Глава 85.
Линь Чжиюй почувствовал, что в прошлой жизни он, возможно, был коалой. Или же во время борьбы за место в зодиаке двенадцати животных туда затесалась кровь коалы.
Иначе как бы ему могло так сильно нравиться висеть на ком-то другом.
Но если уж говорить об этом, то на самом деле это утверждение было не совсем точным, в конце концов, прожив столько лет, ему, кажется, нравилось висеть только на Му Суйе.
Он начал размышлять о том, что хотя ноги Му Суйя не могли ходить, но сила его верхней части тела явно была натренированной, и кто знает, возможно, там, где он не видел, этот человек втихаря поднимал железо, иначе он не смог бы развить такую широкую грудь.
Цк, опираться так удобно, как же мне все-таки повезло.
Если бы Сюй Цинчжо не относился к типу худощавых и слабых, и излишняя мускулистость не соответствовала бы настройкам персонажа, Линь Чжиюй тоже захотел бы попробовать.
Прислонившись к Му Суйю, он в полудреме подумал о том, что, кажется, действительно установил с этим миром очень, очень много связей.
Внезапно его осенило, и он резко поднял голову.
Му Суй с сомнением повернул голову, чтобы посмотреть на него, и не успел он спросить, как увидел, что Линь Чжиюй одарил его подкупающей улыбкой.
В следующую секунду он сказал:
- Прошу прощения.
- Что?
Инвалидная коляска резко покатилась назад и внезапно остановилась.
Рука Линь Чжиюйя легла под затылок Му Суйя, не дав ему удариться, а другая рука тихонько нажала на кнопку, и инвалидная коляска тут же повернулась в другую сторону.
Му Суй:
- ......
Линь Чжиюй виновато улыбнулся:
- Не удержался, уж больно забавно.
Но в следующий раз он тоже посмеет.
Му Суй, придерживая его за талию, успокаивался полминуты, после чего протяжно выдохнул.
Но он не стал останавливать Линь Чжиюйя, позволив ему сидеть верхом на себе и небрежно играть с джойстиком; рука, лежащая на его пояснице, так и не разжалась, словно из страха, что тот случайно упадет.
Сделанная на заказ инвалидная коляска была шире обычной, поэтому даже вдвоем сидеть так не было тесно. Му Суй скользнул взглядом по его профилю, пока тот серьезно изучал различные команды, и молча отдал свой телефон, чтобы ему было удобнее напрямую использовать панель управления.
Лишь на мгновение мысли свернули в странное русло; если бы не слишком сосредоточенное выражение лица Линь Чжиюйя, у него бы действительно возникли кое-какие неуместные романтические фантазии.
Он тихо откинулся на спинку инвалидной коляски, вспомнив вопрос, который только что задал ему Линь Чжиюй: почему он ему нравится.
На самом деле, он уже думал над этим вопросом раньше.
Наверное, ему нравилось, что он не играет по правилам, нравилось, что он хитрый и живой, но больше всего, возможно, то, что благодаря ему этот мир наконец обрел настоящие краски, и казалось, что больше нигде нет той холодной пустоты.
Колеса инвалидной коляски неожиданно врезались в шкаф; Линь Чжиюй испугался, поспешно убрал руки, и его желание играть резко угасло.
Он сидел на коленях Му Суйя, его взгляд скользнул по его глазам, прошел по высокой переносице и остановился на губах.
Внезапно захотелось выпросить еще один поцелуй.
Эта мысль пришла к нему без всякого предупреждения, и он не хотел ее подавлять; как только он убрал руки и обхватил подбородок Му Суйя, то услышал очень тихий стук в дверь спальни, за которым последовал негромкий вопрос повара:
- Скажите, пожалуйста, в это блюдо нужно добавлять острое?
Линь Чжиюй, словно очнувшись ото сна, вырвался из объятий Му Суйя, встал и крикнул:
- Побольше острого, спасибо!
Сказав это, он вдруг понял, что его недавние движения были слишком резкими, а голос даже стал на пару тонов выше обычного. Он повернул голову и взглянул на Му Суйя, словно боясь, что его недавний поступок покажется слишком суетливым, и не удержался от объяснений:
- Побоялся, что повару придется слишком долго ждать...
Му Суй поднял руку, прикрыл губы и улыбнулся; он кивнул, но не стал разоблачать его смущение, лишь тихо сказал:
- Угу, в следующий раз пусть приносят меню, чтобы не беспокоить тебя.
