16
Лес встретил утренней прохладой, пением птиц и свободой. Да, это, пусть и условно относящееся ко мне понятие, пьянило, взрывалось радужными искрами и рассыпалось золотистой пыльцой, делая мир вокруг волшебным.
— Йу-у-у-у-уху-у-у-у-у! — заорала я, подпрыгивая и задевая пальцами кончик голой ветки, свешивающейся над тропинкой. Чуть вдалеке, где заканчивался периметр академии, лежал снег, здесь же под ногами шуршала пожухлая трава.
Кураторы отстали, а может быть, вообще продолжили путь по другой дорожке. На самом деле меня сейчас это почти не интересовало. Тот, кто не был загнан в угол, ни разу не стал рабом обстоятельств, меня точно не поймет.
Всего два рывка, и впереди среди листвы замелькали спины однокурсников. Поднажми, Лалиса! Приложив еще немного усилий, я пристроилась рядом с изрядно вспотевшим Хосоком. Странно, обычно к этому моменту и с меня пот лил ручьями, но не сегодня.
За спиной словно выросли крылья из ветра. Он подгонял, нежно трепал выбившиеся пряди. Да-да, отросшую вдруг копну не смогла собрать ни в один приличный узел. Пришлось заплести косу. Теперь я прекрасно понимала, отчего Чимину удается после любой физической нагрузки оставаться бодрым и сухим. Стихия помогала. Конечно, и среди адептов боевого отделения были воздушники. Но, думаю, сила их дара ни в какое сравнение не шла ни с моими способностями, ни, тем более, с возможностями эльфа.
— Ну, подруга, ты прямо нарасхват! — тяжело дыша, подмигнул Хосок. — Чего от тебя магистрам понадобилось?
— А, — отмахнулась я. — Проверяют, как ведет себя мой огонь при физических нагрузках. Слышал же, что со мной случилось?
— Еще бы! Жаль не видел... — Хосок резко затормозил. — Ли, погоди, дай отдышаться!
Пришлось и мне остановиться, хотя хотелось бежать и бежать наперегонки с ветром.
— Что-то ты подозрительно бодрая, — обиженно вскинулся Хосок. Мы, конечно, не соперничали, но какому юноше понравится проиграть девчонке?
— Не обращай внимания. Меня больше суток поили разными снадобьями. Наверное, и в еду что-то тонизирующее добавляли. Не зря заставили обедать вместе с преподавателями. То еще удовольствие.
— Ты хорошо держалась! — Хосок положил ладони на землю и прикрыл глаза.
Подпитывался от родной стихии. Он считался довольно сильным магом земли, но в учебе не преуспел. И все из-за своей лени. Больше всего на свете Хосок любил сидеть на крыше замка и что-то рисовать в блокноте. Показывать стеснялся. Почти сразу закрывал. Но однажды мне удалось подсмотреть. На рисунке были горы, узкая лента реки и солнце, восходящее над снежными пиками. Красиво.
Из-под рук лился приятный зеленоватый свет. Меня всегда завораживали чары. Знаю, что не все их видят, но мне повезло. Я так засмотрелась, что едва не пропустила следующий вопрос приятеля.
— Так что случилось с твоим огнем?
Такая настойчивость показалась подозрительной. Тем более, Тьери никогда не интересовала практическая магия. Вот расчеты и формулы он любил. Мы часто болтали о пустяках, рассказывали сны, обсуждали книги, особенно сказки древних королевств. Так неужели я его совсем не знаю?
— Сложно сказать, — пожала плечами и постаралась отвечать равнодушно, словно меня эта тема совершенно не волновала. — Магистры и сами не поняли. Думаю, что сильно расстроилась из-за всей той истории с Сехуном, вот огонь и вырвался. Хорошо, что магистр Чон оказался рядом и помог. Потом сила снова вернулась на прежний уровень, а меня вот теперь все считают развратной.
Надеюсь, я была убедительной, но обманывать парня, с которым связывали три года довольно тесного общения неприятно. Для пущей достоверности тяжело вздохнула и склонила голову.
— Да, несладко тебе придется, Ли. — Хосок произнес это вполне искренне, пригладив непослушные вихры. Только меня теперь настораживало все. Жить хотелось, а каждый человек мог оказаться врагом, даже те, кого считала друзьями. — Демоны не женятся на человечках.
— А ты откуда знаешь? — обманчиво безмятежно усмехнулась я. — Вроде история не твоя стезя.
