрлось из памяти почти мультивселенной. Папс рос, зная лишь тепло материнских рук в раннем детстве и вечную заботу старшего брата. Это облегчало задачу. Сансу не нужно было объяснять младшему, почему их отец превратился в разбросанные по пространству осколки, почему Санс до сих пор до хруста в пальцах ненавидит своё старое обещание починить ту проклятую машину под брезентом в мастерской. Ему не нужно было втягивать Папайруса в этот кошмар. Он хотел защитить его. От культа, от Team Void, от самого имени «Гастер».
Но сейчас, глядя на решительное лицо младшего брата, Санс понял: стена, которую он так долго строил, дала огромную трещину. И Папайрус не собирался отступать.
Папайрус не мог спорить с этим. Он действительно не помнил отца. Как и матери конечно, но она... покинула их, когда сам он считай и 10 человеческих лет не прожил.
Но всё же... он чувствует, что брат что-то недоговаривает. Его брат словно... избегал правды.
"САНС... ПРОШУ. СКАЖИ МНЕ. ТЫ ЧЕСТЕН СО МНОЙ? ЕСЛИ ТЫ СТАЛКИВАЛСЯ С ЭТИМИ БАНДИТАМИ РАНЬШЕ, И ТЕПЕРЬ ИЗ-ЗА НИХ ИСЧЕЗАЕШЬ, ТО ПРОСТО СКАЖИ МНЕ... ПРОШУ. МЫ НАЙДЁМ ВЫХОД..."
Санс чувствовал, как внутри него скребутся кошки. Или что там скребётся у скелетов, когда ложь, словно протухший кетчуп, начинает медленно расползаться по пищеводу.
Он отвёл взгляд, уставившись на какой-то невидимый пятнышко на стене кухни. Врать Папайрусу было всё равно что пытаться убедить Солнце не светить - больно, глупо и почти невозможно. Но правда... правда могла уничтожить то немногое, что у них осталось.
"слушай, папс."-Санс снова повернулся к нему, придав своему лицу максимально невинное выражение, насколько это было возможно при наличии пустых глазниц.
"я честен. ну... почти. да, я сталкивался с ними. но это было так давно, ещё до сноудина. мы тогда... ну, ты помнишь, как нам приходилось выживать в тех пустошах за пределами столицы."
Санс сделал паузу, краем глаза заметив, как Стик напряглась на диване. Он видел, как она хочет что-то сказать, но она промолчала, понимая, что сейчас он ведёт тонкую игру. Папайрус тоже замолчал, смущённо кашлянув и покосившись на девушку. О том, что они когда-то жили в заброшенном, продуваемом всеми ветрами ангаре, где из еды был только снег и надежда, они старались при Стик не вспоминать. Это была их «тёмная страница», их позор.
"в общем."-продолжил Санс, понизив голос.
"тогда мне пришлось туго. я был мелким, глупым... и встретился с каким-то странным типом, который предложил пару монет за «биологический образец». я просто... отдал ему кость. одну из своих костей. я думал, это просто сумасшедший коллекционер. кто же знал, что он... хм, «инвестирует» в науку? кажется, это именно он теперь верховодит этими байкерами."
Папайрус нахмурился, его пальцы нервно сжали край нагрудника. Он был доверчивым, но не идиотом.
"САНС..."-протянул он, задумчиво барабаня пальцами по белому пластику.
"ТЫ СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО БЫЛО ОЧЕНЬ ДАВНО. НО ТЕ ЛЮДИ НА ОБСЕРВАТОРИИ... ОНИ ЗНАЛИ ТЕБЯ... ХОРОШО. ОНИ ЗНАЛИ, КТО ТЫ ТАКОЙ, КАКОЙ ТЫ ЕСТЬ. ЕСЛИ ВСТРЕЧА БЫЛА ОДНА, ОТКУДА У НИХ ТВОИ СОВРЕМЕННЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ? ОНИ ГОВОРИЛИ, ЧТО ТЫ ПОСТОЯННО... УСКОЛЬЗАЕШЬ."
Санс почувствовал, как к горлу подкатил ком. Его аналитический мозг лихорадочно искал оправдание. Чёрт, Папайрус начал думать. Это было опасно.
"ну, бро."-Санс неловко рассмеялся, потирая затылок.
"ты же знаешь, какой я знаменитый. вездесущий, так сказать. может, они следили за мной всё это время? я ведь тогда, после той сделки... я ужасно испугался. первое время я вообще из нашего старого «дома» не выходил. сидел там, как в норе, боялся даже нос высунуть. может, они просто сфотографировали меня тогда, а потом... ну, додумали остальное? они же выглядят как фанаты всяких заговоров. и ты прекрасно знаешь, что я не разбрасываюсь своими костями везде и всюду."
Он посмотрел на Папайруса, надеясь, что вид его слегка «виноватого» и «уставшего» брата сработает лучше, чем любая логика.
"я просто не хотел тебя пугать, папс. зачем тебе знать о каких-то безумцах из моего прошлого, которые просто хотят поиграть в детективов? всё в прошлом. забудь о них. давай лучше подумаем, что у нас там с кашей, а то чувствую, мармеладки окончательно вплавились в дно кастрюли."
Санс надеялся, что этот нелепый манёвр отвлечет внимание брата. Ему было чертовски страшно. Если Папайрус начнёт копать глубже, если он сопоставит байкеров с Гастером...
Санс моргнул. Он очень надеялся, что Папайрус купится. В конце концов, это была самая убедительная ложь, которую он придумал за последние две жизни.