...
После ужина повар ушел, и в квартире снова остались только они вдвоем. У Линь Чжиюйя не было опыта, так как он впервые состоял в романтических отношениях, поэтому ему оставалось только потянуть Му Суйя в гостиную, чтобы снова посмотреть тот прошлый фильм.
Но когда они его включили, выяснилось, что на самом деле это у него самого мысли были пошлыми, поэтому ему всё и казалось пошлым.
Фильм рассказывал историю преемника оперы Куньцюй, который колебался между реальностью и идеалами, но в итоге нашел себя. По мере упадка оперы театр прошел путь от залов, полных гостей, до нынешнего безлюдья; долгое время, стоило ему поднять глаза, он видел лишь кромешную тьму зрительских мест. Коллеги, с которыми он раньше выступал, кто ушел, кто разбежался, но он с детства был связан с этой профессией и не умел ничего, кроме как петь в опере, не имея других способов заработать на жизнь. До тех пор, пока театр, служивший ему пристанищем, не снесли; ему некуда было идти, но он случайно столкнулся с подростком, который сбежал из дома и хотел создать рок-группу.
Очень странное сочетание, которое, однако, в объективе создателей высекло удивительную искру.
Если уж на то пошло, суть этого фильма была немного похожа на фильм Душа, к сожалению, в ту ночь голова Линь Чжиюйя была затуманена, и в краткие моменты просветления он увидел на экране лишь ту самую постельную сцену, символизирующую полное раскрепощение главного героя; более того, вспоминая об этом позже, он одно время даже неправильно понимал Му Суйя.
Размышляя, не было ли у того недобрых намерений и намеренного подтекста, когда он тогда выбрал этот фильм.
Грешен, грешен.
Линь Чжиюй мысленно извинился перед ним.
Однако его взгляд был слишком откровенным, и Му Суй давно это заметил. Он перестал чистить яблоко, отрезал ножом маленькую дольку и поднес к губам Линь Чжиюйя.
Последний опустил глаза, бросил быстрый взгляд, и на этот раз без всякого психологического бремени принял её губами.
- О чем думаешь? - спросил его Му Суй. - Нравятся работы этого режиссера? Я попрошу Ли Цинши связаться с ним...
- Подожди, не надо! - Линь Чжиюй разом проглотил яблоко и едва не поперхнулся. Прикрыв рот рукой, он пару раз кашлянул, а затем сказал: - Нравится-то нравится, но нравится как зрителю. Я вообще-то хочу после того, как доиграю в этом сериале, найти какое-нибудь интересное место и пролежать там с неделю.
- Хочешь поехать в путешествие?
Линь Чжиюй закивал головой, словно цыпленок, клюющий зерно.
Му Суй снова спросил:
- А меня не возьмешь?
«Так ведь раньше мы еще не подтвердили отношения». - Линь Чжиюй мысленно ответил себе, да и к тому времени срок нашего соглашения почти истечет; он с успехом уйдет в отставку, снова обретет свободу, и разве не сможет поехать куда захочет.
Хотя после отдыха все равно придется вернуться, чтобы выполнять контракт с компанией.
Чертова «Усянь Юйлэ», что это за грабительские условия договора.
- Если хотите, можем поехать вместе, - непринужденно сказал Линь Чжиюй.
Му Суй опустил веки, но ничего сразу не ответил.
Однако Линь Чжиюй, поразмыслив, понял: раньше ему нужно было прокормить только себя, и можно было халтурить как угодно, но сейчас его ситуация ничем не отличалась от брака с богачом, к тому же Му Суй стал для него наполовину боссом; что, если в будущем у него не будет настоящих навыков, и он не сможет сказать ни слова в свою защиту?
Свидетельство о браке - это уже решенное дело.
Подумав о том, что в будущем, возможно, так и не удастся зажить прекрасной жизнью, уволившись и просто валяясь без дела, Линь Чжиюй жалобно вздохнул.
- О чем ты опять думаешь? - Му Суй, глядя на то, как выражение его лица меняется за секунду, невольно рассмеялся.
Линь Чжиюй с досадой ответил:
- Думаю о том, как за одну ночь превратиться в богача.
Му Суй не понял причины:
- ?
......
Фильм закончился, уставший Линь Чжиюй зевнул, как ни в чем не бывало пожелал Му Суйю спокойной ночи и совершенно спокойно вернулся в свою спальню.
