Запретная любовь/Айзек Найт

После тренировки у оврага всё изменилось.
Совсем немного.
Настолько немного, что никто посторонний, наверное, ничего бы не заметил.
Но Т/и замечала.
И Айзек тоже.
Стало больше взглядов.
Случайных.
Или не совсем случайных.
Стало больше моментов, когда они одновременно начинали говорить и одновременно замолкали.
Больше странной неловкости.
И самое ужасное.
Никто из них не понимал, что с этим делать.
- Ты слишком много думаешь.
Заявила Агнес.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Да.
- Ты общаешься с Каэлем?
- Иногда.
- Заметно.
Агнес довольно улыбнулась.
Они сидели во дворе академии.
Точнее сидела Агнес.
А Т/и пыталась читать книгу.
Пыталась.
Потому что уже минут десять читала одну и ту же строчку.
- Ты даже страницу не перевернула.
Сказала Агнес.
- Переверну.
- Когда?
- Когда ты уйдёшь.
- Жестоко.
- Заслужила.
- Возможно.
На этом разговор закончился.
На целых три секунды.
- Тебе нравится Айзек?
Т/и чуть не уронила книгу.
- АГНЕС!
- Что?
- Ты вообще фильтры потеряла?
- Давным-давно.
- Это было заметно.
Агнес засмеялась.
- Так нравится или нет?
Т/и закрыла книгу.
Очень медленно.
Очень подозрительно спокойно.
- Если я сейчас ударю тебя книгой...
- Значит нравится.
- АГНЕС!
- Ладно-ладно.
Молчу.
Она не молчала.
Но хотя бы пять минут.
Тем временем Айзек переживал собственную катастрофу.
Катастрофу по имени "осознание".
И ему совершенно не нравилось это состояние.
Потому что раньше всё было просто.
Т/и была Т/и.
Они спорили.
Шутили.
Спасали миры.
Раздражали друг друга.
Всё понятно.
Всё привычно.
А теперь...
Теперь он начал замечать вещи.
Например, как она улыбается.
Или как поправляет волосы.
Или как закатывает глаза после его особо гениальных комментариев.
И это было ужасно.
Потому что нравилось.
Очень.
- У тебя лицо человека, который проиграл войну.
Сказал Каэль.
- Почти.
- Всё настолько плохо?
- Хуже.
- Ты признался?
- Нет.
- Тогда не хуже.
Айзек задумался.
- Справедливо.
Через несколько дней академия окончательно сошла с ума.
Причина была простой.
До бала оставалось меньше двух недель.
И теперь подготовка шла полным ходом.
Поэтому после уроков всех заставили помогать украшать зал.
- Я ненавижу это.
Сообщил Айзек.
- Мы здесь пять минут.
Ответил Каэль.
- Уже достаточно.
Т/и проходила мимо с коробкой украшений.
- Ты драматизируешь.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Да.
- Ты тоже общаешься с Каэлем?
- Иногда.
- Это заразно.
Она усмехнулась.
И пошла дальше.
А Айзек проводил её взглядом.
К сожалению.
Это заметили сразу три человека.
Каэль.
Агнес.
И Эллисон.
- Попался.
Тихо сказала Агнес.
- Абсолютно.
Подтвердила Эллисон.
- Жалко его.
Добавил Каэль.
- Почему?
- Потому что он думает, что никто не понял.
Вечером Т/и задержалась в зале одна.
Почти все уже ушли.
Оставалось закончить несколько украшений.
Она стояла на стремянке и пыталась закрепить серебряную ленту под потолком.
Получалось плохо.
Очень плохо.
- Ты сейчас упадёшь.
Раздался голос снизу.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Да.
Т/и посмотрела вниз.
Айзек.
Конечно.
- Ты преследуешь меня?
- Иногда.
- Пугающий ответ.
- Знаю.
Он придержал стремянку.
И стало немного спокойнее.
Через несколько минут работа была закончена.
Но уходить почему-то никто не спешил.
В огромном зале было тихо.
Сквозь окна проникал свет заходящего солнца.
Украшения слегка мерцали.
Красиво.
Неожиданно красиво.
- Бал уже скоро.
Сказал Айзек.
- Очевидно.
- Ты пойдёшь?
Т/и посмотрела на него.
- Конечно.
Он кивнул.
Словно хотел спросить что-то ещё.
Но не спросил.
И это почему-то разочаровало её сильнее, чем должно было.
Очень странно.
Когда они выходили из зала, их случайно увидела Агнес.
И тут же расплылась в улыбке.
Такой улыбке, которая не предвещала ничего хорошего.
- О.
- Нет.
Сразу сказала Т/и.
- Да.
Сразу сказала Агнес.
- Нет.
- Да.
- Агнес.
- Т/и.
Айзек развернулся.
- Я ухожу.
- Трус.
Заявила Агнес.
- Согласен.
Ответил он.
И действительно ушёл.
Предатель.
Абсолютный предатель.
Позже ночью Т/и снова не могла уснуть.
Она лежала и смотрела в потолок.
Думая о всякой ерунде.
О бале.
О подготовке.
О сегодняшнем разговоре.
Об Айзеке.
Особенно об Айзеке.
И в какой-то момент поняла одну простую вещь.
Если бы кто-то месяц назад сказал ей, что она будет лежать ночью и думать о нём...
Она бы рассмеялась.
Очень громко.
Но сейчас почему-то было не смешно.
Потому что сердце начинало биться быстрее от одной только мысли о нём.
А это уже было опасно.
Очень опасно.