Глава 9
Этот месяц работы здесь стал для меня настоящим испытанием на прочность. Иногда мне казалось, что никакие деньги мира не вернут мне потраченные нервы и подорванное здоровье. Но, знаете, за это время я так сблизилась с ребятами из команды, что сама мысль об уходе вызывала глухую тоску.
В конце очередного сумасшедшего дня Джихо неожиданно позвал меня к себе в кабинет, чтобы обсудить рабочие планы. Честно говоря, это немного насторожило — сердце предательски екнуло. Но я была уверена в своих результатах, так что паниковать причин не было.
Я тихонько постучала в массивную дубовую дверь и, услышав уверенное «Входи!», заглянула внутрь. Джихо сидел за своим огромным столом и яростно печатал что-то на клавиатуре. Я подошла ближе и замерла в нетерпеливом ожидании.
— Итак, Мина... — он наконец оторвался от монитора и посмотрел на меня с теплой улыбкой. — Ты просто великолепно работаешь. Каждый день ты демонстрируешь впечатляющие результаты.
Я невольно улыбнулась в ответ — было так приятно слышать эти слова, особенно учитывая, сколько сил и бессонных ночей я вкладывала в свою работу.
— У меня для тебя отличное предложение! — Джихо понизил голос, словно делясь секретом. — Чонгуку срочно нужен новый ассистент. Он всегда стремится быть на сто процентов уверенным, что человек справится с задачами.
На мгновение я просто застыла. Я? Ассистент Чонгука?! С ума сойти! Это слишком большая ответственность. А что, если я не справлюсь и не оправдаю его чудовищных ожиданий?
— Я не уверена, что справлюсь... Мне кажется, я ещё не готова... — мой голос дрогнул.
— Пожалуйста, Мина! — Джихо сложил руки в умоляющем жесте. — Чонгук очень тщательно подходит к выбору. Он уже отменил четыре кандидатуры. Вся надежда только на тебя!
В итоге мы договорились на испытательный срок в месяц: если за это время я пойму, что не вытягиваю эту ношу, меня вернут на прежнюю должность. Но почему-то внутри сидело липкое ощущение неминуемого провала.
Выскочив из кабинета Джихо, я стремительно направилась к своей главной поддержке — к своей подруге Мире, моей опоре во всех жизненных бурях. Я нашла её у кулера с водой.
— Ты вся бледная! Что случилось? — с тревогой спросила она.
— Меня попросили быть ассистентом Чонгука! — выпалила я на одном дыхании, не веря собственным словам и одновременно чувствуя, как внутри закипает дикий коктейль из паники и странной радости.
— С ума сойти... Ты шутишь? — Глаза подруги округлились до размера блюдец. Она тоже не могла поверить, что наша карьера совершила такой резкий и крутой взлет.
— Хотела бы я, чтобы это была шутка... Мира, я не справлюсь!
— Так, спокойствие! — подруга крепко сжала мои ледяные ладони. Это простое прикосновение действительно помогло заземлиться. — Если они взяли тебя, значит, они уверены. И я тоже уверена. Вспомни, ты и так выполняла больше работы, чем должна была по должностной инструкции. Ты уже показала себя!
Её слова подействовали как глоток свежего воздуха. Да! Я должна это сделать. Я могу это сделать. Я действительно пахала за двоих последние месяцы. Может, это и была их скрытая проверка? А раз они так уверены... Я справлюсь.
Я и не думала тогда, что новые обязанности окажутся настолько сложными и ответственными. Всё началось с бесконечной проверки почты и погружения в изучение его специфических предпочтений для составления недельного плана — задача оказалась куда труднее любого дипломного проекта.
На третий день Джихо снова позвал меня в свой кабинет. На этот раз — чтобы наконец-то официально представить меня Чонгуку как его нового ассистента.
Я безумно волновалась. Как он отреагирует? Обрадуется ли? Мы ведь с самого начала не поладили... А что, если он сейчас просто откажется от моей кандидатуры?
Зайдя в кабинет босса (Чонгука), я сразу почувствовала на себе четыре пары внимательных глаз. Чонгук даже не удивился моему появлению. Неужели он уже всё знал и сам одобрил этот выбор?
— Ну вот, идеальный для тебя вариант! — широко улыбаясь во все тридцать два зуба, Джихо театральным жестом указал на меня рукой.
— Ты далеко ходить не стал, — с легкой усмешкой парировал Чонгук. Кажется, он не собирался отказываться от такого подарка судьбы.
— Ты бы никому другому и не доверился.
Я неловко улыбнулась в ответ. Боже правый, почему сердце так колотится о ребра? Будто он предложил мне не работать на него, а переспать...
— Что ж, Мина... — Чонгук смерил меня оценивающим взглядом своих пронзительных глаз. — Уверен, ты справишься. С твоим характером мы точно сработаемся.
Я с облегчением выдохнула воздух, который, казалось, не дышала всё это время, и широко улыбнулась в ответ. Конечно сработаемся! Или я вообще рискую потерять здесь работу...
— Жаль, конечно, это говорить... но с этого момента ты официально работаешь на Чонгука.
Неужели кто-то может поверить, что я этого добилась? Я наконец-то смогу заработать маме на дом о котором она так мечтала всю жизнь!
Из кабинета мы выходили уже вместе. Кажется, сейчас на меня свалится целая гора поручений. Что ж, раз уж взялась за это гнилое дело в хорошем смысле, придётся хорошенько поработать над своей памятью и стальными нервами. Главное теперь — не облажаться перед этим ходячим совершенством по имени Чонгук.
Первый рабочий день с Чонгуком обернулся настоящим кошмаром. Он оказался невыносим в своей маниакальной тяге к идеалу. Ему нужно, чтобы всё было безупречно — до последней запятой, до мельчайшей детали, будто мы здесь не живые люди, а бездушные машины, запрограммированные на безошибочное выполнение задач. Мы даже умудрились поспорить — в самый первый же день! Одно дело — пару раз столкнуться с ним в гулком коридоре, обменявшись холодными кивками, и совсем другое — провести вместе восемь бесконечных часов, ежесекундно чувствуя на себе его придирчивый, сканирующий взгляд.
Он требует от меня невозможного! Чтобы я знала всё на свете, предугадывала его желания и могла даже во сне оттарабанить его расписание на завтра с точностью до минуты. Что у него в три часа дня? Важная встреча? Срочный звонок? Я должна знать это раньше него самого! Вы вообще можете себе это представить?! Он хочет, чтобы я не просто работала на него, а жила его жизнью, растворяясь в его графике без остатка.
Человеком он оказался невероятно сложным. С ним было и дьявольски тяжело, и пугающе легко одновременно. Его перфекционизм выматывал до дрожи в коленях, но в то же время заставлял меня саму тянуться вверх, становиться лучше.