Запретная любовь/Айзек Найт

Прошла ещё неделя.
До выпускного бала оставалось меньше месяца.
И жизнь в академии постепенно превращалась в безумие.
В коридорах обсуждали наряды.
В столовой обсуждали пары.
На уроках обсуждали бал вместо уроков.
Даже преподаватели начали сдаваться.
- Если вы ещё раз спросите меня, какого цвета будет оформление зала, я дам контрольную.
Угрожал профессор химии.
- Значит оно синее.
Тихо сказал Айзек.
- Найт.
- Молчу.
- Поздно.
Класс засмеялся.
Т/и покачала головой.
Некоторые вещи никогда не менялись.
И хорошо.
После уроков группу отправили на обычную тренировку за территорией академии.
Ничего серьёзного.
Просто практика способностей.
Но если жизнь чему-то и научила Т/и, так это тому, что фраза "ничего серьёзного" обычно была ложью.
Они находились возле старого леса.
Каэль тренировался отдельно.
Агнес спорила с Эллисон.
Айзек сидел на камне и откровенно ленился.
- Ты вообще участвовать собираешься?
Спросила Т/и.
- Я морально поддерживаю.
- Себя?
- В основном.
- Потрясающе.
- Спасибо.
- Это не комплимент.
- Знаю.
Т/и рассмеялась.
И вдруг поняла, что за последнее время смеётся намного чаще.
Странно.
Очень странно.
Тренировка шла спокойно.
Слишком спокойно.
Поэтому, когда земля неожиданно провалилась под ногами, никто не успел среагировать.
Особенно Т/и.
Край старого оврага не выдержал.
Камни посыпались вниз.
Т/и потеряла равновесие.
И полетела вниз вместе с частью склона.
- Т/И!
Крик раздался так резко, что девушка даже не сразу поняла, чей он.
Потом чья-то рука схватила её за запястье.
Очень крепко.
Слишком крепко.
Т/и ударилась плечом о склон, но остановилась.
Она подняла голову.
Айзек.
Он лежал на земле у края оврага и держал её.
Одной рукой.
Вторая уже соскальзывала по камням.
- Не отпускай.
Сказала Т/и.
- Гениальная идея.
- Айзек.
- Я держу.
Но проблема была в том, что склон продолжал осыпаться.
И теперь вниз сползал уже он.
- Чёрт.
Каэль и остальные тут же бросились помогать.
Через несколько секунд их обоих наконец вытащили наверх.
Т/и тяжело дышала.
Айзек тоже.
Но выглядел почему-то гораздо хуже.
Намного хуже.
Словно только что избежал чего-то ужасного.
- Всё нормально.
Сказала Т/и.
Он не ответил.
Вообще.
Просто смотрел на неё.
И только сейчас девушка заметила, что его руки слегка дрожат.
Айзек.
У которого нервы обычно были крепче бетона.
- Эй.
Он моргнул.
Словно вернулся в реальность.
- Что?
- Я жива.
- Вижу.
- Тогда почему выглядишь так, будто сейчас сам упадёшь в обморок?
На этот раз он отвернулся.
- Не знаю.
Но Т/и поняла.
И это понимание оказалось неожиданным.
Потому что внутри вдруг стало тепло.
Очень странно тепло.
Вечером Агнес нашла её в библиотеке.
Конечно же нашла.
- Ну?
- Нет.
Сразу сказала Т/и.
- Но я ещё ничего не спросила.
- Собираешься.
- Да.
- Тогда нет.
Агнес села рядом.
- Ты заметила?
- Что именно?
- Он чуть с ума не сошёл.
Т/и закрыла книгу.
- Агнес.
- Что?
- Не начинай.
- Поздно.
Т/и тяжело вздохнула.
- Мы друзья.
- Конечно.
- Агнес.
- Конечно-конечно.
- Агнес.
- Конечно-конечно-конечно.
Т/и захотелось бросить в неё книгой.
Совсем немного.
Тем временем Айзеку тоже не давали покоя.
Потому что вечером его нашёл Каэль.
- Ты испугался.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Да.
- Каэль.
- Айзек.
- Иди отсюда.
- Не хочу.
Айзек уткнулся лицом в подушку.
- Вы все невозможные.
- Ты просто влюбился.
Повисла тишина.
Очень долгая.
Слишком долгая.
Каэль медленно поднял бровь.
- Подожди.
Ты только что понял это сейчас?
- Замолчи.
- ТЫ ТОЛЬКО ЧТО ПОНЯЛ ЭТО СЕЙЧАС?!
- КАЭЛЬ!
- НЕВЕРОЯТНО!
В него полетела подушка.
К сожалению, Каэль увернулся.
Позже ночью Айзек долго не мог уснуть.
Слова Каэля крутились в голове.
И самое раздражающее было в том...
Что тот оказался прав.
Абсолютно прав.
Айзек уставился в потолок.
Вспомнил, как Т/и смеялась утром.
Как спорила с ним.
Как сидела на подоконнике.
Как сегодня чуть не сорвалась вниз.
И как у него внутри всё оборвалось в тот момент.
Потому что мысль потерять её оказалась намного страшнее любой битвы.
- Чёрт.
Тихо пробормотал он.
Потому что теперь всё стало гораздо сложнее.
Т/и тоже лежала без сна.
И почему-то вспоминала момент у оврага.
И то, как сильно Айзек испугался.
И то странное тепло внутри.
Которое никак не хотело исчезать.