А потом всю ночь от возбуждения ворочался с боку на бок и никак не мог заснуть.
В конце концов ему пришлось насильно сосчитать две тысячи овец, чтобы подавить эти беспокойные мысли в душе, и на рассвете он наконец погрузился в сон.
Изначально он хотел на второй день изучить, есть ли какие-нибудь места, куда можно пойти, чтобы заняться тем, чем занимаются нормальные пары, но кто бы мог подумать, что из-за этой бессонницы все планы пойдут прахом; он проспал до поздней второй половины дня, а когда проснулся, Му Суй уже давно уехал в компанию.
Так или иначе, время обеда уже прошло, поэтому Линь Чжиюй решил поваляться в постели еще немного и отправил небольшой красный конверт всем друзьям из того поста, которые давали ему советы.
Пока не пришло сообщение от Му Суйя:
S.:
[Тетушка сказала, что ты еще не встал.]
Бумажная Рыбка:
[Еще немного полежу! [щенок снова лег.jpg]]
S.:
[Поешь, а потом спи, на обед она приготовила все твои любимые блюда.]
Только тогда Линь Чжиюй встал с кровати с растрепанными от подушки волосами.
S.:
[Вообще-то я хотел вечером пригласить тебя куда-нибудь поужинать, но днем в компанию внезапно приехали партнеры, ничего не поделаешь. Во сколько завтра утром рейс? Я тебя отвезу.]
Бумажная Рыбка:
[Разве это ты отвезешь? Это помощник Чжоу отвезет.]
S.:
[Какой смелый.]
Бумажная Рыбка:
[Может быть, это от того, что меня избаловали?]
В конце концов, нынешний Му Суй, как ни посмотри, не мог бы отхлестать его маленькой кожаной плетью. Поэтому Линь Чжиюй, естественно, стал немного более дерзким.
Поскольку Му Суй сказал, что отвезет его в аэропорт на следующее утро, Чэнь Чэнь с радостью получил от Линь Чжиюйя небольшой отгул и проспал до тех пор, пока не проснулся сам; когда машина въехала на парковку, Линь Чжиюй с первого взгляда заметил его сияющее лицо.
И вправду, достаточный сон - лучшая косметология для человека.
- Через несколько дней я приеду на съемочную площадку навестить тебя, - выходя из машины, Му Суй внезапно протянул ему подарочную коробку.
Линь Чжиюй взял ее, прикинул вес и слегка потряс, словно кот, который только что получил новую игрушку и осторожно ее исследует.
- Что это? - с любопытством спросил Линь Чжиюй.
Му Суй немного помедлил и небрежно произнес:
- Знак любви?
Линь Чжиюй впервые слышал, чтобы тот говорил таким тоном, и невольно почувствовал некий контраст, который оказался неожиданно трогательным.
- Но я ничего не приготовил. - Хоть он так и сказал, подарок он принял без малейших колебаний, тут же сунув его в пустой карман куртки, отчего на боку сразу же образовалась выпуклость.
- Можешь подумать не спеша, - Му Суй тоже не стал с ним церемониться; он поднял руку, заправил назад выбившуюся на виске прядь его волос, а затем опустил пониже козырек кепки. - Отдашь мне при следующей встрече.
Линь Чжиюй немного подумал, а через несколько секунд до него вдруг дошло:
- Тогда, пока для меня дни будут тянуться как годы, вы же каждый день будете в предвкушении, кажется, это не совсем честно.
Му Суй тихо усмехнулся:
- Возможно, но ты тоже можешь побыть в предвкушении.
Линь Чжиюй поджал губы и ничего не ответил, лишь когда он открыл дверцу машины, готовясь выйти, словно вдруг что-то вспомнив, резко убрал ногу обратно.
Дверь машины захлопнулась со звуком хлоп, Линь Чжиюй внезапно приблизился и нежно поцеловал Му Суйя в уголок губ.
Затем быстро отстранился, натянул пониже козырек кепки и поспешно вышел из машины.
- Пока, господин Му, до следующей встречи.
Линь Чжиюй, катя за собой чемодан, быстро отошел на приличное расстояние, помахал рукой Чэнь Чэню неподалеку, давая знак сразу подниматься.
Но неожиданно Чэнь Чэнь остался стоять на месте, с удивлением уставившись на его лицо, наполовину скрытое козырьком. Посмотрев так довольно долго, он изумленно произнес:
- Брат Линь, почему у тебя такое красное лицо? Сегодня что, очень жарко?