Последняя инстанция

Звук падения кинжала оказался непозволительно громким для этого места.

Тишина в кабинете была такой плотной, что её можно было резать ножом. Миллионеры - двое в костюмах за тридцать тысяч долларов каждый, третий в домашнем халате, потому что встреча происходила в его пентхаусе - замерли над разложенными бумагами. Где-то на кухне тикали часы. За окнами пятидесятого этажа гудел Нью-Йорк, но здесь, в этой комнате с панорамными окнами и кожаными креслами, внезапно наступила абсолютная, ледяная тишина.

А потом кинжал звякнул об пол во второй раз, перекатился по паркету и замер у ног охранника.

- Тут кто-то есть! - заорал тот, кто был в халате. - Охрана! ВЫЗЫВАЙТЕ ОХРАНУ!

И всё понеслось к чертям.

Выстрелы разорвали тишину как гнилую ткань. Первая пуля ушла в потолок - охранник в углу запаниковал и нажал на спуск раньше, чем прицелился. Вторая пробила стену за их спинами. Третья - а вот третью они услышали уже совсем близко, где-то справа, в районе вентиляционной шахты, из которой за секунду до этого должно было вылезти решение всех их проблем, а вылезла, судя по всему, жопа.

- СУКА, КИТАЕЦ!

Это орал Диего.

Его голос - низкий, злой, такой, от которого у обычных людей подкашиваются колени - гремел внутри железной коробки вентиляции, многократно отражался от стен и влетал прямо в уши вместе с пороховой гарью.

- Я ЖЕ ГОВОРИЛ, РАССТЕГНУТЬ ВСЕ ТВОИ КАРМАНЫ, КОГДА МЫ СЮДА ЗАЛЕЗАЛИ! Я ТЕБЯ СЕЙЧАС УБЬЮ! ИЗ-ЗА ТЕБЯ НАШ ПЛАН, КОТОРЫЙ МЫ СТРОИЛИ ДВА ЧАСА, ПРОЁБАН НАХУЙ!

- Я расстегнул, - донёсся спокойный голос Дохёна. Слишком спокойный для человека, который только что чуть не подставил всю команду под пули.

- ТВОЙ ГРЕБАНЫЙ НОЖ РАССТЕГНУЛСЯ САМ, УЁБОК?!

- Возможно.

- Я ТЕБЯ...

Лоуренс не дал ему договорить.

Он просто ударил ногой по решётке вентиляции. Один удар - точный, выверенный, без лишней драмы. Решётка вылетела наружу вместе с куском гипсокартона, описала дугу в воздухе и приземлилась прямо на голову одному из охранников. Тот рухнул как подкошенный.

Лоуренс выпрыгнул первым.

Даже в такой момент он улыбался. Слегка. Глаза - закрыты. Белые волосы, которые обычно падали ниже пояса, сейчас были стянуты в тугой пучок на затылке. Он приземлился на полусогнутые ноги, выпрямился и почти не глядя выстрелил дважды. Два охранника у дальней стены осели на пол с простреленными коленями.

- Не убивать, - напомнила Блэр откуда-то сверху.

Диего выпрыгнул следом, приземлился с глухим стуком, выматерился, выхватил пистолет и открыл огонь. Не целясь. Просто чтобы подавить. Пули рвали воздух, выбивали щепки из мебели, разбивали хрустальные бокалы на столе.

- Я В КУРСЕ, ЧТО НЕ УБИВАТЬ, - проорал он в ответ. - Я ИМ НОГИ ПРОСТРЕЛИВАЮ!

- Ты прострелил люстру, идиот, - заметил Дохён, вылезая из вентиляции последним.

Он упал на пол, кувыркнулся, вскочил и сразу побежал к столу - туда, где на дорогой японской бумаге были разложены документы. Их заказчик, некий мистер Чен, заплатил семьсот тысяч за информацию о том, куда его конкуренты-миллионеры вкладывают деньги в ближайшие полгода. Семьсот тысяч - это копейки для «Ультиматума», но Дохёну было плевать на деньги. Его бесило, что они здесь впятером.