Папайрус долго и пристально смотрел на Санса. Его глазницы слегка сощурились, а в голове явно происходил сложный аналитический процесс. Логические нестыковки в рассказе старшего брата всё ещё покалывали его обострившуюся интуицию, но врождённое доверие к Сансу и бесконечная доброта взяли верх. На этот раз он решил поверить.
И в следующую же секунду Папайрус сделал то, чего Санс никак не ожидал. Высокий скелет резко сделал шаг вперёд, его красный плащ взметнулся, и он крепко, с истинно скелетной мощью, сжал старшего брата в объятиях.
"ОХ, САНС..."-голос Папайруса дрогнул, потеряв всю свою напускную строгость.
"МНЕ ТАК ЖАЛЬ! МНЕ ТАК ЖАЛЬ, ЧТО ТЕБЕ ПРИШЛОСЬ ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ ВСЁ ЭТО РАДИ МЕНЯ! ПОКА ТЫ В ОДИНОЧЕСТВЕ БОРОЛСЯ С ЭТИМИ СТРАННЫМИ ТИПАМИ И ПРЯТАЛСЯ В ПЕРЕУЛКАХ, Я БЫЛ ВСЕГО ЛИШЬ МАЛЕНЬКОЙ, БЕСПОЛЕЗНОЙ ОБУЗОЙ, КОТОРАЯ ТОЛЬКО И УМЕЛА, ЧТО ПРОСИТЬ ИГРУШКИ ИЛИ ЖАЛОВАТЬСЯ НА ХОЛОД!"
Санс оторопел. Его руки, всё ещё безвольно висевшие вдоль боков в карманах толстовки, на мгновение замерли. Зрачки удивлённо расширились. Обузой? Папс?
Старший скелет медленно достал руки из карманов и обнял брата в ответ, уткнувшись черепом в его твёрдый белый нагрудник. Мягкие, похожие на варежки фаланги Санса нежно похлопали Папайруса по спине.
"эй, бро, ты чего..."-тихо, с непривычной для себя мягкостью пробормотал Санс.
"ты никогда, слышишь? никогда не был обузой. ты был единственной причиной, почему я тогда вообще вставал по утрам. и если бы мне предложили изменить хоть одну секунду из того времени... я бы ни за что ничего не поменял."
В комнате повисла пронзительная, звенящая тишина. Санс не врал. Папайрус был для него центром вселенной. Буквально. За все те тысячи кругов ада, сбросов, кровавых коридоров и кошмаров, Санс выучил одну истину. Ему было плевать на таймлайны, плевать на свободу монстров, плевать на правила этого мира. Если бы перед ним встал выбор - спасти всё человечество и подземный мир или спасти Папайруса... Санс, не моргнув и глазом, обрушил бы всю мощь своих бластеров на остальную вселенную, лишь бы его младший брат продолжал улыбаться и варить свои дурацкие спагетти.
Со стороны дивана послышался тихий шмыгающий звук. Стик, тронутая этой редкой минутой искренности между братьями, быстро смахнула набежавшую слезу. Её янтарные глаза блестели от подступивших чувств - видеть Санса настолько открытым было настоящим чудом.
Папайрус шмыгнул носом (насколько это было физически возможно для монстра-скелета) и начал медленно отстраняться, явно собираясь сказать что-то ещё очень трогательное и пафосное.
Но Санс не был бы Сансом, если бы не разрушил драматический момент. Его глазницы внезапно сузились в хитром прищуре, а на черепе расплылась самая ехидная ухмылка из его арсенала.
"ну так что, бро."-протянул Санс, подмигнув левым зрачком.
"раз уж ты у нас так возмужал и раздаёшь такие мощные обнимашки... колись, пока меня не было, у тебя случайно не случилось какого-нибудь горячего свидания? А то твои кости прямо-таки пышут страстью. Надеюсь, ты не устроил кому-нибудь косте-трясение?"
Папайрус замер. Тёплая атмосфера семейной идиллии разбилась вдребезги с оглушительным звоном. Оранжевый румянец мгновенно, словно лесной пожар, залил весь его череп, доходя до самых надбровных дуг.
"САНС!!!"-взвизгнул Папайрус так громко, что у Стик заложило уши. От праведного гнева и смущения его магия огня буквально сдетонировала - из его плеч и воротника нагрудника вырвались весёлые оранжевые искры.
"ТЫ!!! ТЫ ВСЁ ИСПОРТИЛ!!! ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС ПРОЯВИЛ К ТЕБЕ СВОЮ БРАТСКУЮ ЛЮБОВЬ, А ТЫ СНОВА ИСПОЛЬЗУЕШЬ СВОИ ОТВРАТИТЕЛЬНЫЕ, БЕЗВКУСНЫЕ, КОСТНЫЕ КАЛАМБУРЫ!!!"
Высокий скелет запрыгал на месте, отчаянно размахивая руками и хватаясь за череп:
"КАКОЕ СВИДАНИЕ?! Я ОГНЕННЫЙ СТРАЖ, У МЕНЯ НЕТ ВРЕМЕНИ НА ЭТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ГЛУПОСТИ! И МОИ КОСТИ НЕ ПЫШУТ СТРАСТЬЮ, ОНИ ПЫШУТ ПРАВЕДНЫМ ГНЕВОМ! АНУ ЗАБЕРИ СВОИ СЛОВА НАЗАД, ЛЕНИВЫЙ МЕШОК С КОСТЯМИ!!!"