— Конечно, — улыбнулся Хосок — Но не забывай, что мой дед главный королевский архивариус, а дома за обедом говорят только о древней истории мира. Наверное, поэтому я так ненавижу все эти пыльные книги, то ли дело математика.
Да, в точных науках Хосок мог бы преуспеть. Очень они ему легко давались. Любую самую сложную магическую формулу выводил за считанные минуты. Ему бы лень победить, запросто смог бы стать архимагом.
— Не грусти, Ли! — толкнул меня в бок Тьери. — Я всегда рядом. Побежали! Догоняй!
Может, зря я допускаю мысль о его коварстве? Он больше никаких вопросов не задавал и даже посочувствовал горькой доле обманутой девушки. Помощь предложил и поддержку. Я откинула за спину косу и побежала за приятелем. На этот раз не усердствовала, чтобы не вызвать лишних подозрений, поэтому к финишу мы пришли одновременно: взмыленный, едва передвигающий конечностями Хосок и до омерзения бодрая я.
Полные сил магистры в окружении адептов встретили ехидными и запредельными улыбками. Оба! Я посмотрела на эльфа. Давай, вещай, чего уж там.
— Позже всех пришел, неприятности нашел! — не разочаровал меня Чимин. — Полоса препятствий! Остальным по сто отжиманий.
И, разумеется, с нами отправился не он, а гадский лорд собственной персоной. Моя любимая яма поблескивала жидкой грязью, и я предвкушала новое развлечение. Жаль, что развлекаться будет демон.
Полоса начиналась довольно далеко от того места, где обычно измывался над нами куратор. Но зато очень часто являлась апогеем его изощренных издевательств над адептами. Правда, для утренних экзекуций все магические артефакты отключали и использовали только те приспособления, которые тренировали силу и выносливость. Вот только если и было от этого легче, то настолько незначительно, что почти не чувствовалось.
Сейчас мы с Тьери шагали за демоном. Под ногами хлюпали небольшие лужи, а значит, мой персональный кошмар в виде наполненного грязью рва вряд ли подмерз и с нетерпением ждал, пока одна нерадивая адептка плюхнется в него изрядно округлившимся задом. Кто придумал, что у элементалей должны быть те самые пышные формы, которыми так восхищаются мужчины, гордятся женщины и тихо ненавидит маг-боевик ими обладающий? Кто? Малх не мог! Он добрый! Чувствую, что без демонов здесь не обошлось.
Вышки в тяжелые для учащихся времена, плюющиеся магическими заклинаниями, смотрели на нас пустыми глазницами. Без заряженных кристаллов они выглядели не столь пугающими и внушительными, как на экзаменах, но все равно грозными. Думают, наверное, что-то типа «опять очередных провинившихся повели». Эх, сколько нас на их веку тут побывало!
Чон шел впереди, мы плелись за его спиной. Надо сказать, не только спиной. Там было еще на что посмотреть. И вот на это «было» я и пялилась всю дорогу. Глаз отвести не могла. Дура! Даже споткнулась пару раз на ровном месте. Если бы Хосок не поддержал, то растянулась бы. И тогда забава демона началась бы еще на подходе к полосе.
На старте Чонгук остановился, развернулся к нам, а меня персонально одарил таким взглядом, что предательский румянец опалил щеки мгновенно. Детенышу сиэкла понятно, что гадский лорд чудесным образом знал, куда смотрела всю дорогу одна глупая адептка. А ехидная улыбка, искривившая губы, прикосновения которых я вспоминала непростительно часто, говорила о том, что высший демон нисколько против подобного осмотра не возражает, поощряет и именно для этого, собственно, демонстрирует. Надо же, столько народа вокруг, а мы словно разговаривали взглядами. Или показалось?
В глазах куратора привычно полыхнуло, и он вмиг стал сосредоточенным и серьезным. Чон приказал нам стоять на месте, а сам не спеша обошел всю площадку. Лично решил убедиться, что нам нелегко придется, гад!
— Извини, Ли, — виновато улыбнулся Тьери. — Это ведь я тебя отвлек своими разговорами и теперь из-за меня тебе придется бежать.
— Ты не виноват, Хосок. Я тебя больше разговорами отвлекала.
— И все же, я знаю, как упрямая Манобан не любит полосу.
— Скорее уж, не любит купаться в яме с грязью.