Пятеро. Чтобы украсть бумаги.

Смешно.

Он схватил папку, быстро пролистал - все листы на месте - и сунул за пазуху.

В этот момент один из охранников, тот, что в халате - владелец пентхауса, мать его, - выхватил из ящика стола пистолет и выстрелил почти в упор.

Пуля прошла в сантиметре от уха Дохёна и вонзилась в стену.

Дохён даже не вздрогнул.

Он просто посмотрел на этого мужика - на его трясущиеся руки, на испуганные глаза - и покачал головой.

- Обидно будет, если ты умрёшь из-за того, что перепутал предохранитель, - сказал он.

Мужик опустил взгляд на пистолет.

Предохранитель был включён.

Пока он тупил, Блэр уже разобралась с тремя охранниками у входа. Голыми кулаками. Без ножей, без пистолетов. Просто подошла - высокая, улыбающаяся, даже в разгар перестрелки - и начала работать.

Первому она въехала в челюсть. Тот отлетел к стене и сполз по ней, оставляя кровавый след.

Второму - в нос. Кровь брызнула на белоснежный ковёр, охранник заорал, закрыл лицо руками, и Блэр добила его коленом в солнечное сплетение.

Третьего она просто схватила за шкирку и швырнула в стеклянный столик. Столик разбился. Охранник - вслед за ним.

Блэр стряхнула с костяшек чужую кровь, поправила волосы - длинные, до пупка, блондинистые, идеально прямые после кератина - и улыбнулась.

- Всё, я закончила, - сказала она. - Там чисто.

Диего, который в этот момент перезаряжал пистолет, покосился на неё с ненавистью.

- Ты выглядишь так, будто на спа-процедуры ходила, а не в морды била.

- Это называется кератин, Диего. Тебе не понять.

- АХ ТЫ...

- Диего, слева! - крикнул Лоуренс.

Диего развернулся и выстрелил почти не глядя. Пуля попала охраннику в плечо. Тот вскрикнул, выронил оружие и повалился назад, прямо на Рокси.

Рокси сидела на полу.

Да, вот так просто. Среди всего этого ада, среди летящих пуль, криков и разбитого стекла, она сидела на корточках и душила одного из охранников. Голыми руками. Удушающим приёмом, который ей показали лет в десять. Огромный мужик, под два метра ростом, хрипел и пытался отцепить её пальцы от своей шеи, но Рокси висела на нём как клещ. Её чёрные глаза - пустые, без единого проблеска эмоций - смотрели куда-то сквозь него, в стену. Будто ей было совершенно всё равно, кого душить.

А потом сверху на неё рухнул Диего.

Он споткнулся о чью-то ногу - то ли трупа, то ли просто раненого - потерял равновесие и полетел вниз, прямо на Рокси. Все семьдесят пять его злого, мускулистого тела.

Блэр среагировала первой.

Она рванула вперёд быстрее, чем Диего успел упасть, схватила Рокси за капюшон и дёрнула на себя. Рокси вылетела из-под падающего Диего как пробка из бутылки и приземлилась спиной на Блэр, которая подхватила её на лету и поставила на ноги.

Диего рухнул на пол с таким грохотом, что задребезжали окна.

- ДОЛБАЁБ, - заорала Блэр. Её улыбка исчезла впервые за весь вечер. - ТЫ ЧУТЬ НЕ РАЗДАВИЛ РОКСИ! ПОД ГЛАЗА СМОТРИ!

- ДА ИДИ НАХУЙ! - Диего вскочил, отряхнулся и снова схватился за пистолет. - У МЕНЯ У САМОГО НЕ СЛАДКО! КТО ЭТОГО СУКИНА СЫНА СЮДА ПОВАЛИЛ?!

