глава 35
После того стрима я смотрела на Ваню иначе. Не то чтобы я перестала чувствовать боль, которую он мне причинил — она никуда не ушла, она просто стала другой. Тише. Глубже. Она больше не разрывала меня на части каждую секунду, но пульсировала где-то внутри, напоминая о себе в самые неожиданные моменты. Но я перестала прятаться от его взгляда на репетициях вальса. Я больше не отворачивалась, когда он смотрел на меня. Я позволяла себе видеть его — его усталое лицо, его опущенные плечи, его руки, которые всё ещё пытались удержать меня в танце.
На вальсе я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Он смотрел на меня так, как будто хотел что-то сказать, но не мог. Я видела в его глазах тот же страх, что был в моём сердце. Я не отвела взгляд. Я позволила себе смотреть на него, и он смотрел на меня.
— Алина, — сказал он тихо, когда учительница отвернулась.
— М? — я не опустила глаза.
— Ты сегодня смотришь на меня.
— Я просто танцую, — сказала я, но голос был мягче, чем раньше. Я позволила себе улыбнуться — чуть-чуть, краешком губ.
Его пальцы на моей талии дрогнули. Я почувствовала, как он чуть сжал их, будто боялся, что я уйду. Я вздрогнула. С одной стороны, мне очень хотелось, чтобы он при всех обнял меня, поцеловал. Чтобы этот страшный сон навсегда закончился. А с другой, мне хотелось, чтобы он исчез из моей жизни. Но я просто осталась там, в его руках, чувствуя, как его дыхание касается моего лица.
Но ЕГЭ приближалось. Я чувствовала это по тому, как напряжённо стали говорить учителя, как пустели коридоры после уроков, как вокруг меня все говорили о поступлении, о вузах, о будущем. Через месяц всё закончится. Мы разъедемся в разные города, в разные университеты. И я больше не увижу его. Не на репетициях, не в школе, не случайно на улице.
Эта мысль преследовала меня по ночам. Я лежала в темноте, смотрела в потолок и чувствовала, как время утекает сквозь пальцы. Мы расстанемся, даже не попрощавшись. Он останется здесь, в моей памяти, в моём сердце, в этих нескольких месяцах, которые изменили меня. А я уеду — и, возможно, никогда не узнаю, что было бы, если бы мы попробовали по-настоящему.
И в эти ночи я включала его стримы. Просто чтобы слышать его голос. Просто чтобы знать, что он есть.
Через пару дней я снова зашла на стрим. Зрителей было мало — человек двадцать, не больше. Он сидел в своей комнате, и у него был тот же уставший вид, что и в прошлый раз. Чат был тихим. Кто-то писал про игру, кто-то спрашивал про погоду. Он отвечал коротко, неохотно.
Я сидела в темноте своей комнаты и смотрела на его лицо. Оно было бледным, с тёмными кругами под глазами, с той же сжатой челюстью, которую я научилась узнавать.
Я написала. Медленно, аккуратно, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, как ладони становятся влажными.
arreis89: «На прошлом стриме ты говорил, что накосячил. Расскажешь?»
Он прочитал. Задержался на сообщении. Потом откинулся на спинку стула, провёл рукой по лицу — устало, тяжело. Я видела, как он собирается с мыслями.
— Не знаю, — сказал он, и голос был глухим. — Не знаю, стоит ли... это всё слишком личное, ты понимаешь?
arreis89: «Понимаю. Просто иногда лучше выговориться, чтобы стало легче»
Он помолчал. Потом заговорил — медленно, сбивчиво, как будто каждое слово давалось ему с трудом.
— Я не знаю, с чего начать, — сказал он, глядя куда-то в сторону. — Она... она необычная. Правда. Я таких не встречал. Мы давно знакомы, я давно наблюдал за ней в компании. Когда она улыбается... я не знаю, как объяснить... я чувствую, что внутри что-то... переворачивается. Это глупо звучит, да? Но я правда так чувствую.
Он замолчал. Я смотрела на экран и чувствовала, как слёзы подступают к глазам.
— И она смеётся, — продолжил он, и голос стал тише. — Ну, не громко, не чтобы все слышали. Тихо так, как будто она не уверена, что ей можно смеяться. Но я заметил. Я всегда замечал, когда она смеётся. Я искал этот смех... сам не знал, что ищу его.