— Чистюля, — хмыкнул друг и закатил свои огромные, немного наивные глаза, отчего стал выглядеть еще забавнее, чем обычно. — Может, сегодня все обойдется?
— Может, — пожала плечами я, но интуиция кричала о том, что именно сегодня мне достанется по полной.
— Вперед! Большой круг! — скомандовал Чон. — Тьери первый, Манобан следом. Сразу, как только он закончит. Задача ясна?
Мы кивнули.
— Пошел!
Хосок выдохнул и побежал. Удивительно, но я только сегодня, спустя три года совместной учебы, заметила, как друг преображается, когда сосредоточенно преодолевает препятствия. Из нескладного юноши он вмиг превратился в хорошо тренированного мужчину, гибкого, пластичного хищника. И где мои глаза были? А может, это стихии шалят? Например, позволяют заметить то, что обычному человеку не доступно, а элементалю плюнуть и растереть? Пожалуй, мне нравились новые способности. С ними мир становился многограннее, красочнее и интереснее. Хотя и опаснее тоже.
Хосок добрался до бревна, над которым прямо в воздухе висели тараны и мешки, набитые всякой всячиной. Раньше мне казалось, что ими управляет куратор, заставляя ветер раскачивать снаряды на горе адептам, на радость себе. Но не теперь. Зрение изменилось. Я видела, что над бревном висит нечто, напоминающее прозрачную тучу. Именно оно удерживало и раскачивало все то, что сталкивало нас в два больших рва. А еще оно чувствовало приближение человека и только потом действовало, а значит, было живым и условно разумным.
Любопытно, нужно почитать подробнее о полигоне академии. Загадочная сущность здесь была не одна. Я насчитала их больше десятка. Так засмотрелась, что не заметила, как Хосок оказался в конце пути и теперь балансировал, пытаясь не полететь в жидкую грязь, выделывая немыслимые па, чтобы удержаться на тонкой и гладкой поверхности.
Никогда не думала, что мы так потешно, почти комично смотримся со стороны. Не зря эльф с циничной усмешкой на губах так любил наблюдать за нами. Судя по реакции демона, не он один. Потому что Чон, хоть и смотрел сейчас на Хосока, но выглядел предвкушающее. Меня ждал!
Хосок не успел увернуться, и таран по касательной слегка задел его. Не столкнул, но равновесие нарушил. Друг изо всех сил пытался удержаться, размахивая руками, фактически зависнув надо рвом. Упадет! Сердце тревожно замерло. Но Хосок смог увернуться от следующего, летящего в него, мешка, выпрямился и с достоинством закончил упражнение. Молодец! Я ему завидовала, и зависть моя окрашивалась в неимоверное количество цветов и оттенков.
— Манобан! Твой выход! — лениво бросил Чонгук.
Ну-ну. Тоже мне, жених нашелся! Между прочим, приличные женихи своих невест в грязи не купают! В ванных с игристым вином, лепестками цветов — это пожалуйста. Я в книжках читала! А вот после свадьбы случается и грязь, конечно. К примеру, наш конюх, застав свою жену, работавшую кухаркой в поместье отца, с учеником садовника, гонялся за тучной дамой так неистово, что настиг ее почти на свиноферме, где она благополучно, ему на радость, растянулась в поросячьей луже. Чем не ров? Но ведь мы с Чонгуком еще не женаты. Кроме того, я и мысли не держала, чтобы изменить ему! Пока я только держала мысль, как вообще не выходить замуж.
— Бегом! — вывел меня из глубоких раздумий окрик демона.
Я сорвалась с места и за спиной снова распахнулись крылья из ветра. До чего же приятное ощущение! Летишь и чувствуешь, что нет предела твоим возможностям. То, что раньше давалось с большим трудом, теперь преодолевалось легко в считанные секунды. После второго снаряда даже стала притворяться, что полоса все же вызывает у меня кое-какие затруднения.
В целом, до бревна добралась играючи. Страх, конечно, был, но новые возможности гнали вперед. Не терпелось их опробовать там, где я проигрывала девять раз из десяти.
На секунду остановилась, прислушалась. «Вжик-вжик» — пели свою песню тараны и мешки. А ведь точно — песню! Раньше, когда я зацикливалась лишь на мысли о том, как преодолеть бревно, я не замечала мелодии, ритма, с которым двигались предметы. Мне казалось, что самое главное это скорость, реакция и гибкость. Конечно, все важно для победы, но ритм...
Он был настолько отчетливым и понятным, что я невольно начала его отстукивать ногой.