- Ты, - спокойно сказал Лоуренс.

- ЧТО?!

- Ты его сюда толкнул. Я видел.

Диего замер. Его красные глаза расширились. Серые колючие волосы торчали в разные стороны после падения. Он выглядел как оскорблённый дикобраз.

- Ты... ты пиздишь, - прошептал он.

Лоуренс улыбнулся своей вечной лёгкой улыбкой и не ответил.

Стоп кадр.

Замерли пули в воздухе. Замерли охранники на полу. Замерли двое миллионеров в углу - дрожащие, мокрые, жалкие.

А где-то на заднем плане, у стола с разбросанными бумагами, Дохён Кан медленно сполз по стене и закрыл лицо рукой. Пепельно-розовые волосы упали на глаза. Он не щурился - он просто прикрыл их ладонью, чтобы никого не видеть.

- Сука... - сказал он в тишину. - Как же они заебали.

Его голос звучал устало. Так мог говорить только человек, который шесть лет терпит рядом с собой четырёх психов и до сих пор не прибил ни одного.

А теперь, дорогой читатель, позволь представить тебе эту чокнутую семейку.

Та, что только что лупила охранников с улыбкой на лице и успела вытащить подругу из-под тонны падающего мяса - Блэр Рой. Двадцать один год. Сто восемьдесят три сантиметра чистого света. Блондинистые волосы до пупка, ярко-карие глаза, которые никогда не теряют блеска. Улыбчивая, громкая, уверенная. Ничего не боится. Ни смерти, ни животных, ни того, что последует за этим заданием. Дружелюбна со всеми - пока не узнает, что человек сделал что-то по-настоящему мерзкое. Тогда этот человек для неё перестаёт существовать. Любит подкалывать Диего. Вместе с ним каждую субботу объезжает сотни групп детей в организации, тратит свою бешеную зарплату на подарки и советы. Знает русский на уровне В1 - бабушка по маме была русской. Может поддержать любой разговор: от квантовой физики до выращивания орхидей. И да, она только что голыми кулаками выбила трём мужикам зубы.

Тот, кто орал громче всех, матерился сквозь выстрелы и чуть не раздавил коллегу - Диего Родригес. Двадцать один год. Ровно метр восемьдесят. Серые колючие волосы, красные глаза, вечно взъерошенный, вечно злой. Язвительный, громкий, резкий. Но при этом талантлив во всём - даже в готовке, шитье и плетении, которые ему совершенно не нужны в этой работе. Мечтает, чтобы его заказывали одного. Ненавидит жестокость над детьми. Вместе с Блэр тратит каждую субботу на визиты в детские группы. Это он придумал Дохёну кличку «китаец» - просто потому что Дохён кореец. И это он только что чуть не раздавил свою лучшую подругу, самую странную девочку в этой команде.

Маленькая тёмная фигура, которая сидела на полу и профессионально душила мужика в два раза больше себя - Рокси Найт. Метиска, папа - японец, мама - американка. Двадцать один год. Рост - сто пятьдесят два сантиметра. Чёрные волосы до шеи, ровные как по линейке, чёлка до бровей. Чёрные глаза - пустые, огромные, без единого проблеска эмоций. Молчаливая. Каменное лицо. Выглядит как глупенькая четырнадцатилетняя девочка, но на деле - гениальный хакер и полиглот. Английский, японский, испанский, бразильский португальский, французский. И ещё два языка в процессе изучения. Обожает называть Дохёна китайцем - когда он напоминает ей, что она тоже наполовину азиатка, она просто отвечает: «Нет, я американка». Её нельзя оставлять без присмотра - начнёт прыгать на горе или есть листья короче очень странная. Лучшая подруга Диего. Он её вечно ругает, но это только потому, что переживает.