Я не могла дышать. Всё внутри меня дрожало. Он говорил обо мне. Он говорил о моей улыбке. О моём смехе. О том, как он искал его.
— Мы танцевали... вальс в школе, — он прервался, провёл пальцами по волосам. — Ну то есть... Танцуем. Она не умела по началу. Наступала мне на ноги, сбивалась, — он чуть улыбнулся. — Но она не сдавалась. Она смотрела на меня... прямо в глаза, и я не мог отвести взгляд. Я думал, что если мы перестанем танцевать, она исчезнет. Я так хотел, чтобы этот танец никогда не заканчивался. Кружить её по этому залу, наплевав на всех.
Он замолчал на долгую секунду. Голос у него дрогнул, когда он заговорил снова.
— И она сидела у меня на кровати... в моей футболке. Сказала: «Это теперь моё». Я хотел сказать ей, что всё, что у меня есть — её. Но я не сказал. Я испугался. Как... придурок.
Я чувствовала, как слёзы текут по щекам и не вытирала их. Я смотрела на него и слушала, как он говорит обо мне.
— Я думал, что если скажу ей, что она мне нужна... что я... ну, что я чувствую что-то большее... я потеряю себя. Я боялся, что стану слабым в её глазах, что она будет иметь надо мной власть. Я думал, что лучше быть свободным. А теперь я сижу здесь и не понимаю, зачем мне эта свобода, если её нет рядом.
Он замолчал. Я слышала, как он дышит — прерывисто, как будто ему трудно говорить. Он провёл рукой по лицу, и я увидела, как его глаза блестят.
— Я хочу сказать ей, что я дурак, — сказал он, и голос его сорвался на последних словах. — Что я всё понял. Что... она для меня важнее всего. Но я не знаю, захочет ли она меня слушать. Она даже смотреть на меня перестала. Как будто я — пустое место.
Я смотрела на экран и чувствовала, как внутри разрывается что-то — боль и счастье одновременно. Он говорил обо мне. Он говорил, что я необычная. Что он искал мой смех. Что я для него важнее всего. Моя первая любовь, которая разбила мне сердце, говорила обо мне так, как я мечтала услышать.
Я снова взяла телефон. Пальцы дрожали, слёзы застилали глаза.
arreis89: «А если бы она сейчас смотрела на тебя? Что бы ты ей сказал?»
Он прочитал. Долго смотрел на моё сообщение. Потом посмотрел в камеру — прямо на меня. Я чувствовала, как его взгляд проникает сквозь экран, сквозь километры, сквозь всю эту анонимность.
— Я сказал бы ей... что я не понимал, что имею, пока не потерял, — сказал он тихо. — Что я хочу всё исправить. Что она — единственная, кто... — он запнулся, сглотнул. — Я не знаю, как сказать, чтобы она поверила. Но я правда хочу, чтобы она была рядом.
Он замолчал. Я слышала, как он дышит — тихо, прерывисто.
— Я просто боюсь, что уже слишком поздно, — добавил он. — Что она решила, что я не стою её времени. Что она не захочет даже слушать.
Я сжимала телефон в руках. Слёзы капали на экран. Я смотрела на него и чувствовала, как сердце разрывается на части. Пальцы всё ещё дрожали.
arreis89: «Просто скажи ей это в глаза. Она захочет услышать»
Он прочитал. Долго смотрел на моё сообщение. Потом кивнул — медленно, устало.
— Спасибо, — сказал он. — Я так и сделаю.
Я выключила телефон. Упала на подушку и заплакала — тихо, беззвучно, чувствуя, как слёзы смешиваются с облегчением.
Было уже за полночь, когда я поняла, что не усну. Просто лежала на кровати, смотрела в потолок и чувствовала, как внутри пусто и шумно одновременно. Телефон лежал рядом, экран погас, но я знала, что если я возьму его, то снова зайду на Твич, снова увижу его онлайн, снова буду смотреть на его лицо и чувствовать, как внутри всё переворачивается.
Поэтому я открыла ТикТок — чтобы отвлечься и не думать о нём.