— Манобан! — завопил гадский лорд, подгоняя нерадивую адептку.
Да чтоб тебя Малх невестой наказал! И ведь даже крики его голос не портят, не теряет он обволакивающих бархатных ноток.
И о чем я только думаю? Глаза, губы, голос, задница... И не какие-то абстрактные, а совершенно конкретные, собранные в одну личность. Уж не влюбилась ли ты часом, Лалиса? Я? Малх, упаси! В демона? Не дождется!
Бревно длиною пятьдесят метров. Я с трудом представляла, где могут расти такие высокие и в то же время тонкие, но прочные деревья. Да и материал всегда казался странным, словно древесину хорошо промаслили. Взбираться приходилось быстро или с использованием простейшей бытовой магии. Но второй вариант только все усложнял, потому что отвлекал от раскачивающихся снарядов и заметно замедлял движение.
Обычно все так и происходило, но не сегодня. Когда чувствуешь ритм, а за спиной вырастают самые настоящие, невидимые для других крылья, испытание уже не кажется таким сложным. По крайней мере, подъем не вызвал трудностей, а потом и вовсе процесс превратился в увлекательное действо.
Оказавшись на бревне, прислушалась к звукам от рассекаемого таранами и мешками воздуха. «Вжик-вжик, вжик... Вжик-вжик...» — это был не просто ритм, это была музыка, песня ветра, мотив которой я уловила мгновенно. Оставалось лишь вальсировать, избегая столкновения с другими танцорами, то есть, конечно, снарядами, сосредоточившись на том, чтобы не сбиться с такта и удержать равновесие. И у меня получалось. Я чуть притормаживала, кружилась, отклонялась назад, но неумолимо двигалась вперед.
Конец пути уже видела, осязала, и желала добраться до него всем сердцем. Оставалось-то всего два поворота и один наклон. А дальше... Дальше произошло сразу несколько событий, которые развивались стремительно.
Я заорала от неожиданной боли и, разумеется, потянулась к ее источнику. Защитный браслет теперь не серебряный, а раскаленно-красный полыхал на руке, обжигая до волдырей кожу. А ведь теоретически пламя не должно мне вредить, но здесь я столкнулась с какой-то иной, совершенно не знакомой мне магией. Мгновение, и украшение стало угольно черным, потом подернулось трещинами, а затем и вовсе осыпалось, как прогоревший кусок угля.
Тут же бревно под ногами покрылось тонкой, очень гладкой коркой льда, на которой я поскользнулась, теряя равновесие. Пытаясь выпрямиться, увидела летящий на меня мешок. Здравствуй, ров! Здравствуй, грязь! Да, я осознавала, что снова полечу в ненавистную жижу. Как понимала и то, что этот полет окажется для меня последним.
Из мешка, что стремительно приближался, торчали острые, как наточенные кинжалы, ледяные лезвия. Фактически снаряд весь был утыкан магическими иглами. И я никак... никак не могла избежать столкновения с ними.
Щиты не выставлялись, исчезли крылья. Мою магию словно блокировало что-то очень сильное.
— Лили! — мощный рык разрезал пространство, а по всему полигону прокатилась волна горячего, обжигающего воздуха.
Теперь между падающей мной и мешком-убийцей возникла стена из огня. Пламя лизало ледяные лезвия, они неистово плавились и шипели, будто змеи, которым не дали укусить свою жертву.
А я летела в грязь. Да-да, в любимую, желанную грязь. Ничего в ней страшного и неприятного нет. Подумаешь, испачкаюсь, зато выживу. Так я думала следующую секунду, но и этим планам не суждено было сбыться.
Меня подхватили, не дали свалиться в ров. Кто-то огромный, мощный очень часто дышал, а под ухом в чужой груди колотилось сердце так громко, словно сотня гномов враз ударяла по своим наковальням тяжелыми молотами. Рука, которая меня придерживала снизу, тоже была большой, потому что закрывала все то, что, собственно, придерживала. А это ни много ни мало... будем считать, весь низ спины.
Это кто же такой меня поймал? Любопытство победило страх, и я распахнула глаза, их успела зажмурить при падении. Чудовище никак не ниже трех метров ростом, с темно-бордовой кожей, пастью, унизанной острыми зубами и несколькими парами внушительных выпирающих клыков. Да, именно оно и держало меня на руках, прижимая к широкой груди. Бережно, между прочим, стараясь не задеть длинными когтями.