Тот, кто выбил решётку одним ударом, стрелял почти с закрытыми глазами и до сих пор улыбается - Лоуренс Эшфорд. Двадцать один год. Самый высокий в команде - метр девяносто ростом. Белые длинные волосы до бёдер, чёлка лесенкой, фиолетовые глаза. Он альбинос, хотя в этом мире, где у всех разноцветные волосы, это уже никого не удивляет. Всегда спокоен. Всегда улыбается - лёгкой, почти незаметной улыбкой. Чаще всего глаза закрыты. Он не чувствует половину эмоций - испытывает их, но очень редко. Зато он невероятно умён и хитёр. Шантажист высшего класса. И физически силён - настолько, что может одним ударом выбить стальную решётку. Знает пять языков - те, на которых говорят в мире чаще всего. Вместе с Рокси общается на азбуке Морзе, и всех это бесит, потому что никто не понимает, о чём они шепчутся. У него нет клички. Потому что каждый, кто пытался его обозвать, получил такой подзатыльник, что до сих пор вспоминает с ужасом.

А вот и наш главный герой.

Тот, кто уронил тот самый злосчастный кинжал.

Тот, кто сейчас сидит на полу, привалившись к стене, и мечтает оказаться где угодно, только не здесь.

Дохён Кан. Двадцать один год. Сто восемьдесят один сантиметр. Пепельно-розовые волосы - длинный маллет, мягкие и послушные, потому что он за ними тщательно ухаживает. Чёрные глаза - большие, чистые, но постоянно щурится, отчего похож на ворчливого старика. Он кореец, хотя вырос в Нью-Йорке с трёх лет. В Корее остались только смутные воспоминания о приюте, откуда его забрала Морган. Здесь, в организации, он как дома. Потому что другого дома у него никогда не было.

Он тихий. Если нет вдохновения - сидит молча, смотрит в одну точку, думает о чём-то своём. Если оно приходит - вскакивает, начинает стучать молотком по стене дома у подозреваемого, потому что ему кажется, что там ещё одна комната. И иногда - удивительным образом - оказывается прав. Умный. Непредсказуемый. Раздражительный. Вечно ноет, вечно щурится, вечно жалуется на жизнь. И при этом - «Ультиматум». Один из трёх во всей организации. Второй команды.

Он любимчик Морган.

Сам не замечает этого. Думает, что лаборатория у него просто так, потому что он умный. Конфеты - потому что он любит сладкое. Отдельная комната - ну, повезло. Остальные давно заметили, но молчат - кто из уважения, кто потому что им плевать, кто просто не хочет связываться с тем, кто так близко к солнечному сплетению босса.

А сейчас Дохён сидел на полу разгромленного кабинета, сжимал в руке папку с документами и слушал, как Диего орёт на Лоуренса, Лоуренс улыбается, Блэр смеётся, а Рокси молча разглядывает трещину на потолке.

И он знал: это только начало.

Сейчас они выйдут отсюда через чёрный ход, сядут в фургон, будут ругаться всю дорогу, потом доложат Морган о выполненном задании, получат свои деньги и разойдутся по комнатам. До следующего заказа.

А следующий заказ будет. Обязательно.

Потому что они - «Ультиматум».

И им никогда не дадут работать по одному.

- Я ненавижу вас всех, - сказал Дохён вслух.

- Ай, заткнись, китаец, - отозвался Диего, перешагивая через тело охранника. - Пошли отсюда, пока копы не приехали. И молись, чтобы у тебя больше ничего не отвалилось по дороге.

- Пойдём Рокси - Блэр хлопнула Рокси по спине - и перестань пожалуйста смотреть в стену,хотя бы моргай

- Я не в стенку, - спокойно сказала Рокси. - Там трещина похожа на карту Тихого океана.

- Я ТЕБЕ СЕЙЧАС ТАКУЮ КАРТУ НАРИСУЮ НА ЛБУ, - заорал Диего.

Лоуренс вышел в коридор, даже не обернувшись.

Дохён вздохнул, поднялся на ноги и пошёл за ними.

Шестой год пошёл, мать его.