Листала. Кто-то танцевал, кто-то готовил, кто-то шутил. Глаза скользили по экрану, а мысли были где-то далеко. А потом я увидела её. Девушка с тёмными волосами, которые переливались тёмно-бордовым в свете лампы. Цвет был глубоким, насыщенным — как вишня, как красное дерево.
Я остановилась. Пересмотрела видео ещё раз. Потом ещё. Потом открыла комментарии, посмотрела, какой краской она красилась и записала название в заметки
Просто подумала: «А что, если?»
Я всегда была с тёмными волосами. Они были у меня от природы — густые, почти чёрные, с лёгким отливом в каштановый. Я никогда их не красила, но сейчас, глядя на ту девушку с экрана, я почувствовала, что хочу что-то изменить. Что-то в себе, в своей жизни, в том, как я вижу себя.
На следующее утро я пошла в магазин. Нашла ту самую краску — тёмно-бордовую, с вишнёвым отливом. Долго стояла у стеллажа, перебирала коробки в руках, смотрела на картинки на упаковках. Потом взяла ту, которую хотела изначально и пошла на кассу.
Дома я заперлась в ванной. Поставила зеркало на стиральную машину, расстелила полотенце на полу, чтобы не испачкать плитку. Надела старую футболку, которая уже несколько лет ждала своего часа, и собрала волосы в хвост. Я смотрела на себя в зеркало, на свои тёмные, привычные волосы, и чувствовала странную смесь волнения и решимости.
В коробке были тюбик с краской, бутылочка с чем-то непонятным, перчатки. Я наносила краску медленно, тщательно, следя, чтобы не пропустить ни одного участка. Волосы становились тёмными, мокрыми.
На упаковке было написано, что выдерживать краску нужно сорок минут. Время тянулось медленно. Я смотрела в стену, слушала тишину, чувствовала, как краска щиплет кожу головы. Я думала о том, что я делаю. О том, что я меняюсь. О том, что этот цвет может стать новым началом.
Когда я смыла краску и сняла полотенце, то не узнала себя.
Мои волосы стали тёмно-бордовыми. Глубокими, насыщенными, почти чёрными в тени, но на свету они отливали вишнёвым, красным. Я выглядела по-другому и чувствовала себя соответствующе. Волосы были мягкими, влажными, пахли бальзамом. Я провела пальцами по пряди, рассматривая новый цвет, и улыбнулась себе в зеркало.
Высушив волосы, я решила что нужно сфотографировать себя с новым цветом. Чтобы показать подругам, да и просто выложить в сторис. Я сфоткалась просто стоя у зеркала, предварительно высушив волосы. Они спадали бордовыми локонами по плечам и спине. Красиво.
Я скинула фото девочкам.
Алина: «Ну как?»
Ответ пришёл почти сразу.
Катя: «АЛИНА. ТЫ С УМА СОШЛА. ЭТО ОФИГЕННО»
Яна: «Боже, ты такая красивая. Этот цвет тебе идёт»
Лера: «Очень классно, тебе идёт!»
Я улыбнулась. Посмотрела в зеркало ещё раз — уже без страха, с интересом. Я открыла Инстаграм и выложила ту же фотографию в историю, без подписи или трека на фоне.
На следующий день в школе я зашла в класс и почувствовала на себе взгляды. Кто-то удивлённо смотрел, кто-то улыбался, кто-то шептался. Я проигнорировала. Просто прошла к своему месту и села.
Катя подошла ко мне на перемене, сразу же после звонка.
— Алина, — сказала она, — ты выглядишь потрясающе. Правда.
— Спасибо, — я улыбнулась.
— Он ещё не видел? — она кивнула в сторону последней парты.
Я посмотрела туда. Ваня сидел на своём месте, смотрел в телефон. Он поднял голову, и наши взгляды встретились. Я почувствовала, как сердце ёкнуло. Он смотрел на меня долго, внимательно. Я отвела глаза, почувствовав, как краска приливает к щекам.
Вечером я зашла в Инстаграм и увидела, что он посмотрел мою историю. Я смотрела на экран и не могла отвести взгляд от его ника в списке просмотренных.
Моё сердце забилось быстрее. Он видел, что я изменилась.