И другая на моем месте наверняка бы завопила от ужаса, а я смотрела в знакомые глаза, где привычно полыхало пламя, и улыбалась. Зато демон не разделял моей радости. Совсем. Ноздри гневно раздувались, зубы скрипели, вены на шее вздулись, и вообще он был зол как... демон!
Напугалась ли я? Там, на бревне, когда прощалась с жизнью, боялась, а сейчас нет. Знала, ничего-то лорд Чон со мной не сделает, иначе и не спасал бы, и не ревел на весь полигон свое противное «Лили», на которое я все меньше и меньше обращала внимание. Привыкла, наверное. А еще я наверх посмотрела, а там они... Толстые, мощные, длинные, острые, черные, блестящие, словно оникс на солнце.
— Рога! — восхищенно выдохнула я и протянула руку, касаясь гладкой, теплой поверхности. — Можно потрогать?
Конечно, мое «можно» запоздало, потому что я уже вовсю трогала, гладила даже и восхищенно хлопала глазами.
— Я из-за тебя поседею на несколько веков раньше положенного! — простонало чудовище. Голос был хриплый, грозный, но все равно до боли знакомый.
— Чонгук, не будь жадиной! — строго сказала я, и рука сама потянулась выше, чтобы достать до самого кончика.
— Трогать рога высшего демона и при этом остаться живой может лишь жена, — почему-то шепотом предупредил гадский лорд.
— То есть, у меня сейчас и выбора особого нет? — зачем-то уточнила я, но руку все же одернула.
— Нет у тебя выбора, Лили. Смирись и извлеки выгоду! — оскалился монстр и выбрался изо рва.
Я бы, наверное, смирилась и, скорее всего, подумала о выгоде, но уж очень подозрительным показался оскал. Если бы не жуткая внешность, он вполне бы сошел за ехидную улыбку. Создавалось стойкое впечатление, что демон просто надо мной издевается. Тут бы из помолвки выбраться, а он уже на женитьбу намекает.
Меня бережно опустили на землю, осмотрели со всех сторон на предмет причиненного ущерба и удовлетворенно хмыкнули. Чудовище на миг подернулось зыбкой туманной дымкой, и через секунду на его месте уже стоял привычный магистр Чон. Причем, до обидного чистый, словно и не лазил в ров с жидкой грязью. Стало завидно, потому что маг внутри меня тоже хотел уметь избавляться от зачарованной грязи учебного полигона, которую и водой с мылом не с первого раза ототрешь.
А потом шок отступил не только у меня, но и у Чонгука. Потому что стена огня, которая отделяла нас с гадским лордом не только от снарядов, раскачивающихся над бревном, но и от целого мира, исчезла. Пространство вновь наполнилось звуками, криками бегущих к нам адептов.
— Живая! — выдохнул куда-то в макушку, вновь оказавшийся рядом магистр.
А я... Я вдруг осознала, что чуть не погибла. Артефакт, куда влили свою силу два сильнейших мага, не помог, не спас. Значит, и защитный полог тоже мог дать сбой, и только присутствие рядом демона давало хоть какие-то гарантии на то, что я спасусь, уцелею, доживу до момента, когда мы найдем моего врага. И вот сейчас, когда все кончилось, наконец, стало страшно.
— Лили! Лили, посмотри на меня! — словно сквозь толщу воды доносился голос Чонгука. — Ты вся дрожишь! Тебе холодно? Где болит, Лили?
К нам добежал эльф и некоторые адепты. Кажется, я слышала, как что-то говорил Хосок и другие ребята. Но еще до того, как мне закрыли обзор, я успела увидеть его. Сехун О не сдвинулся с места. Он стоял и смотрел прямо на меня. И, могу поклясться, был напуган не меньше, чем я. Странная реакция для того, кто организовал покушение. Ни досады, ни злости, только совершенно непонятный для меня страх.
— Это то, о чем я думаю? — просил Чимин.
— Да, — ответил ему Чон. — Я доставлю девчонку к целителям.
— Нет! — это уже воспротивилась я, потому что не желала снова оказаться взаперти, не имея возможности свободно передвигаться. — Со мной все в порядке.
Эльф оценил ситуацию и гаркнул:
— Всем адептам покинуть полигон!
Разумеется, никто не мог ослушаться куратора. Все сорвались с места. И я побежала, но тут...
— А вас, Манобан, я попрошу задержаться!