Глава 12. Несправедливость
Июль 2026 года. «Русские блины».
Прошёл месяц с тех пор, как Олег устроился в блинную. Он привык к жару, к бешеному ритму, к запаху масла и теста, который, казалось, въелся в кожу. Он научился переворачивать блины одной рукой, нарезать сырники идеально ровными кубиками и улыбаться посетителям, даже когда внутри всё кипело от усталости.
Ефим, его напарник, оказался хорошим парнем. Они работали в одной смене, быстро сработались и даже начали болтать в перерывах. Ефим рассказывал о своей жене и маленьком сыне, показывал фото, жаловался на недосып и радовался выходным.
Олег иногда думал: «Как он может быть таким счастливым, работая в этом аду?»
Но Ефим просто любил свою жизнь. И это было удивительно.
Однажды, когда Олег стоял у плиты и жарил очередную партию блинов, к нему подошла Виолетта Павловна.
— Олег, — сказала она. — У меня к тебе разговор.
Олег повернулся.
— Да, Виолетта Павловна?
— Администратор, Нина Юрьевна, на тебя пожаловалась. Сказала, что ты грубишь посетителям и разговариваешь с ней неподобающе.
Олег замер. Он не грубил посетителям. Он вообще почти не разговаривал с ними — только «приятного аппетита» и «всего хорошего».
— Я не понимаю, о чём вы, — сказал он.
— Ты не понимаешь? — Виолетта Павловна скрестила руки на груди. — Нина Юрьевна — ответственный человек. Она не стала бы врать.
— Но я не грубил. Я вообще с ней почти не пересекался.
— Это уже не важно. Она сказала, что ты нарушаешь субординацию. У нас такое не принимают.
Олег смотрел на неё и чувствовал, как внутри поднимается злость.
— Виолетта Павловна, я работаю здесь месяц. Я прихожу вовремя, не опаздываю, не ворую, не хамлю. Я просто жарю блины. Зачем мне врать?
— Я тебе верю, — сказала Виолетта Павловна тише. — Но Нина Юрьевна — начальник. Она выше меня. Если она сказала уволить тебя — я должна это сделать.
— То есть вы увольняете меня, потому что кто-то на меня нажаловался? Даже не разобравшись?
Виолетта Павловна вздохнула. В её глазах мелькнула усталость — та самая, которую Олег замечал у многих взрослых, работающих на нелюбимой работе.
— Олег, я не хочу тебя увольнять, — сказала она. — Ты хороший работник. Но я не могу пойти против Нины Юрьевны. Она найдёт способ уволить меня, если я не сделаю так, как она просит.
Олег стоял молча. Потом снял фартук, аккуратно сложил его и положил на стол.
— Тогда я ухожу сам, — сказал он. — Чтобы у вас не было проблем.
— Олег...
— Ничего. Спасибо за работу.
Он взял свою куртку и вышел из кухни.
Он шёл по улице и чувствовал, как внутри закипает злость. Снова. Опять. Его уволили второй раз за полгода. И снова несправедливо.
Он остановился у скамейки, сел, закрыл глаза. Хотелось кричать. Хотелось бить стены. Хотелось исчезнуть.
Телефон завибрировал. Алевтина.
«Ну, как смена? Ты должен был закончить через час.»
Олег набрал:
«Меня уволили.»
Алевтина позвонила сразу.
— ЧТО?! — закричала она в трубку. — ОПЯТЬ?! ЗА ЧТО?!
— Администратор нажаловалась, что я грубил посетителям. Я даже не знаю, кто это.
— Это же полный пиздец! — крикнула Алевтина. — Ты где? Я еду к тебе!
— Я сижу на скамейке возле «Русских блинов».
— Через десять минут буду!
Она приехала через семь минут. С заплаканными глазами, сжатыми кулаками и огромным желанием кого-нибудь убить.
— Я сейчас пойду туда, — сказала она, указывая пальцем на здание, — и я скажу этой Нине Юрьевне всё, что о ней думаю!
— Не надо, — устало сказал Олег. — Уже ничего не изменишь. Меня всё равно не восстановят.
— Но так нельзя! Это несправедливо!
— Я знаю. Но я устал бороться.
Алевтина села рядом, тяжело вздохнула и уткнулась лбом в его плечо.
— Мне так жаль, — сказала она. — Ты не заслуживаешь всего этого.
— Может, и заслуживаю, — тихо сказал Олег. — Может, я просто неудачник.
— Нет. — Алевтина подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Ты не неудачник. Ты просто попал в плохие обстоятельства. Это временно. Всё временно.
Олег смотрел на неё и думал: «Когда это закончится? Сколько ещё я должен терпеть?»
Но он ничего не сказал. Просто обнял её и заплакал. Впервые за этот месяц.
Конец главы 12.